стороны в сторону, выдавая крайнее раздражение, а глаза буквально прожигали нас взглядом.
И тут меня осенило - все дело в извечном соперничестве! Конечно, как я раньше не догадалась? Наги славились своей властной натурой и спокойствием, идеально подходя таким робким созданиям, как зайки.
Я украдкой взглянула на Тишу - она явно занервничала, когда Рейнар в очередной раз дернул хвостом. Бедняжка, должно быть, эмоциональность лисов её пугает.
Рейнар вдруг выпрямился, его глаза блеснули хитрым огоньком.
- А что если нам поиграть в фрисби? - предложил он небрежно, но я видела, как напряглись его мышцы под майкой. - Или наши змеиные друзья предпочитают более. статичные развлечения?
Карл только усмехнулся, его змея лениво скользнула по моему запястью. А я подумала, что еще никогда не видела Рейнара таким взведенным. Словно каждое движение Карла задевало какую-то струну в его душе.
Странно, но несмотря на все очарование Карла, я не могла оторвать взгляд от Рейнара. Его эмоциональность, эта живая, бурлящая энергия, заставляла мое сердце биться чаще. В отличие от Тиши, меня совсем не пугала его горячность - наоборот, она притягивала, словно магнит. Он был таким противоречивым - надменным и в то же время уязвимым в своем явном стремлении переиграть Карла в борьбе за внимание Тиши.
Когда Рейнар поднялся на ноги, я невольно залюбовалась тем, как светлые джинсы идеально обхватывают его бедра. И плевать, что рядом со мной сидел роскошный наг, чей поцелуй еще горел на моих губах. Все мои мысли были заняты этим невыносимым лисом.
Рейнар достал из сумки ярко-красное фрисби, его губы изогнулись в той самой хитрой ухмылке, от которой у меня всегда перехватывало дыхание. Карл поднялся следом - плавно, грациозно, с той особой невозмутимостью, которая, казалось, еще больше раздражала моего сводного брата.
Игра началась, и я не могла отвести глаз от этого завораживающего зрелища. Карл двигался как идеально отлаженный механизм - каждое движение выверено, точно, без лишней суеты. Его мышцы перекатывались под загорелой кожей, а змея, обвивающая руку, словно помогала ему, придавая броскам особую точность. В его движениях была какая-то хищная грация, от которой перехватывало дыхание.
Но Рейнар. О боги, Рейнар был воплощением дикой, необузданной энергии. Он носился по поляне, его платиновые волосы развевались на ветру, а рыжий хвост метался следом, создавая впечатление огненного следа.
Майка прилипла к разгоряченному телу, обрисовывая каждый мускул, а когда он подпрыгивал за диском, я могла видеть полоску загорелой кожи на животе. Его движения были стремительными, порывистыми, полными какой-то первобытной грации. Он словно танцевал, выписывая немыслимые пируэты в воздухе, и каждый его прыжок, каждый разворот заставлял мое сердце замирать.
Они были как день и ночь - расчетливая грация нага против дикой страсти лиса. И я поймала себя на мысли, что не могу перестать смотреть на Рейнара, даже когда диск летел к Карлу.
Карл проскользнул мимо меня с кошачьей грацией, его змея игриво качнула головой:
- Присоединяйся.
Я поднялась на ноги, разгладив голубое платье. Может, моя человеческая неуклюжесть немного разрядит обстановку? А то они оба двигались с такой нечеловеческой точностью, что ни разу не упустили диск.
Карл метнул фрисби в мою сторону - идеальный бросок, рассчитанный точно на мой рост. В тот же миг я услышала встревоженный крик Рейнара:
- Отходи!
Но куда там - мои человеческие рефлексы против скорости оборотня? Я только успела заметить рыжую вспышку его хвоста, прежде чем он врезался в меня. Его разгоряченное тело прижало меня к земле, сильные руки инстинктивно обхватили, защищая от удара. Я ощутила жар его кожи, запах летнего леса и специй, исходящий от его волос, и часто бьющееся сердце.
Я лежала, оглушенная падением и близостью Рейнара, когда услышала бархатистый голос Карла:
- Какая неловкая ситуация. Рейнар, ты не собираешься отпускать мою даму?
Рейнар словно застыл надо мной, его дыхание участилось, а янтарные глаза потемнели почти до черноты. Я чувствовала, как его пальцы невольно сжались на моей талии.
- Мелисса, милая, - продолжил Карл с едва заметной усмешкой, - ты не ушиблась? Может, стоит осмотреть тебя. более тщательно?
Его змея скользнула по моей щиколотке, и в этот момент Рейнар издал какой-то странный горловой звук, похожий на рычание. Его хвост дернулся, а мышцы напряглись еще сильнее.
- Я сам разберусь со своей. - он запнулся, - .сестрой.
Но вместо того чтобы встать, он продолжал нависать надо мной, словно не мог заставить себя разорвать контакт. Его платиновые волосы щекотали мое лицо, а от его тела исходил такой жар, что у меня кружилась голова.
Карл медленно опустился рядом с нами на траву, его змея продолжала ласково скользить по моей ноге.
- Разберешься? - в его голосе появились медовые нотки. - А мне кажется, ты сейчас больше путаешься, чем разбираешься.
Я почувствовала, как Рейнар вздрогнул от этих слов. Его хвост начал нервно подергиваться, задевая мои колени. От каждого прикосновения пушистого меха по коже бежали мурашки.
- Знаешь, - продолжил Карл, - у нагов есть поговорка: "Там, где лис злится, там его сердце томится".
Рейнар резко поднял голову:
- Заткнись! - прошипел он, но его руки все еще держали меня, словно отказываясь отпускать.
Я лежала между ними, чувствуя горячее тело Рейнара сверху и прохладные прикосновения змеи снизу, и не могла понять, почему воздух вдруг стал таким густым и тяжелым.
Внезапно я ощутила что-то твердое прижимающееся к моему бедру, и мои щеки вспыхнули от понимания. О боги! Так вот почему он не торопится вставать! Голова закружилась от осознания происходящего - Рейнар, мой надменный сводный брат, который вечно надо мной издевается, сейчас лежит на мне и...
Что это вообще значит? Может, он просто перепутал меня с Тишей в пылу игры? Или это какая-то естественная реакция лисов-оборотней на падение?
Мои мысли путались, а сердце колотилось как безумное. Я старалась не двигаться, боясь сделать ситуацию еще более неловкой, но его тяжелое дыхание у моего уха и жар его тела сводили с ума. Как такое возможно? Он же презирает меня, разве нет? Или все его насмешки были. чем-то другим?
В голове крутился водоворот мыслей, но ни одна из них не могла объяснить, почему мой вечно язвительный и холодный сводный брат сейчас реагирует на меня так.
Карл, с его змеиной проницательностью, несомненно заметил
