Мне все равно, о чем они болтают. Если бы не имя, мелькающее в разговоре. Притормаживаю в коридоре сама собой…
— Я все понимаю, Федя, — тоном учительницы говорит маман отчиму, — ты занят, меньше всего хочешь делать лишние дела. Но если ты сейчас поможешь Макару, ты навсегда станешь для него своим! Он будет смотреть на любимых деточек и вспоминать тебя! А Моргунов — человек с огромным количеством связей. Считай это инвестицией в будущее. Не только своего, но и дочери.
— Думаешь, у него всё получится? — отчим настроен не так оптимистично.
Мама вздыхает чуть ли не с визгом.
— Конечно! Этот человек вырос с бабушкой в глухой деревне! Родители не оставили ему завод или нефтяную скважину. Но сейчас он имеет капитал, может жить в самых развитых странах мира. Одним из первых он понял выгоду туризма. У него чуйка!
— Бизнес — одно, личные отношения — другое, — не сдается Федор, — кто отдаст ему детей? Глупость.
Кажется, я слышу шипение моей накалившейся маменьки.
— Не вздумай ляпнуть это при нём! — орет она. — Во-первых, ты слишком плохо знаешь женщин. А во-вторых, тебе по сути неважно, каким путем Макар придет к цели. Главное, что мы должны сопереживать и участвовать.
Федор не отвечает, и я уже собираюсь уйти. Всегда знала, что к Макару у моей родни нет искренней дружбы. Но сейчас становится особенно противно. Может, на фоне недавней прогулки. Я даже думаю, надо сказать Моргунову, что мой отчим и мама ему не приятели. Или он сам прекрасно это понимает… Человек он реально не простой.
— Ты так говоришь, как будто это просто — отдать ребенка, — пока я задумалась, Федор поддевает маму.
Наверное, ему досадно, что она его переспорила.
— Мм… Я так не считаю, — миролюбиво отвечает Инесса, — но Моргунов циничный и уверенный в своей правоте. А с учетом его денег и влиятельности… Этот человек добьется своего. Есть только его желания, и точка. Такой уж Макар. Поверь, я разбираюсь в психологии.
Да, мама даже заканчивала какие-то курсы. Но я не согласна! Хватаюсь за лоб, а в уши летит новая мамина реплика.
— Там главное сделать малыша, а после Макар и спрашивать не будет. Заберет сына или дочку, и дело с концом! Так что слушай меня, милый.
Дальше пошло воркование мамы, видимо, она почувствовала обиду со стороны мужа. А я ощущаю, как холодеют мои конечности. Только думаю, что не хватало здесь свалиться, реально чуть не грохаюсь от страха. Прямо за спиной раздается громкий девчачий голос.
— Подслушиваешь, Лера!
Моя сестра вернулась с занятий.
— Не говори глупости, — хмурю лоб, — я иду есть.
— Да, да, конечно! — дразнится вдогонку Ариша.
Но мне не до вредной сестры. Голова кружится, надо присесть и реально поужинать. Может, и услышанный разговор переварится легче.
— Не говори ерунду, — прошу на прощание мелкую.
На кухне нахожу овощи на пару и курицу. Мама думает о фигуре, и в доме всегда есть правильная еда. А я теперь инстинктивно выбираю здоровый рацион. Странно, у меня до сих пор в голове не укладывается будущее материнство. Я испытываю страх и другие не лучшие чувства. Но я уже хочу позаботиться о своем малыше.
Я обратилась к доктору в поликлинике при университете, избегаю вредных нагрузок и продуктов. Эх, еще бы не иметь дело со стрессами! Но пока это в моей ситуации невозможно. Да еще и семейство подкидывает лишних нервов — сестра подкрадывается, а мама не отстает с Аликом. Только успеваю поесть, она появляется на кухне.
— Ты даже не зашла поздороваться, Лер, — с упреком говорит она.
— Привет, — не развиваю тему, — вы там разговаривали.
На самом деле, мне не страшно, если мама узнает, что я слышала разговор. Ей вообще все равно, она меня никогда не стеснялась. Я ведь не нужные друзья или общество.
— Обговаривали вечеринку, — мама делает глоток чистой воды из прозрачного стакана, — кстати, напиши Алику, что будешь рада с ним пообщаться. Ему есть что рассказать интересного о жизни в Канаде.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Чего?! — вскидываю брови.
Хорошо, что я успела поесть, а то бы подавилась.
— Прояви гостеприимство, — мама и ухом не ведет.
Поднимаюсь из-за стола, убираю тарелки.
— Я не приглашала никого в гости.
Инесса опускает стакан на столешницу с громким стуком.
— Не строй из себя дурочку!
— Говорю совершенно искренне. Я не буду никому ничего писать.
— Лера!
Мама начинает нервно мерять шагами кухню. Я убираю за собой, ополаскиваю ладони. Вытираю руки жестким полотенцем и спокойно смотрю на матушку.
— Ты не собираешься быть на ужине? — та вздергивает подбородок.
— Я там буду.
Не вру. Но причина такого решения далеко не в Алике. Эх, все было так ровно дома до его появления. Да, мама порой капала на мозг, но в другие моменты мне даже нравилось жить в семье. Я мечтала об этом все раннее детство, хоть и обожала бабулю с дедулей. А теперь у мамы идея фикс — сбагрить меня замуж, про покой можно забыть. Права Лизка, пора подыскивать другое жилье. Да и все равно идиллия бы закончилась уже через несколько месяцев. Останавливаюсь на лестнице и смотрю на свой живот.
Но, видимо, мое согласие быть на ужине вселило в маму надежду, и она больше меня не трогала. Только как обычно велела выглядеть прилично. Но таскаться по магазинам я не стала. Мне сейчас нужно набирать очки по учебе, пока я могу активно на нее ходить. Плюс, искать квартиру. Я скачала приложение, мониторю студии по человеческой цене и в нужном районе. Но что-то подсказывает, придется идти на компромисс и ездить издалека. Вот только как позволит мое положение…
Макар все эти дни мне не пишет, на прогулки тоже не зовет. То ли еще не отошел от предыдущей, то ли занят достижением своей цели. Бр-р, даже мысль о ней мне неприятна. Нет, этот мужчина станет хорошим отцом. Не знаю, почему, но я так предполагаю. Я бы и для своего малыша желала такого папу. Но еще бы хотелось самой полноценно быть рядом с ребенком! А мечта бизнесмена растить детей самому как раз и вызывает панику.
Но в общем в делах я забываюсь, и незаметно подходит время маминого званого ужина. Я достаю с дальней полки бледно-розовое шелковое платье. Длинные рукава, струящаяся юбка до колен. Я надевала вещь один раз, мама ее не помнит. Мне не хочется слушать упреки, что я так и не съездила в магазин за обновкой. Хватит с меня и знакомства с Алексом.
У меня на этом ужине есть своя конкретная цель — узнать, как обстоят дела с планом Моргунова. Не передумал ли мужчина заводить наследников, что уже предпринял для своей цели. Где и как собирается жить в ближайшее время. На основе этой информации я буду строить свою стратегию дальнейшей жизни.
Наношу легкий макияж, решительно смотрю в зеркало и не представляю, к чему приведет этот вечер.
Гости приглашены к пяти, в шесть ужин. Мама наняла повара, его ассистентка поможет подать на стол. Заказами из ресторана сейчас никого не удивишь, плюс, Инесса хотела создать семейную атмосферу. Ведь будут, по ее словам, самые близкие. Правда, спустившись в шестнадцать тридцать со второго этажа, вижу — кроме Арефьевых и Макара к нам приглашена еще одна дама. Я ее отдаленно знаю.
— Добрый вечер, — приветствую ухоженную шатенку.
— Здравствуй, Лера, — улыбается гостья, — ты очень мило выглядишь.
— Спасибо, — киваю, — и вы просто замечательно выглядите.
Не умею лить сладкие речи, хотя женщина и правда отлично смотрится. Стройная фигурка с гармоничными пропорциями, маленький прямой носик, пухлые губы и пусть небольшие, но выразительные глаза. Все это подчеркнуто макияжем в натуральных тонах и элегантным женственным платьем шоколадного оттенка. В цветовой гамме ее локонов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я вспоминаю, кто это. Шаманова Лидия Эдуардовна — правая рука владельца крупной частной клиники в Москве. Отчим с ней дружит, наша семья наблюдается в данном медцентре. Его собственник живет за рубежом, делами рулит Лидия. Ей лет тридцать пять, и она безупречна. Как физически, так и морально.
