Читаем без скачивания Чему верить, что проверить? - Юрий Дмитриев

По поведению кошки можно было узнать и о приходе гостей: если она умывается – жди, идут! И о предстоящем дожде: если точит когти – будет ненастье.

Однако чаще кошка считалась символом зла.

Ее боялись перевозить на лошади, веря, что после этого лошадь начнет сохнуть; во время грозы черных кошек выбрасывали на улицу, чтоб они не «притянули молнию».

«Между ними черная кошка пробежала», – говорили о двух поссорившихся людях.

Это значило, что ведьма, которая большей частью принимала облик черной кошки, стала между людьми и поссорила их.

Чтоб понять, откуда столько поверий, связанных с кошкой, и почему они так противоречивы, нам придется снова вернуться в Древний Египет.

Среди многочисленных богов-животных у египтян на одном из первых мест стояла кошка. И как у всякого священного животного, у кошек были свои храмы, где они жили в роскоши, питаясь самой отборной живой рыбой, садки с которой находились тут же, в храме. У кошек были свои жрецы, свои почитатели, причем довольно многочисленные. Как рассказывает греческий историк Геродот, на празднества в город Бубастис, где находился храм, посвященный кошкам, собиралось по 700 тысяч верующих паломников. Они приносили в дар «священной кошке» многочисленные ее изображения, сделанные из бронзы, серебра и золота.

Султан Ель-Дахер-Бибарс, царствовавший в Египте и Сирии в XVIII веке, завещал кошкам огромный фруктовый сад в окрестностях Каира. Сад этот был отдан в распоряжение бездомных кошек, а доходы от него поступали в особый кошачий фонд на кормление животных.

Геродот рассказывал, что во время пожаров египтяне сначала спасали находившуюся в доме кошку, а потом уже гасили огонь. Убийство кошки, даже невольное, каралось смертной казнью. Нередко народ устраивал самосуд над убийцей священного животного.

Умерших кошек бальзамировали и хоронили на особых кладбищах в специальных ящиках.

С чем же связано такое почитание? Египтяне считали священными полезных животных. А кошки сражались с бесчисленными полчищами грызунов – бичом Древнего Египта. Но постепенно полезная деятельность кошек забылась, и на первый план выступили «божественные признаки».

Благодаря ночному образу жизни и своей плодовитости кошка в Египте была посвящена богине Луны, деторождению и плодовитости. Но иногда она олицетворяла и могущественного брата Луны – великого Ра, бога солнца. Как же так? При чем тут дневное светило, когда кошка ночное животное? Но мудрые жрецы хорошо разглядели признаки, роднящие кошку с богом солнца. Например, кошачьи глаза. Чем выше солнце, тем зрачки у кошки уже. И наоборот: чем солнце ниже, тем зрачки шире. Солнце совсем зашло, наступила темнота, и зрачки животного стали совсем большие. Разве это не прямое указание на связь с могущественным богом Ра?

Так жили кошки в Египте. Неплохо жилось им и в древние времена в Европе. Но вот в средние века, начиная примерно с X–XI веков, отношение к кошкам изменилось. Средневековые священники не признавали ничего, что пришло с востока: ни богов, ни животных, пользовавшихся там почетом.

Впала в немилость и кошка. Мало того: кошку объявили существом очень опасным. Причин для этого было достаточно: где бывает кошка ночью и что делает? Почему ходит бесшумно? Почему в темноте глаза ее горят? И что это за огонь – уж не адский ли?

Много и других подобных вопросов задавали средневековые монахи, и на все был один лишь ответ: кошка – «нечистая сила». Люди, ведущие знакомство с дьяволом – колдуньи или ведьмы, – легко принимали образ кошки. Для этого, как утверждали монахи, они знали различные способы.

Понятно, что церковники не могли оставить без внимания таких страшных тварей. Вместе с женщинами, обвиненными в колдовстве, в том, что они превращались время от времени в черных кошек, сжигали и пытали и самих черных кошек. По приблизительным подсчетам историков, в средние века было казнено не менее 9 миллионов колдуний, большинство из которых обвинялось в связи с дьяволом через кошек. Чтоб получить признание в колдовстве, пытали не только людей, но и кошек.

Во многих странах Европы стало обычаем ежегодно в определенные дни устраивать облавы на ведьм, то есть ловить и уничтожать кошек. Их топили в иванов день, когда, по преданию, цветет колдовское растение – папоротник; сбрасывали с башни на камни; сотнями сжигали на кострах. В Голландии в X веке была установлена «кошачья среда» – день массового убийства кошек.

Еще в конце прошлого века голландцы отмечали эту среду массовым сбрасыванием кошек с высокой башни в городе Иперн.

Ушло в прошлое средневековье. И теперь уж никто не верит, что кошка – ведьма, оборотень, злой дух. А ведь именно от этой веры пошло представление, что встреченная кошка принесет неудачу. Когда верили, что кошка – ведьма, боязнь кошек была понятна: ведьма успеет прибежать туда, куда идет человек, раньше него и, как и полагается ведьмам, все испортит.

Люди давно забыли о том, почему любят или не любят кошек, особенно черных; очень немногие теперь знают о кошке-богине и кошке-ведьме.

А приметы, связанные с кошками, живут!

Птица богини мудрости

Афина была любимой богиней у древних греков. Она помогала людям работать, возделывать землю, помогала им в сражениях и, кроме того, олицетворяла собой мудрость. Изображали Афину обычно в полном вооружении – с копьем, щитом и в шлеме. А у ног ее сидела священная птица – сова. И понятна была радость афинянина, встречавшего сову. Он считал, что сама богиня Афина посылает ему своего помощника. Будет удача!

У римлян богиней мудрости была Минерва. И ей тоже была посвящена сова.

«Сова Минервы летает по ночам», – говорили римляне, желая сказать, что хорошие мысли приходят ночью.

Но это было давно. В более близкие времена, то есть в средние века, сова стала такой же страшной и ненавистной, как и кошка. Случается, и сейчас сову называют лесной кошкой, пернатой кошкой. Натуралисты объясняют это название некоторым сходством в образе жизни обоих животных: они ночные, двигаются бесшумно, питаются главным образом грызунами, и у совы и у кошки зрачки сужаются на свету и расширяются в темноте. Но в средние века и кошку и сову объединяли по другим признакам – оба нечистые животные, слуги дьявола, оборотни.

С совами средневековым монахам бороться было труднее, чем с кошками. Кошки – вот они, рядом, а сову еще надо поймать! Может быть, по той же причине труднее изжить предрассудок, связанный с совой. Наблюдая за кошкой, здравомыслящий человек в конце концов поймет, что ничего сверхъестественного в ней нет. А за совой не так-то легко наблюдать. Вот и живет до сих пор примета: прилетела сова в деревню, закричала дурным голосом – быть беде.

У суеверного человека, незнакомого с жизнью сов, имелись все основания бояться этих птиц.

Ведь они ведут ночной образ жизни; у них страшная внешность и ужасный голос; у них бесшумный полет (а ведь любое живое существо, даже муха, при полете издает какой-нибудь звук, и только «нечистый» может летать бесшумно) и необыкновенный слух (она слышит звуки, раздающиеся чуть ли не под землей!). И наконец, самое серьезное обвинение: сова накликает несчастье.

Улики неопровержимые! И даже одной из них вполне достаточно, чтоб признать сову дьявольской птицей и уничтожать, как и поступали раньше. Или хотя бы прогонять. Или, наконец выследив гнездо, уничтожать яйца или птенцов, как нередко еще поступают сейчас.

Защитником совы выступает наука. Правда, по поводу внешности совы и наука ничего не может сказать в ее защиту. Да, внешне сова действительно страшновата. И пение ее далеко не мелодично: услышишь ночью в лесу – мороз по коже подерет!

Но ведь ни внешность, ни голос еще не признак вредности или опасности. Это только в плохих книжках да в плохих кинофильмах отрицательный герой обязательно страшный, какой-нибудь крючконосый, и голос у него хриплый или противно писклявый. В жизни же очень часто бывает наоборот.

Что же касается бесшумного полета, то тут наука сказала свое слово. Да, сова действительно летает бесшумно. Ее не услышишь, даже если она пролетит над самым ухом. Но это объясняется не связью совы с дьяволом, а удивительным устройством ее крыльев и оперения. Мягкое, пушистое оперение гасит любой звук, возникающий в воздухе. Но это «дополнительный глушитель», потому что звуки почти не возникают при полете совы. По переднему краю ее крыльев тянется острый гребень, который при взмахе тормозит поток встречного воздуха. Задние крылья снабжены мягкой бахромой из перьев, которые уничтожают завихрения воздуха, образующиеся позади крыльев.

Таковы причины ее бесшумного полета. А бесшумный полет совам необходим: ведь их добыча – такие осторожные и чуткие зверьки, как мыши.

Но одного бесшумного полета, оказывается, мало: необходимо уметь «слушать» добычу. Бежит мышка – ни одна травинка не шелохнется. Как тут узнаешь в темном лесу, да еще в траве, где она? А сова узнает. Узнает благодаря своему тончайшему слуху. Не будь у совы такого слуха – давно бы вымерли от голода все эти птицы. И те, у кого слух был хуже, вымирали; оставались лишь те, у кого вырабатывался такой «колдовской» или «волшебный», а на самом деле охотничий слух. Между прочим, сова охотится и зимой, когда мыши находятся под снегом. Снег заглушает и без того почти бесшумное движение грызунов. И тем не менее сова слышит их!