Если вы пережили эту красоту, этот восторг, это божественное опьянение, зачем вам индивидуальность? Кому нужна личность? Что дала вам личность, кроме тревоги, кроме ада? А это ничто настолько чисто, неограниченно. В первый раз вы обнаруживаете бесконечность, вечность, — и все тайны существования внезапно отворяют свои двери перед вами. И они продолжают отворяться... дверь за дверью...
Нет конца этому путешествию, это бесконечное странствие. Вы всегда достигаете, достигаете и достигаете, но вы никогда не прибываете. И каждый миг вы идете, все глубже в блаженство, в восторг, в истину, и не бывает полной остановки.
Манифест дзен абсолютно необходим, потому что все старые религии разваливаются; и прежде чем они развалятся и человечество окажется в полной растерянности, дзен должен быть распространен по всей земле. Прежде, чем старый дом рухнет, вы должны создать новый дом.
И на этот раз не совершайте той же самой ошибки. Вы жили в доме, которого не было, поэтому вы и страдали от дождя, зимы, солнца — ведь дом был только воображением. На этот раз действительно войдите в свой подлинный дом, а не в какой-то рукотворный храм, некую созданную человеком религию. Войдите в собственное существо. Зачем быть все время копией?
Это время чрезвычайно важно. Вы родились в самый удачный момент, когда старое утратило свою весомость, свою доказательность, когда старое висит на вас только потому, что вам недостает смелости выйти из тюрьмы. А между тем двери открыты — фактически, никаких дверей никогда и не было, поскольку дом, где вы живете, полностью воображаемый. Ваши боги — воображаемые, ваши священники — воображаемые, ваши святые писания — всего лишь игра воображения.
На этот раз не совершайте той же самой ошибки. На этот раз человечество должно совершить квантовый скачок от старой ветхой лжи к свежей, вечно новой истине. Это и есть Манифест дзен.
Второй вопрос:
Д. Т. Судзуки, человек, который открыл, дзен для западной интеллигенции, говорил: «Дзен надо хватать голыми руками, без перчаток». Не мог бы ты это прокомментировать?
С рациональной стороны его утверждение прекрасно. Дзен следует понимать, «хватать» голыми руками, без перчаток. Он подразумевает, что в мир дзен нужно входить без всяких убеждений, без всяких гарантий, без всяких страховок, без всяких перчаток. В дзен следует входить с голыми руками, нагими.
Но это утверждение все еще интеллектуально. Он не был ни мастером дзен, ни даже человеком дзен. Если бы он был мастером дзен, он не сказал бы так. Мастер дзен не может сказать, что дзен надо схватить. Дело не в том, чтобы схватить. Это старый язык ума, язык «покорения природы». Теперь он завоевывает дзен.
Дзен — это ваша реальность. Кого вы собираетесь хватать? Кого собираетесь завоевывать? Вы и есть дзен.
А что он подразумевает под «голыми руками»? Руки туда не дотянутся — ни голые, ни в перчатках. Руки символизируют движение наружу, они всегда указывают вовне. Все ваши чувства открыты к внешнему, все они экстравертны. Ваши уши слышат звук, который приходит снаружи, ваши глаза видят краски, свет, который приходит снаружи, ваши руки все время хватают — то, что снаружи вас. Ни одно из ваших чувств не может добраться внутрь. Для внутреннего, есть другое восприятие — третий глаз. Там нет рук.
Между вашими бровями, точно посередине, есть место, которое может смотреть внутрь. Когда вы закрываете глаза, пытаясь заглянуть внутрь, устремляясь к своему центру, вы постоянно наталкиваетесь на третий глаз. Поскольку он не открывался многие века, он разучился открываться. Поэтому, ежедневная медитация... и однажды вы вдруг обнаружите — третий глаз открылся, и путь чист и абсолютно ясен. Вам надо просто пойти к центру.
Так что никаких рук нет, и дело не в завоевании. Это ваша природа. Сама идея, что дзен надо овладеть, создает двойственность: вы — человек, который намерен овладеть дзен, а дзен — нечто отличное от вас. Это создает двойственность. Именно поэтому мне абсолютно ясно, является ли человек просто интеллектуалом или обладает опытом. У меня свой четкий критерий, по которому я определяю: этот человек говорит только от ума. Как бы ни был умен Д. Т. Судзуки, я говорю вам: он не мастер, он все еще живет в двойственности.
ум двойственен, он всегда разделяет вещи на противоположности: завоеватель и завоеванное, наблюдатель и наблюдаемое, объект и субъект, день и ночь. Он постоянно разделяет вещи, которые неразделимы. День неотделим от ночи; рождение неотделимо от смерти. Это одна энергия. Но ум все делит на полярности, противоположности. В существовании нет противоположностей; все противоречия являются лишь кажущимися. В глубине все противоречия сходятся.
Поэтому, когда кто-то говорит: «Хватай, завоевывай», — он по-прежнему говорит языком ума и по-прежнему насильственен. Его слова выдают это.
Дзен не должен быть ни объектом, ни субъектом. Это трансцендентальный опыт. Всякая дуальность превзойдена: наблюдатель и наблюдаемое становятся одним, познающий и познаваемое становятся одним. Так что вопрос не в завоевании или хватании, вопрос в том, чтобы расслабиться внутри самого себя.
Это не сражение и не война, это чистое успокоение, глубокое погружение внутрь своего покоя. И когда вы погружаетесь все глубже и глубже, вы обнаруживаете, что таете. В тот миг, когда вы приходите к единству с существованием, вы достигли своей природы. Это возможно только через расслабление, через покой.
Утверждение Судзуки рационально, но не экзистенциально, а дзен — это единственный экзистенциальный подход в мире.
Небольшая биографическая справка:
Однажды, во время путешествия Танка Теннен остановился на ночь в храме.
Вы знаете смысл слова Теннен? — это означает «абсолютно естественный».
Дзен — это ваша природа; известно вам это или нет, не имеет никакого значения. Если вы знаете, то не будете спотыкаться попусту, не будете снова и снова падать в одни и те же ямы. Если вы знаете, то будете идти как зрячий человек. Если вы не знаете, то будете идти, с закрытыми глазами. Всю свою жизнь вы будете терпеть ненужное страдание, напряжение, тревогу. Но по отношению к вашей внутренней природе это безразлично. Вы являетесь буддой все время — спящим, бодрствующим — известно вам это или нет. Если известно, жизнь становится блаженством. Если неизвестно, жизнь становится страданием.
Так что это просто вы. Если вы готовы погрузиться глубоко внутрь себя, пребывая в глубоком покое... Это не победа, это просто воспоминание, что буддовость является вашей природой, вашей дхаммой.
Танка Теннен остановился на ночь в храме. Было так холодно, что он разложил костер из одной деревянной статуи Будды. Когда на следующее утро храмовые монахи стали стыдить его, Танка объяснил, что сжег статую, чтобы собрать кости Будды.
«Разве могут быть кости у деревянной статуи?» — спросил монах Танку Теннена.
«Тогда почему вы ругали меня?» — ответил Танка.
Только человек огромной проницательности, только человек, который знает свою природу будды, может сжечь ночью статую Будды. Ночь была очень холодной, настоящий будда страдал от холода, а ненастоящий будда стоял на пьедестале; поэтому он взял одну из статуй — это была деревянная статуя, — сжег ее и был вполне доволен.
Утром, когда монахи из храма обнаружили, что он сжег статую Будды, очевидно, они сильно разгневались. «Что ты за человек? Мы думали, ты мастер дзен, а ты уничтожил одну из самых ценных статуй Будды. С какой целью?»
Он сказал: «Ночью было очень холодно». Он просто демонстрировал этим монахам: «Вы забыли свою природу будды и поклоняетесь статуям, созданию человека. Будды, поклоняющиеся статуям из дерева, камня или мрамора — это же абсурд! В какой духовной спячке вы находитесь? Неужели вы совершенно забыли, кто вы?»
Он сказал: «Ночь была холодной, и будда очень сильно замерз. Как раз рядом сидел фальшивый будда. Я сжег статую; это было всего лишь дерево». Чтобы прояснить окончательно, он сказал: «Я пытался найти кости Будды».
В мире Будды кости будды называются цветами. Когда будда пробуждается, даже его кости — уже не кости, поэтому их больше не называют костями, они упоминаются как цветы. Постепенно это широко распространилось в Индии, так что теперь чьи угодно кости, когда кто-то умирает...
В Индии тело положено сжигать на погребальном костре, а на третий день, когда огонь совершенно погас и тело полностью сожжено, родственники и друзья идут к месту сожжения, чтобы собрать «цветы». Это такое выражение. Они идут собирать кости. Эти кости нужно погрузить либо в реку, либо в океан, чтобы они обрели вечный покой — но их не называют костями.
