Исторические сведения о тольтеках, — как и любые другие данные о нашем доиспанском прошлом, — весьма скудны и отрывочны. Причина заключается не только в недостатке письменных источников или малочисленности археологических находок; свою роль играют и трудности, возникающие при попытках понять свойственное иной цивилизации мировосприятие, в корне отличное от концептуальных эталонов современной мысли и космовидения. Как жили тольтеки? Что их интересовало? Как они воспринимали мир? Даже если бы нам посчастливилось увидеть древних тольтеков своими глазами, найти ответы на эти вопросы было бы все так же трудно. Аналогично, наблюдение за повседневным поведением представителей ныне живущих индейских народов не обязательно даст сколько-нибудь полные ответы на подобные вопросы. Несмотря на годы и годы полевых наблюдений и этнографических исследований, — начиная с отчетов Сахагуна и кончая современными работами в области антропологии, — индейский мир все так же упорно сопротивляется попыткам проникновения туда миссионеров и научных исследователей. Этому способствуют возникшие в рамках европейской культуры представления, которые в той или иной форме разделяет весь остальной мир: не существует вселенной и реальности помимо той, которую мы обычно воспринимаем. Поэтому индейский мир, как существовавший в прошлом, так и современный нам, всегда воспринимается по-разному в зависимости от того, смотрим ли мы на него глазами неиндейцев или же наблюдаем изнутри глазами тех, кто в этом мире обитает.
Полностью вписывающийся в учение дона Хуана тезис феноменализма гласит, что воспринимаемый нами мир есть лишь описание, которое мы получили в момент рождения и затем научились строить по мере включения себя в мир социальный. Если исходить из этого тезиса, то все исторические и этнографические исследования должны быть переписаны заново, а все достижения гуманитарных наук пересмотрены. Так, если мы поместим коренного мацатека и человека из города в одну и ту же комнату или в одно и то же место в горах, они окажутся в различных реальностях и увидят различные миры. В то время, как индеец увидит в статистической таблице на стене только бессмысленные линии, горожанин будет с тревогой смотреть на спад деловой активности. В лесах индеец слушает деревья и учится у них, а деловой человек увидит только сырье, которое можно использовать в коммерческих целях. Естественно, если бы туземец заговорил о тех уроках, которые он получил от своих братьев-деревьев или духов гор, горожанин подумал бы: «Ох, уж эти бедные суеверные индейцы!», не подозревая, что сам находится в плену единственно доступного ему видения мира. Только человек знания способен переместиться за Параллельные Лиции, отделяющие миры друг от друга, и обнаружить существование бесконечно большого количества миров, доступных для восприятия и исследования. Ниже я коснусь этой темы более подробно. Реалии мира индейцев трудноуловимы, особенно если речь идет о реалиях прошлого. Сами ацтеки, о которых существует великое множество этнографических записей и документов времен испанского завоевания, служат источником споров и разногласий, причем в настоящее время существует много противоречивых точек зрения на их историю. Древние тольтеки, жившие гораздо раньше, являют собой великую тайну, о которой в наши дни ходят только всевозможные легенды — среди них рассказанные ацтеками, рассказанные этнографами и историками, поведанные сказителями во многих индейских общинах Мексики, пересказанные маракаме, а также ходящие среди тольтеков нашего времени.
С другой стороны, существует нечто более реальное, чем легенды и мифы, это живые свидетели, тольтеки конца XX века, о которых и пойдет речь в этой книге.
Я отдаю себе отчет, что понять мир индейцев с позиций нашего современного мира почти невозможно — ввиду убогости доступной нам информации. Тем не менее, хочу обратить особое внимание на некоторые характеристики мира тольтеков, которые хорошо просматриваются как в легендах и преданиях индейцев, так и в академических исследованиях вопроса. Хотя официальная история утверждает, что тольтеки жили в период с девятого по двенадцатый век, истоки тольтекского сообщества теряются во мраке времен. Самые древние следы могут быть обнаружены во временном ряду ольмеки — жители Теотихуакана — тольтеки, а также позднее, после распада Тулы, когда тольтекское сообщество распалось на такие разные этнические образования, как виррарика, ацтеки и майя.
Кетцалькоатль
Наиболее заметный персонаж мира тольтеков — это без сомнения Кетцалькоатль, Пернатый Змей, также называемый Хуэмак. Его изображения на старинных рукописях и археологических находках позволяют предположить тольтекские корни культуры многих народов доколумбовой Америки. Его можно увидеть на пирамидах Тулы (Толлана), в Хидальго, где имеются изображения и так называемых «Атлантов». Мы находим его образ в Ксочикалько в штате Морелос, месте встречи мудрецов многих индейских племен (они приходили сюда специально, чтобы еще глубже приобщиться к знанию тольтеков, постичь их мудрость, особенно разнообразные аспекты взаимоотношений человека и вселенной). В Чичен-Ице, на Юкатане, положение тени, отбрасываемой каждый год 21-го марта находящимся на главной пирамиде изображением все того же Пернатого Змея, возвещает о начале весны, что дает возможность лишний раз убедиться в глубине и точности знаний майя-тольтеков о вселенной. Это же происходит и в Ксочикалько, где солнечный луч проникает через специальное отверстие в стене церемониального грота точно в день солнцестояния 21 июля, сигнализируя о начале лета. Сочетание признаков птицы и змеи мы находим в эмблеме Мешико Теночтитлан, которая украшает государственный флаг Мексики. Аналогичные примеры можно привести для большей части территории Мексики и остальных стран Центральной Америки.
Образ Кетцалькоатля многопланов, он связан как с историческими событиями, так и с символами философского или духовного характера. Кетцалькоатль известен как верховное божество, культурный герой, указавший тольтекам путь к вершинам технического и духовного развития. И хотя все указывает на существование некогда Кетцалькоатля-человека, правившего древней Тулой, позднейший символ Пернатого Змея выходит далеко за пределы этого исторического персонажа. Кетцалькоатль стал со временем олицетворять возвышение того, что было прежде низко. Его не зря назвали таким именем — оно заставляет вспомнить о покорении духовных высот. Не следует забывать, что в наиболее развитых доколумбовых культурах религия и наука не были разделены. Они составляли часть целостного знания, позволявшего человеку установить и поддерживать гармоничные взаимоотношения с внешним миром. И, следовательно, нет ничего странного в том, что знание Кетцалькоатля одинаково проявляется как в том, что связано с научно-техническим знанием, так и в том, что относится к развитию осознания и к духовной жизни.
Тольтеки рассредоточиваются
Загадочное отбытие или исчезновение Кетцалькоатля связано с закатом славы тольтеков. Это событие породило множество преданий и легенд, но как бы то ни было, к концу двенадцатого века Тула была заброшена и тольтеки оказались разобщены. Странствуя, они рассеялись по разным регионам Мезоамерики, которая лишь выиграла от появления тольтекских мудрецов. Так, приблизительно в это время, — в чем видится благотворное влияние тольтеков, — майя начали свой путь к невиданным ранее высотам цивилизации. Некоторые из общин, предки которых пришли из древней Тулы, осели вблизи Наярита и Синалоа за пять веков до того, как испанское вторжение вынудило их искать убежища в высоких горах, где они живут и поныне. Именно в этом регионе, преимущественно благодаря стараниям тольтеков, возник знаменитый Ацтлан. Отсюда произошли двенадцать племен, которые после двухвекового странствия, следуя посланию из страны снов, Основали Мешико Теночтитлан, давая начало народу мешика, также известному как ацтеки.
ГЛАВА ВТОРАЯ
ТОЛЬТЕКАЙОТЛЬ
Тольтеки не были воинственным народом в классическом смысле слова — они не были предрасположены вести завоевательные войны или заниматься чем-то подобным. Тольтеки были людьми, высоко чтившими искусства и знание. Именно среди них достигла наивысшего развития культура «цветка и песни». Тольтеки были воинами духа. Сами мешика называли искусства и науки «тольтекайотль» (умения тольтеков), а человек знания был «тольтек», мудрец.
Поскольку тольтеков не интересовала военная деятельность, они сосредоточили свои интересы на Знании и Духе. В повседневной жизни как простых членов тольтекского сообщества, так и тех, кто был облечен властью, немалую роль играла религия, сохранившая свой первоначальный характер и оставшаяся Путем к Духу.
