– Устрой мне пробу, и она меня вдохновит. Крепко прижимая к груди сценарий, Кит повесила трубку.
Волнения. О, их у нее было предостаточно. Теперь же, когда появился шанс стать звездой, она странным образом ничего не испытывала, разве что некоторое беспокойство. Самолет выпустил шасси, и вскоре Кит почувствовала, как он уменьшил скорость. Чип Фримен со свистом втянул в себя воздух и зажмурил глаза. Самолет, замедляя ход, уже бежал, легонько подпрыгивая, по асфальту аэродрома Сарди Филд, расположенного к западу от Аспена.
– Может, ты отпустишь мою руку, Чип? – сухо сказала Пола. – Мы уже на земле.
– Прости, – Чип отпустил руку Полы и впервые сделал глубокий свободный вдох. – Господи, я ненавижу самолеты, – промолвил он, не обращаясь ни к кому в частности.
– Неужели? – У Полы было каменное лицо.
– Пола, – произнесла Кит с упреком, прогнав с лица улыбку.
– Конечно, он ухватился не за твою руку. Посмотри, как он изуродовал мне ноготь, – сокрушалась Пола, глядя на сломанный ноготь. – Мне снова придется делать маникюр.
– Нет ничего проще, – живо вмешался в разговор Мори. – Я договорился с парикмахером и маникюршей. Они будут у Джона в шесть вечера, чтобы подготовить Кит к балу. После нее маникюрша в твоем распоряжении.
– Ты мне ничего не говорил об этом, Мори. Мне не нужно... – возразила было Кит.
– Нет, нужно. Ты – моя звезда. – Он широко улыбнулся, и его лицо человека, озабоченного важными делами, вдруг подобрело и стало мягким. – Ты должна выглядеть сегодня сногсшибательно, Кит, на все сто миллионов долларов, даже если Тревис их тебе не заплатит, – добавил он и бросил хитрый взгляд на Джона Тревиса.
Тот лишь уничтожающе холодно взглянул на него. Джон Тревис не жаловал Мори и был не особенно высокого мнения о нем как об агенте Кит, чего никогда не скрывал.
– Мы оба прекрасно знаем, что она не может требовать такую сумму.
– Пока, – быстро добавил Мори.
– Гнусно делать деньги мерилом всего, – как всегда в таких случаях, возмутился Чип. Теперь, когда самолет приземлился, он наконец отважился покинуть свое кресло.
– Если ты полагаешь, что кинобизнес – это искусство, ты, братец, заблуждаешься, – назидательно заметил Мори.
Чип круто повернулся к нему.
– Ты прав, Роуз. Чертовски прав. Кинобизнес стал символом алчности, вульгарности и быстротечной славы. Но для некоторых из нас – это еще и хорошие фильмы. И без нас вы сидели бы в дерьме.
– Точно, – согласился Мори, ничуть не обидевшись.
Появился второй пилот и пригласил пассажиров к выходу. Первым ринулся Чип Фримен и ступил на трап, как только его установили. За ним последовала Пола. Мори махнул рукой Ивонн Дэвис, предлагая не ждать его, а сам задержался, ожидая, пока Кит возьмет свое пальто и сумочку.
– Этот парень не только много о себе думает, но заводится с первого оборота, не так ли?
Мори поднял глаза на Кит – она была выше его.
– Поэтому не заводи его, – посоветовала она.
– Я? – деланно удивился Мори и, довольно рассмеявшись, пошел к выходу.
– Он невыносим, – покачала головой Кит.
– Не считая всего прочего, – как бы про себя пробормотал следовавший за ним Джон Тревис, но не стал развивать эту тему. Кит тоже промолчала. Она уже знала, что он думает об ее агенте. Это был их давний предмет спора, а сейчас у нее не было желания ссориться.
Когда Кит вышла из самолета, ее встретил ослепительный солнечный полдень. Невольно окинув панораму гор в осеннем уборе на фоне бирюзового неба, она с наслаждением вдохнула чистый смолистый воздух. Она была дома.
С удивлением рассматривая парад самолетов на летном поле, Кит кивком головы указала подошедшему Джону на величественно возвышавшийся над всеми «Боинг-727».
– Похоже, Джи Ди Лесситер уже здесь. Это его самолет, – заметила она.
Услышав это, Пола с удивлением произнесла:
– Ты хочешь сказать, что это один из его личных самолетов?
–А чей же еще? – саркастически заметил Чип Фримен. Кит поняла, что Чип еще не остыл после стычки с Мори. – Этот человек хочет иметь все, что побольше да получше. Просто мания какая-то.
– Это не преступление, Чип, – заметила Пола, бросив на него взгляд, в котором был не только присущий ей скептицизм, но и житейская мудрость.
Чипа взорвало.
– Этот мнящий себя аристократом осел считает, что может командовать всеми и все держать под контролем.
– И что же позволяет ему делать это, как ты думаешь? – язвительно спросила Пола и тут же ответила: – Самая малость, Чип. Власть и деньги.
Когда Чип, ничего не ответив, плотно сжал губы и отвернулся, она в неожиданном порыве сочувствия и понимания коснулась его локтя.
– Чип, не следует кусать руки дающего... Даже в его отсутствие.
– Я сказал бы ему это в глаза, будь он здесь.
– Спокойно, Чип, – вмешался Джон Тревис. – Ты знаешь, что не относишься к числу любимчиков Лесситера.
Чип вскинул голову, и его карие глаза за толстыми линзами гневно сверкнули.
– А он тем более не относится к числу моих. Так что мы квиты.
– Не совсем. – Лицо Джона было совершенно спокойным, но в голосе прозвучали твердые нотки. – Пока только его пятьдесят миллионов позволяют нам снять фильм и обеспечить его прокат.
– И он никогда не перестанет напоминать нам об этом, – угрюмо добавил Чип.
Джон невесело улыбнулся.
– Поскольку между твоими мозгами и языком нет фильтрующего устройства, Чип, сделай одолжение и воздержись от каких-либо высказываний в адрес Лесситера, хотя бы сегодня на приеме.
Чип как-то весь обмяк и понурил голову, будто провинившийся школьник.
– Попытаюсь, Джон, – нехотя пообещал он. – Да поможет мне Бог. Но этот тип не способен отличить хороший фильм от плохого, не говоря уже о сценарии.
Пару недель назад до Кит дошли слухи, что Лесситер потребовал каких-то изменений в сценарии Чипа. Не это ли так взвинтило беднягу? Она знала, что у Чипа есть своя идея озвучивания фильма, а также намерение поискать место съемок в Аспене, пока они здесь. Чего хочет от него Лесситер?
К самолету внезапно подошел человек в джинсах и ветровке с широкой улыбкой на загорелом лице, эдакий типичный американец из глубинки. Он отыскал глазами Джона.
– Добро пожаловать в Аспен, мистер Тревис. Рады видеть вас здесь.
– Спасибо, Ден, – ответил Тревис и, сделав шаг к нему, пожал ему руку, а затем представил Дена всем остальным. – Ден Сомерс обеспечивает мою безопасность в Аспене. Он и пара его людей сделают все, чтобы мы не пострадали от чрезмерных восторгов наших почитателей, да и недоброжелателей тоже.
Кит, бросив взгляд на охранника, вдруг вспомнила, что Тревис давно уже не появлялся на публике без охраны. Три года назад, на премьере, на него напал давно гонявшийся за ним фанатик с бейсбольной битой в руках и сломал ему пару ребер.
