Читаем без скачивания Матильда - Роальд Дaль

Платиновый блондин

У Матильды не было ни малейшего сомнения в том, что отец своей последней мерзкой выходкой заслужил самое серьёзное наказание, и, пока она молча, не обращая внимания на телевизор, ела эту ужасную жареную рыбу с ужасной жареной картошкой, её мозг напряжённо работал, обдумывая разные варианты. К тому времени, когда было пора ложиться спать, у неё созрел очередной план.

На следующее утро, проснувшись пораньше, она отправилась в ванную и закрыла за собой дверь. Как мы уже знаем, миссис Вормвуд красила волосы в платиновый цвет — в костюм именно такого серебристо-сверкающего оттенка любят наряжаться женщины-канатоходцы в цирке. Дважды в год миссис Вормвуд красила волосы в парикмахерской, но раз в месяц или около того она освежала цвет, разводя в тазу некое средство, на котором было обозначено: «Платиновый блондин. Сверхсильная фиксация». Этим же средством она подкрашивала противные коричневые корни волос, которые отрастали с завидным упорством. Пузырёк с этой бурдой под названием «Платиновый блондин. Сверхсильная фиксация» хранился в шкафчике в ванной. На этой же этикетке ниже названия было написано: «Осторожно! Перекись! Хранить в местах, недоступных детям!» Эти слова Матильда перечитала несколько раз с особым удовольствием.

У мистера Вормвуда была копна чёрных волос, которые он расчёсывал на пробор и которыми чрезвычайно гордился.

— Хорошие, здоровые волосы, — любил повторять он, — означают хороший, здоровый мозг под ними.

— Ну, прямо как у Шекспира, — сказала однажды Матильда.

— Как у кого?

— У Шекспира, папочка.

— А он был башковитый?

— Очень, папочка.

— И у него была огромная шевелюра?

— Он был лысым, папочка.

— Если не можешь разговаривать по-человечески, лучше заткнись, — рявкнул отец.

Как бы там ни было, мистер Вормвуд бережно ухаживал за своими волосами и следил, чтобы они выглядели здоровыми и блестящими. Впрочем, может быть, ему только казалось, что они такие. Каждое утро он натирал волосы особым лосьоном под названием «Фиалковый тоник для волос». Склянка с этой зловонной смесью фиолетового цвета всегда стояла на полочке над раковиной, рядом с зубными щётками. Утренний массаж головы мистер Вормвуд проводил ежедневно после бритья. Массаж проводился очень энергично и сопровождался громким ворчанием с придыханием и возгласами: «А-а-а, хорошо! Вот так! Это то, что нужно!» Матильда слышала их даже в своей спальне, которая находилась в другом конце коридора.

Итак, рано утром Матильда, закрывшись в ванной, открутила крышечку отцовского лосьона и вылила три четверти в раковину. Затем она взяла мамино средство для волос и смешала его с оставшимся в склянке отцовским тоником, хорошенько встряхнула, так, чтобы смесь стала равномерно-фиолетового цвета и ни капельки не отличалась от настоящего лосьона. Затем она поставила бутылочку с «лосьоном» на её законное место на полке над раковиной, а мамино средство вернула в стенной шкафчик.

За завтраком Матильда тихо сидела в столовой и ела кукурузные хлопья. Её брат сидел напротив, спиной к двери, и жевал хлеб, намазанный арахисовым маслом вперемешку с клубничным джемом. Мать в это время была на кухне и готовила мистеру Вормвуду завтрак, который обычно состоял из яичницы с тостом, трёх сосисок, трёх ломтиков бекона и нескольких жареных помидоров.

В этот момент в столовую с шумом вошёл мистер Вормвуд. Он не мог спокойно входить в комнату, особенно во время завтрака. Ему хотелось, чтобы его появление сопровождалось шумом и суетой, словно своим приходом он возвещал: «Это я! Я пришёл, собственной персоной. Я хозяин, добытчик, и только благодаря мне вам так хорошо живётся. Так что уважьте меня».

На этот раз он вошёл широким шагом, похлопал сына по спине и громко сказал:

— Ну, мой мальчик, у твоего отца такое предчувствие, что и сегодня его ждёт удача, что он заработает кучу денег. У меня в гараже есть несколько красавиц, которых я собираюсь впарить очередным идиотам. Где мой завтрак?

— Уже несу, моё сокровище! — крикнула из кухни миссис Вормвуд.

Матильда наклонилась ниже над своей тарелкой: она не отважилась поднять глаза. Во-первых, она вовсе не была уверена в том, что увидит именно то, что ей хотелось. Во-вторых, если бы даже она увидела то, что рассчитывала увидеть, она опасалась, что лицо может её выдать. Брат смотрел в окно поверх её головы и запихивал в рот очередной кусок хлеба с ореховым маслом и клубничным джемом.

В тот момент, когда отец направлялся на своё место во главе стола, мать принесла из кухни огромную тарелку, доверху наполненную яичницей, сосисками, беконом и жареными помидорами. Увидев мужа, миссис Вормвуд замерла как истукан, а потом завопила так, что у самой чуть не лопнули барабанные перепонки. Тарелка с грохотом шлёпнулась на пол и вместе с завтраком разлетелась в разные стороны. Все подпрыгнули от неожиданности, включая и самого мистера Вормвуда.

— Что это с тобой, женщина?! — воскликнул он. — Посмотри, что ты сделала с ковром!

— Твои волосы! — ужаснулась миссис Вормвуд, тыча указательным пальцем в мужа. — Посмотри на свои волосы! Что ты с ними сделал?

— Господи, да что с ними такого? — удивился тот.

— Во, чума! Пап, правда, где это тебя так угораздило? — закричал Майкл.

В столовой поднялся настоящий гвалт.

Матильда хранила молчание. Она просто сидела и восхищалась произведённым эффектом. Шевелюра мистера Вормвуда была теперь грязно-серого цвета — именно такого цвета становится костюм циркового канатоходца, если его не стирать целый сезон.

— Ты… ты… ты выкрасился! Зачем ты это сделал? — вопила миссис Вормвуд. — Это же ужас! Просто кошмар! Ты похож на придурка!

— Что за чушь вы несёте? — вскричал отец, хватаясь за волосы обеими руками. — Ничего я не выкрасился! Что значит «выкрасился»? Что за идиотские шутки?!

Лицо его сделалось бледно-зелёным, как кислые яблоки.

— Ты выкрасился в такой же цвет, что и мама, — пригляделся Майкл. — Только твои волосы погрязнее!

— Конечно, ты их выкрасил! — продолжала кричать мать. — Не могли же они сами перекраситься! С чего это вдруг ты надумал? Покрасоваться решил? Ты похож на сумасшедшую старуху!

— Дай мне зеркало! — не выдержал отец. — И хватит орать! Зеркало неси!

Мамина сумочка лежала на стуле у противоположного конца стола. Она достала из неё пудреницу, внутри которой на крышке было маленькое круглое зеркальце, и, открыв её, протянула мужу. Тот схватил пудреницу и принялся разглядывать себя, не замечая, что просыпал почти всю пудру на свой драгоценный твидовый пиджак.

— Осторожнее! — зашипела мать. — Посмотри, что ты наделал! Это же моя лучшая пудра.

— Караул! — завопил отец, уставившись в зеркальце. — Что это со мной?! Кошмар! Я не могу идти на работу в таком виде! Как же это произошло? — Он поочерёдно оглядел сначала жену, затем сына, потом Матильду. — Как это могло случиться?

— Мне кажется, папочка, — тихо сказала Матильда, — что ты просто перепутал флаконы и взял мамину краску для волос вместо своего тоника.

— Точно, именно так всё и было! — воскликнула мать. — Правда, Гарри, какой же ты болван! Ну почему ты сначала не прочитал инструкцию? Моё средство ужасно сильное, достаточно одной столовой ложки на таз воды, а ты небось весь флакон на голову вылил. У тебя, не дай бог, все волосы теперь выпадут. Кстати, тебе голову не жжёт, дорогой?

— Ты хочешь сказать, что я облысею? — вскричал муж.

— Боюсь, что да, — сказала мать. — Перекись — очень сильное химическое вещество. Им даже иногда дезинфицируют туалеты, только тогда оно называется как-то по-другому.

— Что ты сказала? — гаркнул мистер Вормвуд. — Я вам не унитаз и не хочу, чтобы меня дезинфицировали!

— Даже у меня, хотя я и пользуюсь перекисью в разумных количествах, иногда выпадают волосы, поэтому я не представляю, что случится с твоими. И вообще, я удивляюсь, как это ты ещё не облысел!

— И что же мне теперь делать? — завыл отец. — Быстро говори, пока они не начали выпадать.

— На твоём месте, папа, я бы хорошенько помыла их с мылом, — сказала Матильда. — Но тебе надо поторопиться!

— А это вернёт им прежний цвет? — озабоченно спросил отец.

— Конечно же, нет, бестолочь, — усмехнулась мать.

— Ну и как же быть? Не могу же я ходить в таком виде вечно?

— Придётся покрасить тебя в чёрный цвет, — сказала мать. — Только сначала пойди вымой голову, а то нечего будет красить.

— Точно! — сорвался с места отец. — Запиши меня к своему парикмахеру! Скажи, что это срочно! Экстренный случай! Ему придётся вычеркнуть нескольких клиентов из своего списка. Я пошёл мыть голову.

С этими словами он выбежал из комнаты, а миссис Вормвуд, глубоко вздохнув, направилась к телефону, чтобы позвонить в парикмахерскую.