Читаем без скачивания Возвращение к истоку - Сергей Зайцев

— Когда я смогу отправиться к месту прохождения службы?

— Не любишь бездельничать, похвально. Но перебивать некрасиво. И пару дней в карцере ты все же отсидишь, порядок есть порядок. Иначе Ронор меня не простит. Сам должен понимать, авторитет — штука хрупкая, стоит недоглядеть — и в мое кресло сядет Ронор, а я побегу готовить ему кофе. Мне это надо?

— Я готов.

— Сядь. Я еще не закончил разговор. Сядь, говорю, карцер никуда не убежит, это тебе не девственница на первом свидании. Так-то лучше. Косишь под тупого? Уверяю тебя, актер из тебя хреновый, так что оставь бесплодные попытки, не изображай неприступную крепость под натиском превосходящих сил противника…

Рядом ощутимо завоняло. Капитан отреагировал с отеческой улыбкой:

— Ронор, поздравляю с возвращением в мир живых.

— Да… мой капитан.

— Поднимайся, хватит изображать труп, мне и твоей вони хватает, без хладного тела в собственном кабинете как-нибудь перебьюсь.

Петр не оглянулся. Капрал его мало интересовал. Ответного выпада он не опасался. Не все такие сумасшедшие, как он, а капрал, несмотря на впечатляющие габариты, явно рохля, будет колебаться даже после прямого приказа начальника.

— Вот с таким вот контингентом и приходится работать, — поморщился капитан. — Но у Ронора есть неоспоримое качество — чутье на неприятности. За что и держим. Ронор, чувствуешь неприятности?

— Ага… Да, мой капитан!

— Еще бы, небось уже в заднице свербит. Прикрути запах, а то блевать уже тянет. Как только закончу с нашим контрактником, займусь я тобой как следует. Харю отъел на казенных харчах — в дверь тараном скоро вбивать придется. Прислали тебя на мою голову. Ничего, я с тобой поработаю, уже набросал план твоей переподготовки. Будешь летать у меня по взлетному полю вместо истребителя, понял? Все нормативы по физической подготовке сдашь в кратчайшие сроки. Или вылетишь со службы. Так что выбор за тобой, истребитель ты мой легкокрылый, плохо напильником обработанный и под бульдозер заточенный…

— Мой капитан, я…

— О как. Строптивость демонстрируем, капрал?

— Я о неприятностях, мой капитан…

— Ты что, мне угрожаешь?

— Никак нет! Я чувствую, неприятности будут с этим парнем!

— Ах вот оно что. Ну я и без тебя уже понял. По твоей вони. Ты ведь у нас очень специфический специалист, так что помолчи пока и сделай наконец кофе! Подожди-ка, тут твоя чашка валяется, сейчас мы ее ботиночком… Вот. Хорошо пошла. Прямо как в детстве по мячу… Молодец, что поймал. Только не вздумай в нее наливать, возьми другую. Итак, пилот. Твое досье я посмотрел очень внимательно. Контракт с тобой оформлен по всем правилам. Но есть одна прикольная проблема. Меня прямо тащит и плющит. От радости. В кои-то веки занимаюсь настоящей работой. А знаешь почему?

Петр холодно проигнорировал вопрос. Проблемы этих двух человечков его мало интересовали. Тем более затеянная в его присутствии клоунада.

— Эх, какой же ты необщительный тип, пилот. Мне же неинтересно в двух лицах распинаться — и за себя, и за тебя. Хотя опыт забавный. Примерно как онанизмом заниматься. А ведь по всему выходит — ты шпиён. А шпиёнов мы не любим. Не томи, выкладывай, на кого работаешь? Молчишь. Хотел бы я знать, ты действительно не понимаешь или притворяешься… Открою тебе страшную тайну — мы не ждем пополнения, парень. Штат базы укомплектован полностью, запроса на пополнение не было, база на Пустоши закрыта, сюда если и присылают, то трижды проверенных людей. А ты — контрактник со стороны. Да еще и с такой поганой личкой. Чушь собачья. Ты просто не мог сюда попасть.

— Меня это не касается. Может, закончим этот треп?

— Да что ты, мы только начали, — с ласковой укоризной покачал круглой головой капитан. — Предстоит столько интересной работы, что я прямо как на иголках. Прежде всего, придется отправить запрос в разведуправление на установление твоей личности и подтверждение представленных тобой данных. Эх, пилот, заставляешь нас идти на лишние расходы, ГТ-связь ведь недешева… Но ничего, если сотня-другая налогоплательщиков потуже затянет пояс, то с них не убудет, может, даже напротив, обретут спортивную фигуру…

Петр уже встречал таких людей. Таким типам почему-то кажется, что обо всем в этом мире им заранее известно. Петр не собирался рассказывать, что на самом деле побудило его появиться здесь, на Пустоши. Но как избавиться от назойливого любопытства особиста?

Помог случай.

Капитан осекся на полуслове. По отрешенному взгляду было ясно, что он считывает с виртуалки поступившую информацию. И информация оказалась важной. Настолько, что на лице особиста красноречиво проступило великое сожаление — еще бы, пришлось прервать такое увлекательное занятие — ознакомительный допрос.

— Ронор!

— Кофе, мой капитан!

— Да засунь ты этот кофе… Присмотри за нашим подопечным, мне нужно отлучиться на взлетное поле. И хлебалом не щелкай. Еще раз так меня опозоришь, месяц из карцера не выберешься, я лично прослежу, чтобы тебя весь срок держали на одной воде, выйдешь стройным и красивым… Хотя в принципе это невозможно, но ради тебя поломаю любые принципы и пойду на подвиги по перевоспитанию. А ты, пилот, не шали, посиди смирно, может, все и образуется, запрос я уже послал.

Низкорослый капитан живо поднялся из-за стола, вытащил из ящика стола форменную кепи и, натягивая ее на шарообразный череп, вылетел из кабинета, словно мяч после хорошего пинка.

Капрал же тяжелым шаркающим шагом обогнул Петра по широкой дуге, предусмотрительно держась от него подальше, и уселся в кресло начальника, кое-как впихнув в него широкий зад. Капитан Семик, наверное, даже и не подозревал, насколько его предположения насчет родного начальственного места были близки к истине. Не спуская с пилота сумрачного взгляда, капрал молча вынул из поясной кобуры и положил на стол перед собой станнер, отключил предохранитель, поставил оружие на боевой взвод — на стволе сбоку замигал зеленый огонек.

Петр не обратил на него внимания, напряженно решая в уме возникшую проблему. «Не образуется», — мысленно возразил Петр Свистун капитану Семику. Эта дотошная скотина обязательно докопается до истинного положения вещей. Не хотелось начинать свое прибытие сразу с конфликта, но что-то нужно было предпринимать, и срочно. Или он наконец приблизится к своей цели, или потерпит крах, и в лучшем случае его вышибут с планеты, не переломав кости, а всего лишь оштрафовав. Такой вариант его совершенно не устраивал. Приняв решение, Петр спокойно встал.

— А ну сядь… — начал было капрал, потянувшись к станнеру.

Проверенный метод сработал без осечки. Для подготовленного воина клана Скорпионов, а Петр уже в юности славился скоростью атаки, это животное в человеческом обличии, посмевшее надеть военную форму, двигалось слишком уж медленно. Удар отбросил капрала на стену, падая, он с грохотом перевернул кресло. Петр шагнул ближе, проверил его состояние, собираясь в случае чего добавить. Но капрал и без того вырубился, слабая способность держать удар в голову подвела и в этот раз. Петр подхватил ранец и быстрым бесшумным шагом вышел за дверь, не забыв аккуратно прикрыть ее за собой. С персоналом в местном космопорте негусто, но мало ли кто пройдет мимо, а поднимать бучу раньше времени незачем.

ГЛАВА 4

Кассид

По просторному камбузу торгового корабля-внешника «Забулдыга» плыл непередаваемо волшебный запах собредского влопа, исходившего паром на термоплитке. Влоп доходил. Еще десять минут и…

Пристально наблюдая за процессом приготовления и шумно вдыхая носом соблазнительные запахи, Кассид Кассиониец издал утробный рык в предвкушении неотвратимо приближающегося удовольствия. Поесть он любил. А поесть хорошо и вкусно любил особенно. Профессия межзвездного торговца в сочетании с патологической ленью слабо способствовала развитию каких-либо посторонних умений, не имевших отношения к его основной деятельности, он мало что умел делать своими руками, разве что снести какому-нибудь хаму челюсть в хорошей драке (редкое удовольствие — привычка к деловым переговорам и компромиссам практически исключала такое приятное времяпровождение), но он умел и любил готовить пищу. В основном — для себя, потому как нетерпеливые и всеядные компаньоны обычно довольствовались стряпней кухонных автоматов — быстро и относительно качественно. Но Кассиду нравился сам процесс!

Особенно когда заняться абсолютно нечем.

Особенно когда некому насмехаться над его увлечением…

Едва он так подумал, как из-за правой ляжки Кассида, чуть выше колена, сперва осторожно высунулась большая пластиковая поварешка, зажатая в пальцах тонкой металлической лапки, затем показалась плоская голова-тарелка с блестящими бусинами видеосенсоров. Насмехаться некому, а вот нежеланный помощник всегда при нем. То есть при камбузе. Услужливый повар-стюард молча протестовал против своего отстранения от дела, ради которого он и обитал в камбузе. Протестовал-то он молча, но назойливо пытался проявить инициативу, невзирая на неоднократные отпихивания башмаком Кассида. Робот выглядел презабавно. Росточек всего в полметра, тонкое цилиндрическое тельце, ручки-ножки в виде металлических прутиков — словно несчастное создание с самого момента «рождения» сидело на голодном пайке. Но за кажущейся забавностью, нередко усыплявшей бдительность клиентов на борту корабля, крылась совсем иная сущность — экзот-роботы класса «скелетон», созданные компанией «РобоТех» для охранной деятельности, при необходимости отлично справлялись не только с обязанностями поваров и стюардов, но и вышибал.