его жизни стала
месть.
И в тот самый момент, когда желание отмщения, желание причинить страдания тем, кто, возможно, повинен, вошло в его сердце, Фрэнк сам ещё не знал, насколько оно разрастётся.
Практикующие психиатры, увы, не застрахованы от того, чтобы стать пациентами своих собственных коллег.
Этого Фрэнк тогда тоже не знал.
Хотя положа руку на сердце, он знал.
6
– Нам… нам даже нечем прикрыть её, – Эль всхлипнула. Она уже перестала плакать, но руки её всё ещё дрожали. – Я… я не хотела. Я просто хотела, чтобы она заткнулась… она постоянно ныла. Всё ныла и ныла…
Родриго хмыкнул:
– Неправда, ты хотела. Ты сказала ей «сдохни, тварь». Бессердечная мерзкая сука. А она не ныла, а говорила правду. Мы правда сдохнем здесь. Скоро нам захочется жрать, и мы начнём жрать друг друга, как какие-нибудь чудом выжившие ублюдки на сраном необитаемом острове. Кстати, если что – можно будет съесть её, – он кивнул головой в сторону лежащего у стены тела Джейд.
– Когда ты же наконец заткнёшься, – покачал головой Самир.
– Хочешь заткнуть меня точно так же, как рыжая сука заткнула Джейд? – Родриго не переставал ухмыляться. – Грёбаная турецкая свинья. Кстати, а скажи, ты тоже проститутка? Или ты тот самый таинственный убийца? – он сделал страшные глаза.
– Прекрати истерить и оскорблять всех, Родриго, – перебил его Мэтт. – Если уж тебе так интересно, полагаю, под убийцей наш похититель подразумевает меня.
– Что? – Эль, руки которой всё ещё дрожали, уставилась на него непонимающим взглядом. – Ты? Надо же. Я признаться, думала на Самира. Подозревала, что он какой-то террорист, – она горько усмехнулась.
– Я турок, а не араб, – тихо произнёс Самир и покачал головой.
– Прости, сладкий, не хотела обидеть, – Эль пожала плечами, а затем повернулась к Мэтту. – И чего же ты натворил? Полагаю, ты хочешь рассказать об этом, раз уж начал. Хотя бы узнаю перед смертью, как можно убить и избежать тюряги.
– Если мы всё же выберемся отсюда, ты сядешь, – Родриго вновь хмыкнул и отвернулся, прислонившись к стене.
– Год назад я работал в госпитале Святого Адриана, – не обращая на него внимания, начал Мэтт. – Меня выдернули на ночное дежурство, потому что один парень заболел. Я был зол. Я собирался провести этот вечер со своей девушкой, и мне было совершенно начхать на все эти клятвы Гиппократа, – он обвёл взглядом остальных. – Открою вам маленький секрет: врачам обычно срать на Гиппократа, когда этот самый Гиппократ нарушает их личные планы… большинству из. Потому что есть те, кому не насрать. Это прирождённые врачи. Они – врачи от бога, я – нет. Потому мне было насрать. В нашем госпитале был один санитар… мистер Эндрюс. Ему было где-то около шестидесяти. Кажется, никто и никогда не видел мистер Эндрюса трезвым… по крайней мере, уж я не видел точно. У него всегда водилась выпивка, и неплохая. Уж не знаю, откуда он доставал на неё деньги, с его-то мизерной зарплатой, но у него всегда была припасена бутылочка добротного виски. Он постоянно пытался кого-нибудь угостить, но я всегда отказывался. Потому что считал себя хорошим парнем и хорошим врачом… да, наверняка именно поэтому. Но в ту злополучную ночь мистер Эндрюс предложил мне, и я выпил. Совсем немного. Но, как позже выяснилось, этого было достаточно. Привезли девушку. Молодую. Совсем. Автокатастрофа. Пожилой мужчина, который вызвал скорую, позже показывал, что она неслась на огромной скорости и будто бы специально съехала в кювет. В салоне ещё играла музыка… просто орала. Что-то из «Дорз», он сказал. Наверное, она любила эту группу. Как выяснилось потом, девушка была адски пьяна. К тому моменту как её привезли, я тоже уже был пьян. Не адски, но вполне достаточно. И я… – Мэтт замялся; было видно невооружённым глазом, с каким трудом ему даются эти слова, – я… я совершил врачебную ошибку. Я ввёл ей неверную дозировку препарата, хотя в тот момент был уверен, что всё делаю правильно. Чёртов алкоголь, – он покачал головой, глядя куда-то в стену. – Она умерла. По сути это я убил её. Её ещё можно было спасти.
Родриго наконец повернулся к остальным. Всё та же кривая ухмылка будто застыла на его лице навечно.
– А я-то думал, среди нас какой-нибудь ужасный маньяк, – сказал он. – А оказывается, это всего лишь врач с врачебной ошибкой, – он театрально закатил глаза. – Амиго, проснись. Твои коллеги совершают подобные «врачебные ошибки» каждый день. Моя бабуля скончалась от неверно поставленного диагноза пару лет назад. Всё потому, что какой-то старый пердун из Мехико решил сшибить деньжат и намеренно старался лечить старуху как можно дольше. О боже, да каждый второй из вас убийца!.. – Родриго, казалось, хотел сказать что-то ещё, но Самир, не выдержав, подошёл к нему и сильно встряхнул за плечи.
– Парень, я всё-таки настойчиво советую тебе заткнуться, – сказал он.
Эль, которая всё это время, будто бы забывшись разминала сигарету, наконец подняла на Мэтта свои заплаканные глаза.
– Чёрт подери, да ты, как я погляжу, самый чистый из нас, – тихо сказала она.
И удушающая тишина снова на какое-то время наполнила сырой чердак.
***
– Давай поразмыслим, чем мы могли бы разбить кладку, – Самир ободряюще похлопал Мэтта по плечу. – Что-нибудь, думаю, тут всё равно найдётся.
Эль, которая уже почти окончательно успокоилась, кивнула:
– Я тоже так думаю. Это чердак, как ни крути, – она повернулась к Родриго: – Ты с нами, мучачо, или тебе больше нравится психовать?
– С вами, – Родриго состроил гримасу. – Представь себе, меня совершенно не тянет сдыхать, милая.
– Тогда разделимся и поищем что-нибудь, – сказал Мэтт. – Помещение большое, что-нибудь да должно найтись, тем более, Эль верно заметила: это чердак.
– Иди с Самиром, я пойду с мучачо, – усмехнулась Эль. – Если что – въебу ему по яйцам.
– Пошла ты, – фыркнул Родриго.
– Попридержите язык уж оба! – рявкнул Мэтт. – Так и поступим. Заодно поищем, чем прикрыть… Джейд.
Вибросигнал мобильного телефона прозвучал неожиданно… но с другой стороны – неожиданным он уже не казался.
Все уже будто бы были уверены в том, кто на связи, и почти не удивились, когда Мэтт с выражением какой-то нестерпимой боли на лице протянул им мобильный телефон, на экране которого красовалось:
Как поживаете? Надеюсь, у вас всё хорошо?
Никто никого случаем не убил?
А вы ещё глупее, чем я думал.
Выход ближе, чем вам кажется.
А время идёт.
Оно продолжает идти.
Тик-так.
Возможно, мы всё-таки увидимся с некоторыми из вас.
Или нет.
Не забывайте о том, кто вы.
Помните, что
