Читаем без скачивания На нашей улице - Мэри Кларк

— Тогда я попрошу всех прийти к вам в три.

Дорого бы я дал, чтобы побывать у Лоуренсов, подумал Томми.

— Время и место определены, — сказал он Питу. — Осталось обзвонить людей. Через час мы должны быть у Эмили Грэм. Надо уговорить ее дать разрешение перекопать весь двор.

Без четверти три Эмили припарковала машину на Ладлем-авеню, у дома Клейтона и Рейчел Уилкокс. За полчаса до этого она позвонила Уиллу Стаффорду и спросила, с чего лучше начать поиски сведений об исчезновении Мадлен Шейпли.

— В библиотеке на Третьей авеню собран уникальный справочный материал, — сказал он, — но вернее всего будет обратиться к доктору Клейтону Уилкоксу. Он неофициальный историк нашего города. Давайте-ка я ему позвоню.

Через пятнадцать минут Стаффорд отзвонил Эмили:

— Можете ехать прямо сейчас. Я рассказал Клейтону, чем вы интересуетесь, и он уже подбирает для вас материалы.

Эмили поднялась по ступенькам и позвонила. Мгновение спустя дверь распахнулась. Даже если бы ее не предупредили, она бы сразу догадалась, что доктор Клейтон Уилкокс — ученый.

— Мисс Грэм? Прошу вас, проходите, — сказал он приятным низким голосом, взял у нее пальто и повел по коридору. — Когда мы двенадцать лет назад решили перебраться в Спринг-Лейк, выбором дома занималась жена, — объяснил Уилкокс, введя ее в комнату, где все четыре стены от пола до потолка были заняты книжными полками. — Я тогда выдвинул единственное требование: чтобы это был настоящий викторианский особняк с комнатой, куда бы могла вместиться вся моя библиотека, письменный стол, диван и кресло.

— Вы получили то, чего хотели, — улыбнулась Эмили.

Ей нравились такие комнаты. Темно-бордовый кожаный диван выглядел уютным и удобным. Большинство книг на полках были старыми. На столе, около ноутбука, лежала кипа тетрадей и блокнотов.

— Я оторвала вас от работы. Прошу прощения.

— Пустяки. Мне сегодня не пишется, и я с нетерпением ждал встречи с вами. — Он опустился в кресло. — Уилл Стаффорд сказал, что вы интересуетесь историей Спринг-Лейка. Я смотрел новости и знаю, что вместе с останками несчастной Марты Лоуренс были обнаружены останки вашей родственницы.

Эмили кивнула:

— Убийца Марты, очевидно, знал, что тело Мадлен закопано там. Остается вопрос: откуда?

— Знал? Вы полагаете, что нынешний убийца — мужчина?

— Вероятнее всего — да. Но наверняка, естественно, не знаю. Как и не знаю, кто сто с лишним лет назад убил Мадлен Шейпли. Она — моя двоюродная прапрабабка. Она погибла в девятнадцать лет. Доктор Уилкокс, — продолжила Эмили, — связь между гибелью Марты Лоуренс и Мадлен Шейпли несомненно существует. И если убийство одной будет раскрыто, возможно, будет раскрыто и убийство другой. Я почти уверена: тот, кто знал, что тело Мадлен закопано около ее же дома, откуда-то знает, как и почему она погибла.

— Вероятно, об этом где-то написано. Возможно, в письменном признании или письме. Выходит, тот, кто обнаружил этот документ, не только не рассказал о его существовании, но и использовал информацию о захоронении, когда совершил собственное преступление?

— Именно это я и предполагаю. И кое-что еще. Я думаю, что ни Мадлен, ни Марта не принадлежали к тому роду женщин, которые вступили бы в контакт с незнакомым человеком. Скорее всего, обе они попали в ловушку, расставленную тем, кого они знали и кому доверяли.

— На мой взгляд, заключение слишком смелое, мисс Грэм.

— Я так не считаю, доктор Уилкокс. Мне известно, что, когда пропала Мадлен, в доме находились ее мать и сестра. Был теплый сентябрьский день. Окна были открыты. Если бы она закричала, ее бы услышали. А Марта Лоуренс отправилась на утреннюю пробежку. Несколько домов выходят окнами прямо на дорожку. Слишком уж рискованно было бы подойти к ней и затащить в машину — кто-нибудь наверняка бы это увидел.

— Вы много об этом думали, не так ли, мисс Грэм?

— Прошу вас, называйте меня Эмили. Да, я много об этом думала. Немудрено сосредоточиться на подобных мыслях, когда полицейские перекапывают твой двор в поисках жертв. — Она встала. — Благодарю, что уделили мне время. Мне пора — ко мне должны приехать детективы.

Уилкокс тоже поднялся:

— Я подобрал несколько книг и статей о Спринг-Лейке, которые могут вам пригодиться. А еще копии газетных вырезок девяностых годов девятнадцатого века.

Он выдвинул нижний ящик стола и достал полотняную сумку с надписью: «Инок-колледж. Книжный магазин».

— Лучше держите мои книги в ней, чтобы они были в одном месте. Я пишу исторический роман, действие которого происходит в Спринг-Лейке в восемьсот семьдесят шестом году. Это моя первая попытка заняться литературным творчеством, и я нахожу его весьма увлекательным. — Он проводил ее к выходу. — Давайте снова побеседуем, когда вы просмотрите эти материалы. Возможно, у вас возникнут вопросы.

— Вы очень любезны, — сказала Эмили, пожимая ему на прощание руку.

Ей вдруг почему-то стало не по себе. Все дело в доме, подумала она, спускаясь по ступеням. Очень уж у него унылый вид. Единственное живое место — это библиотека.

Проходя мимо гостиной, Эмили заглянула туда. Мебель с темной обивкой, тяжелые шторы — худшее, что было в викторианской эпохе. Все угрюмое, мрачное, мертвое.

Клейтон Уилкокс смотрел из окна кабинета вслед Эмили. Весьма приятная молодая женщина, решил он. А затем сел за компьютер.

Скрин-сейвер исчез, и на экране появилась страница, над которой Уилкокс работал. Речь там шла о поисках девушки, которая вместе с родителями приехала в 1876 году в Спринг-Лейк на торжественное открытие отеля «Монмут».

Пальцы Клейтона Уилкокса забегали по клавиатуре. «Его стремление было столь непреодолимо, что даже последствия того, что он намеревался совершить, не могли его остановить».

— Не могу я так больше! — произнес вслух Ник Тодд, стоя у окна своего кабинета в юридической фирме «Тодд, Скэнлон, Кляйн и Тодд», располагавшейся на Южной Парк-авеню Манхэттена.

Не хочется обижать отца, но я больше не могу этим заниматься, признался он себе. Я хочу быть обвинителем мерзавцев, а не их защитником. Дверь кабинета медленно отворилась. Он обернулся и увидел стоявшего на пороге отца.

— Ник, я, наверное, был не в себе, когда согласился, чтобы Эмили Грэм приступила к работе первого мая. Только что поступило дело, просто созданное для нее. Поезжай в Спринг-Лейк и скажи, что она нужна нам на следующей неделе.

Перед тем как отец предложил Эмили Грэм работу, они с Ником ездили в Олбани посмотреть, как она держится на заседании суда. Она была великолепна. Добилась оправдания клиента, которого обвиняли в неумышленном убийстве. После заседания они вместе пообедали. Ник не забыл похвал, которые изливал на нее обычно немногословный отец.

Его так и подмывало сообщить отцу, что он уходит из фирмы. Но Ник решил подождать. Как только появится Эмили, я тут же уйду, пообещал себе он.

Вопрос ушлого репортера, заданный прокурору на пресс-конференции, его позабавил: «Вы допускаете, что убийца Марты реинкарнировался?»

А то, как резко отмел прокурор эту возможность, его оскорбило. Я действительно реинкарнировался, подумал он. Мы стали одним целым. И я это докажу.

Под вечер он решил, что откроет правду о себе. Достаточно будет открытки — с простеньким, почти детским рисунком.

Он отправит ее в субботу. По дороге в церковь.

Когда Эмили вернулась домой, на крыльце ее ждали Томми Дагган и Пит Уолш.

Она бросилась извиняться, но Томми ее остановил:

— Это мы пришли чуть раньше, мисс Грэм.

Он представил Пита, и тот взял из рук Эмили сумку с книгами, которые подобрал для нее Клейтон Уилкокс.

— Вы решили всерьез заняться чтением? — осведомился Пит, пока Эмили открывала дверь.

— Похоже, придется, — ответила она.

Они вошли следом за ней в холл.

— Побеседуем на кухне, — предложила Эмили. — Может, мне удастся уговорить вас выпить чашечку чая.

Пит согласился, а Томми отказался, но не удержался и съел парочку шоколадных печений.

— Медэксперты уехали, — сказала Эмили. — Это значит, что работа на месте происшествия закончена?

— Как раз это мы и хотели обсудить, — сказал Томми. — Пока экскаватор здесь, мы бы хотели раскопать и оставшуюся часть двора.

— Вы что, думаете, там еще кого-то зарыли? — В голосе Эмили слышался неподдельный испуг.

— Вам известно, что после того, как исчезла ваша двоюродная прапрабабка, в Спринг-Лейке пропали еще две девушки?

— Господи! Вы решили, что и они здесь похоронены?

— Это мы и хотим выяснить, — сказал Томми.

— Я думаю, тот, кто убил Марту, точно знал, что произошло в восемьсот девяносто первом году, и совершил аналогичное убийство.