небольшой столик у самого входа в кофейню, когда почувствовала, что к ней кто-то подошел.
— Привет. — Произнёс до боли знакомый голос от которого перехватило дыхание, а сердце бешено забилось, больно ударяясь о рёбра.
Девушка медленно выпрямилась и повернулась на встречу Локи, утыкаясь взглядом в его бледное лицо.
— Привет. — Тихо ответила она.
Прошел целый год с того момента как она ушла от него, сбежала из Асгарда в Мидгард. Целый год она не видела Локи, не слышала его голос и не заглядывала в его лукавые глаза. Но сейчас в его взгляде отчего-то не было тех смешинок, которые так запомнились ей. В них больше не было озорства, не осталось ехидства и плутовства. Локи как будто стал еще бледнее, черты лица острее, а в глазах появилась вселенская усталость.
— Ты немного изменился. — Всё также тихо произнесла она, боясь и дальше рассматривать черноволосого бога.
— А ты совсем нет. — Мужчина нервно прочистил горло. — Всё такая же, какой я тебя запомнил. Красивая. Божественная.
От его слов у девушке по спине пробежали мурашки.
— Я бы хотел с тобой поговорить. — Продолжил Локи, заглядывая в её большие глаза.
— Я сейчас работаю… — Ответила она, но заметив промелькнувшую мольбу во взгляде мужчины, добавила, — Но скоро будет перерыв, тогда и сможем поговорить, если это недолго.
— Тогда я буду ждать. — Голос мужчины слегка охрип от волнения. — Вон там, под тем деревом.
И Локи указал на раскидистое дерево, под которым еще недавно прятался от её взгляда.
Губы девушки тронула легкая улыбка и она кивнула. Что-то в Локи изменилось, таким она его не видела пока жила с ним во дворце. И, когда она, во время своего перерыва, шагала по широкой улице ему на встречу, то сердце болезненно трепетало, требуя оказаться рядом с Локи как можно быстрее. Её глупое сердце всё ещё любило его… но она не хотела вновь попадать в его сладкую ловушку… Она готова была выслушать его, поставить точку в их отношениях раз и навсегда, и оставить всё позади, оставить свою первую и последнюю любовь позади.
Локи стоял с закрытыми глазами, облокотившись спиной на могучий ствол дерева. Его чёрный костюм подчеркивал худощавую фигуру, длинные ноги, крепкие руки, узкие плечи и невероятную бледность выразительного лица.
«Красивый.»
Пронеслось у неё в голове, когда она остановилась рядом.
«Всё такой же красивый… Всё также люблю тебя…»
Локи, будто почувствовав её рядом, открыл глаза и повернулся в её сторону.
— Я рад, что ты пришла. — Проговорил мужчина, даря ей лёгкую улыбку.
— Думал, что передумаю? — Спросила она.
— Боялся, что передумаешь.
Девушка удивленно вскинула брови и скрестила руки на груди. Она больше не хотела верить ему…
— Так о чём ты хотел поговорить?
— Хотел попросить прощения. — Ответил Локи, тем самым заставляя её посмотреть ему прямо в глаза.
Звуки большого города, гул голосов и шум проезжающих машин вдруг стихли. Они стояли в тени раскидистого дерева, смотря друг другу в глаза. Они оба тосковали, им обоим было больно.
Локи ненавидел себя за то как поступил с ней. Он не мог простить себя, не мог забыть, то утро, когда проснулся один в холодной постели и понял, что потерял её. Что сделал всё, что было в его силах, чтобы предать её, разбить её сердце и потерять.
И ей было больно. Больно от осознания того, что она до сих пор любит его, что до сих пор помнит все те счастливые моменты проведенные с ним, в тени которых меркло всё остальное.
— Я прошу прощения у тебя за всю ту боль, что причинил. — Произнес Локи, наконец лопая пузырь тишины, в котором они оказались утонув в печальных взглядах, направленных друг на друга. — Я знаю, что должен был сказать тебе это давно, ещё тогда, когда ты была рядом… Но я не мог… Не мог сказать «прости», не мог прекратить, не мог остановиться делать тебе больно.
— Почему? — Вырвалось у неё, а к глазам подступили слёзы.
— Потому что прекрасно понимал, как именно с тобой обращался, что разбивал твоё сердце каждый день снова и снова. И каждый день я обещал себе стать лучше. Я никогда не хотел, чтобы ты покидала меня. С твоего первого дня во дворце я понял, что влюбился, попал и пропал. Я показывал тебе любовь только тем способом, который знал и прошу за это прощение. Молю тебя о нём и виню себя во всём, что произошло…
Она шумно вдохнула и проглотила слёзы, не позволяя себе быть слабой.
— Я не мог исправиться в Асгарде. — Продолжил мужчина, делая один небольшой шаг навстречу девушке, которую так сильно любил. — Каждый день я снова и снова входил в свой порочный круг, в ловушку, что собственными руками создал для нас с тобой… Когда в то утро я проснулся и понял, что ты ушла мне было больно. Я думал, что умру, моё сердце остановилось, а душа будто разорвалась пополам. Но я был так счастлив за тебя. Ты всё же смогла уйти…
— Ты знал, что я хотела покинуть тебя и не остановил? — Голос девушки предательски дрогнул.
— Знал и не собирался останавливать. Я понимал, что для того чтобы разорвать этот болезненный, порочный круг кто-то должен быть сильнее, сделать первый шаг. Я был слабее. Я не мог остановиться быть тем кем был, а ты смогла. Смогла бросить меня, оставив прощальный подарок.
И запустив руку в карман своего чёрного пиджака, Локи достал фотографию. Ту самую фотографию, что она когда-то подарила ему, как знак, как крик о помощи. На память.
— Прости меня. — Повторил черноволосый мужчина. — Прости, что со мной ты была несчастна, что разбил твоё сердце и причинил столько боли.
— Спасибо… — Немного помолчав произнесла девушка, чувствуя, что каменные тиски, что до этого не позволяли её сердцу нормально биться, ослабляют свою болезненную хватку.
— Что? — Сердце Локи дрогнуло и он удивленно посмотрел на неё.
— Спасибо за то, что отпустил меня тогда. — Ответила она и с благодарностью посмотрела на мужчину.
И в тот момент, когда они стояли всего в метре друг от друга, совершенно не обращая внимание на проходящих мимо людей и проносящихся рядом машин, что-то в их внутреннем мире перевернулось. Стало легче дышать, мир вокруг снова приобрел краски, звуки, стал теплее и чуточку добрее.
Локи смог признаться. Сказать ей, что любит, что всегда любил. Он извинился и пускай себя он не простит никогда, но она… её глаза вдруг засветились. Ей нужны были эти слова, она должна была знать. Они
