Несмотря на жесткую схему трехчастной композиции, русские зодчие были необыкновенно изобретательны в подборе пропорций взаимосвязи отдельных частей здания и особенно в его декоративном оформлении. Это видно на примере ряда церквей, сооруженных на протяжении немногим больше одного десятилетия; среди них: Воскресения в Кадашах – одно из лучших произведений «узорчатого» стиля московской архитектуры (1680-е годы), Николы в Хамовниках (построена в 1682 г.), церковь Успения в Гончарах (1654) и др.
Наиболее ярко «узорчатый» стиль последнего десятилетия XVII века проявил себя в столпообразных храмах, берущих свое начало от церкви Вознесения в Коломенском, но очень далеко ушедших от своего прототипа усложненностью плана и декоративно-живописной трактовкой масс. Собственно, в этом сказалась логика развития стиля: нельзя до бесконечности нанизывать декор на статические прямоугольные объемы. Необходимо было достигнуть единства декора и объема. И вот возникает церковь Знамения в Дубровицах (1690-1704) – удивительный образец слитности двух составляющих ее художественный образ. Она сооружена из белого камня, обильная резьба покрывает ее стены. Первый ярус составляет в плаце квадрат, обстроенный со всех четырех сторон глубокими конхами. В верхних ярусах четверик переходит в восьмерик, завершенный короной из кованого, позолоченного железа, несущий крест. Белокаменная резьба группируется на фасадах там, где необходимо подчеркнуть ту или другую конструктивную и функциональную деталь: окна, порталы, изгибы фасадов, их завершение карнизом полного профиля и т. п.
Среди многих сооружений конца XVII века церковь Знамения в Дубровицах занимает особое место своим свободным обращением с канонами православной церкви: она отличается обилием круглой скульптуры, совершенно неожиданным завершением восьмерика красиво нарисованной короной, деталями орнамента, заимствованными из западноевропейской художественной практики. Все это в какой-то степени объясняется теми новыми веяниями, какие приходят в русское общественное мировосприятие еще задолго до реформ Петра I.
Принцип центрического построения архитектурной композиции, заложенный в дубровицкой церкви и других культовых сооружениях того времени, давал зодчим широкие возможности для создания разнообразных по форме произведений и выявления своей творческой индивидуальности. Примером иного построения центрической композиции может служить не менее знаменитая церковь Покрова в Филях, построенная в 1693-1694 гг. Фили – ближние окрестности Москвы, где в конце XVII века находилась усадьба бояр Нарышкиных. Это дало повод для наименования стиля церкви Покрова нарышкинским. Целый ряд памятников обладает определенными чертами этого стиля. В истории русской архитектуры их объединяют термином «московское барокко». Для этого есть все основания, ибо им присущи многие, элементы, характерные вообще для художественной барочной культуры: живописность силуэта, усложненность плана, полихромия фасадов, достигаемая сочетанием красного кирпича стен и белокаменных резных деталей. Но вместе с тем все это создается чисто национальными художественными средствами, которые и определили неповторимый облик церкви Покрова в Филях.
Отличие Покровской церкви от церкви Знамения в Дубровицах заключается в дальнейшей разработке типа бесстолпных храмов и в ярусной центрической композиции типа «восьмерик на четверике», где четверик первого яруса окружен «лепестками» приделов и апсид. Над восьмериком поднялась небольшая колокольня, завершенная барабаном и главкой; первый ярус поднят на высокий подклет, к которому ведут три великолепные пологие лестницы.
К числу выдающихся сооружений московского барокко типа «восьмерик на четверике» следует отнести также церкви Спаса в селе Уборы (1694-1697), Троицы в селе Троицком-Лыкове (1698-1703), построенные известным каменных дел мастером Яковом-Бухвостовым, церковь Знамения на Шереметевой подворье в Москве (1690-е годы)..
Сооружения 80 – 90-х годов XVII столетия отличаются исключительно, высокими архитектурно-художественными качествами и ярко отражают процесс изменения традиционных представлений и взглядов, свидетельствуют о появлении нового, светского мировоззрения, что в свою очередь подготовило почву для восприятия новых форм архитектуры XVIII века.
Дореволюционная историография русской архитектуры проводила резкую грань между XVII и последующими веками в развитии московского зодчества. Считалось, что реформы Петра и строительство новой столицы положили конец самобытной истинно русской архитектуре, и все, что последовало затем, объявлялось заимствованием западноевропейских образцов, не имеющих ничего общего со всем предыдущим архитектурно-строительным опытом страны. Таким образом, из истории русской архитектуры механически отсекались два века исключительно плодотворной деятельности русских архитекторов, создавших прекрасные произведения национального зодчества.
Современная советская историография доказала абсурдность такой точки зрения. Диалектический процесс развития московской архитектуры – накопления новых элементов и их переход в новое стилевое качество – прослеживается постоянно: и в период становления Москвы, и когда Москва становится общерусской столицей, в в XV веке, когда пришло избавление от татарского ига и начался особенно быстрый рост национального самосознания народа, и в начале XVII столетия, после изгнания интервентов и стихийных бедствий, когда обновление Москвы определило новый этап в истории ее архитектуры.
Конец XVII – первая четверть XVIII века знаменуют собой наступление нового периода московской архитектуры. В это время Россия вступает в число европейских стран полноправным и сильным государством, и ее приход был отмечен рядом побед и на дипломатическом и на военном поприще. И естественно это желание быть равными во всем со всеми партнерами – в культуре, в быту, в искусстве, в новом устройстве городов и их архитектуре. Возникает процесс взаимной ассимиляции, нечто схожее с приходом на Русь в XV и XVI веках «фрязиных» – итальянских архитекторов и инженеров, которые столкнулись с самобытной древнерусской художественной культурой, заставившей их пересмотреть творческие позиции и сочетать свои технические знания и художественное мастерство с традициями и миропониманием людей Московского государства. Поэтому московскую архитектуру петровского времени следует рассматривать не как результат механического перенесения на русскую почву западноевропейских образцов, а как поиски сочетания традиционных форм с новыми велениями жизни.
Крупные масштабы строительных работ в начале XVIII века, необходимость выполнения этих работ в кратчайшие сроки потребовали новой организации строительного дела, разработки неизвестных доселе типов зданий (арсенал, госпиталь, коллегия, канцелярия и т. д.), подготовки большого числа архитекторов и строителей. Деловитость и целеустремленная практичность, свойственные этой эпохе, определили и особенности архитектуры начала XVIII века. Четкость и простота композиционных построений, строгая и симметричная планировка, ордерное членение фасадов, тесно связанные с элементами барокко, определили стилевое единство построек петровского времени. На первый план выдвигается строительство зданий гражданского назначения, почти неизвестных в Древней Руси.
Одним из таких зданий общественного назначения стало здание Главной аптеки на Красной площади (не сохранилось), в котором очень интересно сочетались элементы старого и нового. Первый и второй этажи были объединены ордером, поддерживающим карниз; над ним высился третий этаж, обработанный полуколоннами, что характерно для новых веяний в архитектуре. Центр фасада был завершен башней в виде четверика и двух убывающих восьмериков. Новые ордерные формы здания, его внутреннее убранство с росписью светского содержания сочетались с богатыми оконными наличниками и многоцветными поливными изразцами на фасадах, типичными для узорочья Москвы второй половины XVII века.
Другим примером петровского строительства в Москве служит огромное здание Арсенала в Кремле (начато в 1702 г., закончено в 1736 г.). Зодчие Арсенала Дмитрий Дванов, Христофор Конрад и другие создали монументальное суровое сооружение. Гладкие стены его скупо прорезаны спаренными окнами в глубоких арочных нишах, что подчеркивает толщину стен. Главный фасад, обращенный внутрь Кремля, украшен богато декорированными воротами. Все фасады объединены горизонтальной линией карниза.
В культовом зодчестве начала XVIII столетия особо следует выделить церковь Архангела Гавриила (Меншикова башня), построенную в 1707 г. архитектором И. П. Зарудным. Традиционная композиция церкви – «восьмерик на четверике» – сближает ее с постройками XVII века, но ее завершение в виде шпиля 30-метровой высоты со скульптурой ангела (шпиль существовал до пожара 1723 г.) и обильные лепные украшения в характере европейского барокко говорят о новых тенденциях в архитектуре, пришедших вместе с реформами Петра.
