- Что случилось? – ноги отказались уходить, поэтому я стала задавать вопросы.
- Иди в свой шатёр.
- Что это было?
- Не бойся. Всё закончилось.
Он вытер порезанную щёку тыльной стороной ладони – щека окрасилась красным. Столько крови… У него останутся шрамы. Значит, вот вам ещё один претендент? Надо же, вроде такая особенность редкая, а у некрогеров куда ни плюнь, попадёшь в человека со шрамами - кандидата в мои мужья.
- Я не боюсь. Я имею право знать, что произошло.
Он ощерил белые зубы и впервые вышел из себя. В глазах блеснула злость.
- Ты - никто.
Я непроизвольно отшатнулась назад. А где, кстати, остальные? Вокруг ни души, только у начала горной дороги виднеется некрогер, ждущий возвращения големов. Раненую женщину уже унесли.
Значит, я никто? Вот почему такое отношение, как будто они табуретку везут, а не невесту своему принцу?
То, что папа так внезапно согласился на предложение и отправил меня к некрогерам, удивляло и даже сбивало с ног, но я всё ещё уверена – в случае необходимости он меня защитит. А не он, так брат.
Я уставилась в глаза некрогера, улавливая потаенные вспышки раздражения и усталости.
- Как тебя зовут?
- Иди в шатёр! – практически прошипел он мне.
Если присмотреться, он ведь практически ровесник моего отца, но насколько же иной в поведении! Самонадеянный, расчетливый, видимо, привыкший к молниеносному подчинению. Я верю отцу? Да, всё ещё верю. Безоговорочно. Значит, буду своей уверенностью пользоваться.
- Я всё ещё дочь Ведущего и до момента свадьбы остаюсь ею. В любой момент пути я могу развернуться и отправиться обратно – и отец меня примет. Поэтому назови своё имя и объясни причину происходящего – или дальше отправитесь без меня.
Надеюсь, он не узнает, как сильно трясутся мои коленки. Как на самом деле пугает демонстрация истинного отношения ко мне некрогеров. Я – никто, существо, на чьи вопросы можно не обращать внимания. Чьё самочувствие никого не колышет и кому даже в чужую незнакомую страну не позволили взять с собой друга.
Оказывается, какая-то правда в слухах об их безжалостном равнодушии есть.
Мужчина застыл вызывающим изваянием, только крылья носа раздувались. А глаза снова опустели. Думает, вероятно.
Я распрямила спину, хотя дальше, кажется, было некуда, и постаралась вложить в свой взгляд всю свою решимость. Решено – или он отвечает и зарубит себе на носу, что я всё ещё дочь Ведущего, или я разворачиваюсь и ухожу – и будь что будет!
Бледные губы некрогера разомкнулись, он заговорил, через силу, зло, сквозь зубы, но разобрать слова получилось легко.
- Меня зовут Филимон Марксез, близкий друг короля Некрогера. Я окажу тебе честь ответом на вопрос, но впредь не смей обращаться ко мне напрямую без моего разрешения. Взрыв на нашем пути – случайность, на которую не следует обращать внимания. Иди к себе и не путайся под ногами. Я всё понятно объяснил?
Издевается… А вроде советник.
Я молча отошла и отправилась в свой шатёр.
- Хабирша… - донеслось в спину презрительное, как плевок, слово.
Советники у нашего Ведущего были такими же общительными, как и отец. Никто из них не злился, когда я мешала, просто вежливо просили оставить их с папой ненадолго для важного разговора. Меня, пожалуй, в жизни никто не отчитывал так строго и даже безжалостно. Я ведь прекрасно понимаю слово «надо» и с готовностью выполняю вежливые просьбы. Зачем со мной так?
Что же это за народ такой? Такой злобный? Могла ли я успеть сделать нечто настолько дурное, что заслужила негодование и презрение? Сомневаюсь…
Может, и правда отправиться обратно? Только как я объясню отцу причину своего столь быстрого возвращения? Просто не захотела замуж? Или найти совсем уж глупый повод? Испугалась того, что в новом доме меня не полюбят? Толку мало, он легко меня раскусит, и результат останется прежним – отправка к жениху, только в шатре трястись придётся ещё дольше. И ещё брат со своим малопонятным посланием. Получается, в моём случае лучше всего ехать дальше и попытаться понять, что здесь на самом деле происходит.
Через несколько минут шатёр сдвинулся с места и нырнул в проход между горами. Я снова улеглась на подушки, уставилась в прозрачное окошко под сводами шатра, хотя, кроме серых каменных стен, там ничего видно не было, и задумалась.
Я, конечно, в детстве играла и в пиратов, и в клады, и в шпионов, особенно с братом, который обожал все эти развлечения и постоянно таскал меня за собой.
Но позже я поняла, что в реальности не бывает таких сложных и шикарных тайн. Дворцовые интриги примитивны, жестоки и отвратительны, а в качестве клада можно найти не золото и драгоценности, а одни только истлевшие кости. Да и то, если повезет.
То есть, я давно вышла из возраста ребенка, ждущего чудесных приключений и перешла к ожиданию другого рода – любимого мужа, с которым мы вместе можем путешествовать, говорить обо всем на свете и понимать друг друга без слов.
И вот теперь выходит, что обстоятельства возвращают меня к детским представлениям о тайнах. Горы, которые взяли да разошлись в стороны. Жених, который взял да и появился на горизонте. Предложение, которое отец неожиданно для всех взял да принял. Брат, который даже толком не попрощался. Только что произошедшее покушение… Кого планировали убить? Меня? Некрогеров? Неизвестно, но тоже что-то необычное.
В общем, происходит нечто такое, мимо чего человеку в здравом уме стоило бы пройти мимо, но вот мне благодаря упрямству точно не пройти. Вначале нужно разобраться.
Правда, пугает вопрос с замужеством, у которого не существует решения, кроме как выполнить волю отца. На самом деле приказ выйти замуж звучал больше такой страшноватой сказкой, где события происходят далеко и не по-настоящему, но чем ближе мы подъезжаем к тёмной стране, тем более реальной она становится, тем вероятнее возможность однажды оказаться во власти мужа-некрогера, у которого будут такие же замашки, как у Филимона, а вот прав у меня уже не будет, как и возможности убежать к отцу и брату.
То есть, или безопасность, но упущенные сомнительные возможности распутать клубок, или опасность и…
Попавшаяся под руки подушка чуть не треснула, так крепко я её сжала, утыкаясь в ткань лицом.
Выходит, действительно, к некрогерам меня отправили не просто так, а с тайным планом. Только забыли его сообщить или скорее, специально не сказали, потому что иначе я бы себя выдала.
Или опять моя буйная фантазия? Просто отец взял да выдал меня замуж, потому что нашел подходящего жениха, способного приструнить капризную дочь, как он выражается, а брату просто некогда было поболтать с сестрой перед отъездом, да и смысл? Она же не на войну убыла, а замуж, вполне мирное типичное происшествие. Все рано или поздно выходят замуж. Увидимся же ещё, и не раз?
