Хозяин дома молча шел впереди, легко и уверенно, почти бесшумно, с грацией леопарда, не оборачиваясь и никак не комментируя открывающиеся ее взору виды. И все вместе — этот красивый и загадочный мужчина и его экзотическое окружение — пробуждало у нее ожидание чего-то необычного, предчувствие чего-то волнующего и радостного… Вот только быстрота его перемещений создавала некоторое неудобство для Кристель из-за поврежденной ноги…
Их путешествие по дому завершилось в просторной и светлой комнате на втором этаже, окна которой были распахнуты настежь и открывали вид на внутренний дворик-сад.
— Ну вот, мы и добрались. — Он повернулся к ней и повел рукой, как бы очерчивая контуры помещения. — Располагайтесь. В любом месте, где вам нравится.
Кристель огляделась, одновременно разглаживая гримасу страдания на лице и восстанавливая сбившееся дыхание. Надо было сказать ему о травме, чтобы не создавать глупые проблемы для обоих. А теперь, наверное, уже поздно говорить об этом, чтобы не ставить хозяина в неловкое положение.
Комната была отделана в необычной цветовой гамме. Весь пол покрывал зеленый ковролин с редкими вкраплениями цветов, имитирующий лужайку. Стены были обиты светло-желтой тканью с вытканными на ней стволами и листьями бамбука. Потолок расписан в небесных тонах с изображением на нем легких перистых облаков. Из мебели здесь были только несколько низких кофейных столиков, вокруг которых лежали многочисленные подушки различных форм и расцветок.
Легко сказать, располагайтесь, подумала она. Это не студенческая вечеринка, чтобы сидеть на полу, да еще в короткой юбке. Но что делать… Кристель решительно прошла в центр комнаты и опустилась на квадратную подушку, лежащую возле столика с видом на сад, подтянув юбку и подогнув под себя колени. При этом постаралась, чтобы столик прикрывал обнажившиеся сверх меры ноги.
Хозяин дома тут же бесцеремонно опустился рядом с ней, буквально в нескольких сантиметрах, хотя окружающее пространство вполне позволяло избежать такого вторжения в ее «личную зону». Насколько ей помнилось из краткого курса прикладной психологии для стюардесс, который ей изложила Жени, это расстояние должно составлять не менее пятидесяти сантиметров.
Она невольно напряглась, вспомнив уроки курса самообороны из того же источника и приготовившись в случае необходимости действовать решительно, с использованием наманикюренных ногтей, острых локтей и звонкого голоса.
Уроженец Венгрии тем временем тщательно рассматривал ее с головы до ног, откровенно задерживаясь взглядом на наиболее интересных, с его точки зрения, местах. Естественно, на тех, где остановился бы и любой другой мужской взгляд. Затем, явно удовлетворенный результатом осмотра, непринужденно продолжил беседу.
— Итак, Кристель, чем вы сегодня занимались? Неожиданный вопрос. Она даже переспросила, оттягивая время:
— Чем я сегодня занималась? Что вы имеете в виду?
— Я не думаю, что это сложный вопрос, — иронично заметил собеседник. — Считайте, что я просто хочу вас разговорить. — Его губы раздвинулись в поощрительной улыбке. — Не бойтесь. Я не покушаюсь на ваши девичьи тайны. Начните с простого. Можете рассказать, как ходили в магазин за молоком или с чем пили кофе на завтрак. Или что-нибудь про свою работу. Или о том, что любите читать. Мы можем также поговорить о вине. И подложите себе еще подушек. Так будет удобнее сидеть. Можно даже прикрыть ими колени, — усмехнулся он. — Чтобы не отвлекаться. Итак, я весь внимание.
Настырный инквизитор чувствовал себя совершенно свободно и, похоже, совершенно не собирался вникать в психологические нюансы воздействия своего поведения на гостью.
Что ж, ладно. Действительно, надо же о чем-то говорить. Начнем с простого. С работы. К увлечениям, маниям, фобиям и интимным деталям бытия можно будет перейти потом. Она еще раз посмотрела на интерьер садика за распахнутыми окнами, глубоко вздохнула и начала свою исповедь.
— Я работаю в крупной страховой компании, в районе Дифанс. В последнее время ассистентом у одной руководящей дамы. Работа несложная, но нудная и кропотливая, отнимающая много времени. Не замужем, разведена. Детей нет. Последние несколько дней в силу обстоятельств сижу дома. И у меня появилось время подумать о том, чем я занимаюсь, как проходит моя жизнь. Когда-то я неплохо рисовала карандашом и писала портреты маслом. Но пришлось бросить. Теперь хотела бы начать все сначала.
— Понятно, — задумчиво протянул сосед. — Про характер работы не спрашиваю. Представляю его воздействие на женскую психику. Моту предположить и побочные осложнения. Я имею в виду, ваши отношения с патронессой. Видимо, не сложились?
— Да, вы угадали. Впрочем, для этого не надо быть большим провидцем. Женщины редко уживаются друг с другом. Особенно когда одна является начальницей, а другая — подчиненной.
— Очень донимает?
— Да нет, терпимо. — Почему-то ей не хотелось выглядеть слабой и обиженной в его глазах, хотя, конечно, слегка пожаловаться было бы логично. Не перегибая палку, чтобы не выглядеть сварливой занудой и нытиком. — Честно говоря, пару раз возникало желание уйти с этой работы. Но мне не хочется все время говорить о себе. А вы только спрашиваете. Возникает неприятное ощущение, что находишься на допросе. — Кристель постаралась смягчить улыбкой резкое высказывание. — Может быть, расскажете что-то о себе?
— Простите, но я против смены ролей. Вы когда-нибудь были на сеансах психотерапии?
— Да нет, как-то не приходилось. Правда, видела, как это происходит в американских кинофильмах. Насколько я знаю, это сейчас модно там, за океаном. А что?
— А то, что вы сейчас как бы попали на прием к психотерапевту. Прежде чем начать работу с вами, я должен разобраться в том, что с вами происходит, чтобы определить соответствующий путь, который мог бы привести к вашему творческому возрождению. Кстати, я довольно долго работал в США и знаком с их методиками психотерапии. Они предполагают, что говорить должен пациент, а доктор только слушает, делает выводы и дает рекомендации.
— Да, но вы ведь не врач? И вы так и не ответили на мой вопрос. Вы художник?
— А разве я не похож на художника? Есть сомнения?
— Вы опять уходите от ответа.
— Нет, просто не хочу, чтобы мы отклонялись от темы. От того главного, из-за чего вы пришли ко мне. Все, что я хочу, это чтобы вы были честной сама с собой. И, по возможности, со мной.
Да, похоже на то, что ее интервью с этим весьма странным и одновременно притягательным человеком будет нелегким, подвела она мысленно первые итоги их свидания.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
