и хотела уйти, но Малия вскочила и схватила её за руку.
– Если это рот, – быстро заговорила Малия, разворачивая Дженет назад, – значит, эта… штука… живая.
Дженет ничего не ответила.
– И вчерашние монетки и жвачка, – не унималась Малия. – Они не провалились в дыру. Они были съедены. – Она не могла в это поверить. Пятно на полу в столовой было живым.
Это было поразительно.
– Нет, не просто поразительно, – поняла Малия. Это было невозможно.
– Мы должны кому-нибудь об этом рассказать, – наконец отреагировала Дженет.
– Нет, – отрезала Малия. Ей нравилось, что это пятно находилось всего в десяти метрах от дюжины шестиклассников, и каким-то образом только она и Дженет обнаружили его. Это было тайное открытие – их тайное открытие. И оно могло остаться тайной.
Кроме того, пятно выросло. Оно в самом деле выросло. Оно могло есть и меняться, возможно, оно могло даже дышать, двигаться и чувствовать.
Но как ей объяснить всё это Дженет?
– Мы не можем никому об этом говорить, – сказала Малия. – Если мы расскажем, от него избавятся.
Дженет округлила глаза.
– Ведь мы этого и хотим, – попыталась объяснить девочка. – От него нужно избавиться.
– Нет, не нужно, – запротестовала Малия.
Тело Дженет, казалось, слегка обмякло. Внезапно она опустила поднос с обедом. Пакет молока соскользнул с него и упал на пол – шлёп.
Малия поджала губы и задумалась. Ей нужно было убедить Дженет молчать. Но Дженет продолжала таращиться на пятно и оседать.
– Что бы это ни было, – тихо прошептала Малия, – оно наше, Дженет. Оно принадлежит нам.
– Оно не наше. Оно…
– Оно наше, – выпалила Малия. – Оно наше, потому что… – Она глубоко задумалась. Ей потребовалось несколько секунд, но она нашла ответ: – Оно наше, потому что мы его нашли и мы его накормили. – Она кивнула и подошла ближе к Дженет, достаточно близко, чтобы почувствовать запах мясного рулета на её подносе с обедом. – Мы скормили ему две монеты и пластинку жвачки. И оно выросло, выросло благодаря нам.
Дженет промолчала.
Малия указала на пятно.
– Эта штука наша, Дженет, – сказала она. – Мы не можем допустить, чтобы это пятно убрали или стёрли. Мы должны позаботиться о нём.
– Но мы ничего о нём не знаем, – прошептала Дженет в ответ. – Мы не знаем, что это такое. Мы не знаем, откуда оно взялось. Мы даже не знаем, не опасно ли оно. Если это действительно рот, то где всё остальное, Малия? Где?
Это был хороший вопрос. Где остальные части его тела? И куда делись десять центов и жвачка? В груди Малии зародился проблеск беспокойства, как зарождается новая луна в ночном небе.
Но она его сглотнула.
– Это не имеет значения, – ответила Малия. – Оно не опасно. Я могу это доказать. – Малия полезла в свой пакет с обедом и достала бутерброд с индейкой. Она опустилась на колени с бутербродом на вытянутой руке. Через секунду она разжала ладонь. Бутерброд упал в пятно и зашипел.
А потом он полетел вниз, вниз, вниз.
Малия подождала, но ничего не произошло.
– Видишь, – сказала она. – Никаких проблем.
Ничего не ответив и даже не подняв упавший пакет молока, Дженет ушла. Малия схватила с пола молоко и последовала за ней, даже не заметив, как Дженет столкнулась с Реджи Перкинсом по дороге к обеденному столу.
«Ого, – подумала Малия, увидев пятно на следующий день, – этой штуке, должно быть, понравился мой бутерброд с индейкой».
Потому что пятно уже было размером не с голову Малии.
Оно выросло до размеров небольшого стола, заполнив собой весь угол столовой. Его шипы стали зазубренными и острыми.
В пяти метрах от пятна Малия положила руку на плечо Дженет. Другие дети тоже начали замечать пятно.
– Что это? – Малия услышала вопрос Реджи Перкинса.
– Это очень странно, – изумилась Марисса Клайд.
– Я не буду подходить к этой штуке, – раздался взволнованный возглас Адриана Уингхэма, и другие дети в собравшейся толпе, должно быть, были с ним согласны, потому что все стояли поодаль.
Малия протиснулась мимо них и подошла ближе.
– Я зову учителя, – сказала Дженет. Прежде чем Малия смогла ответить, Дженет повернулась и побежала, громко шлёпая ногами по кафельному полу.
– Дженет, нет, – позвала Малия. Но напрасно. Дженет убегала прочь, натыкаясь на других детей, как шарик для пинбола в жёлобе игрового автомата, неуклюже размахивая руками.
Малия подошла ближе к пятну. Она увидела, что это было уже не пятно. Теперь оно было больше похоже на… Существо. Гигантское остроконечное Существо.
– Мерзость, – высказалась Микайла Вуд в толпе таращащихся детей.
Малия сгорбилась. Она чувствовала, как другие дети наблюдают за ней в недоумении.
Конечно, это Существо – чем бы оно ни было – выглядело странно. Но что оно сделало не так? Съело несколько монеток, пластинку жвачки и бутерброд с индейкой? Неужели нужно наказывать его за это? Избавляться от него?
Но Малия понимала, что теперь, когда другие дети знали о нём, она ничего не могла поделать. Скоро Дженет вернётся с директором Ханом, уборщиком Джейком или ещё кем-нибудь, и всё будет кончено. Они позовут важных людей, мужчин в чёрных костюмах и женщин в строгих юбках, наверное, закроют школу и найдут способ его уничтожить.
Да, поняла Малия. Вот что они сделают с Существом.
Они убьют его.
– Прости, – Малия обратилась к нему. Это был первый раз, когда она заговорила с Существом. – Наверное, сейчас произойдёт что-то плохое. – Дети позади неё затихли.
Она придвинулась на корточках поближе к Существу, к самому его краю, и наклонилась вперёд. Она заглянула в его глубь, гадая, там ли ещё её бутерброд, жвачка и монетки, – падают вниз, вниз, вниз.
– Оно здесь, – крикнула Дженет где-то позади. – Оно росло, а потом у него появились зубы, и Малия кормила его. Оно становилось больше с каждым днём.
– Помедленнее, – отозвался кто-то, и Малии показалось, что она узнала голос мистера Переса, учителя биологии.
Затем она почувствовала знакомое прикосновение – сильный удар, толчок в спину – её вечно неуклюжая подруга врезалась в неё, должно быть, в миллионный раз за этот год. Сгорбившись над клыкастым ртом, Малия начала падать вперёд. Она протянула руку назад за помощью. Но рядом с ней Дженет споткнулась и тоже зашаталась на краю Существа. Обе девочки рисовали в воздухе круги руками. Малия пыталась выпрямиться, поймать равновесие. Но всё было бесполезно.
Она упала.
Рядом с ней упала и Дженет.
И они падали вниз, вниз, вниз.
Когда Данте исчез, говорили, что он переехал в Огайо
Одним октябрьским утром
