Теперь судьба давала ему шанс положить начало новой традиции празднования Рождества. Это будет только его традиция, его и Бенни. Конечно, Джеки будет здесь, но это временное явление.
Все же интересно, кто ей платит, подумал он.
– Хорошо, – сказал Тэд. – Я дам ей три дня, чтобы она себя проявила, и, если все будет в порядке, она останется.
– И мы не поедем на лыжный курорт? – Тэд улыбнулся.
– Мы не поедем на лыжный курорт, но учти, это твоя гостья. Ты будешь сам о ней заботиться.
От восторга Бенедикт подпрыгнул на кровати и кинулся на шею отцу.
– Спасибо, папа. Можно я скажу ей об этом?
Почувствовав прилив нежности, Тэд ласково погладил сына по голове и поцеловал его в щеку. Как мало нужно ребенку для счастья. И он мог лишить такого славного мальчугана маленькой радости!
– Залезай под одеяло. Я сам спущусь и скажу ей об этом.
Бенедикт прыгнул обратно в кровать. Отец накрыл его одеялом, поправил подушку и стал легонько тискать.
– Кто любит тебя больше всех?
– Ты! – закричал Бенедикт.
Тэд встал и пошел по направлению к двери.
– Пап, а ты скучаешь по маме? – услышал он вдруг голос Бенедикта.
Его рука застыла на ручке двери. Он не знал, что ответить сыну. Скучает ли он по ссорам, которые происходили между ними? Скучает ли он по той боли, которую испытывал, когда Лиз уезжала в город якобы по делам, а на самом деле для встреч с другим мужчиной? Нет, не скучал. Но он скучал по счастливой улыбке своего сына, которая так часто появлялась на его лице, когда Лиз жила с ними.
– Твоя мама очень талантлива. Ей пришлось уйти, чтобы стать настоящей актрисой. Но это не значит, что она тебя не любит. Она любит тебя так же сильно, как и я.
И хотя Тэд не ответил на вопрос сына, мальчик улыбнулся и укутался в одеяло.
– Спокойной ночи, пап.
Выйдя из комнаты, Тэд вздохнул с облегчением, радуясь, что и на этот раз ему удалось избежать откровенного и очень болезненного для них обоих разговора. В глубине души он понимал, что рано или поздно Бенедикт потребует объяснений, но он не знал, как сказать сыну правду.
Он спустился в библиотеку, где его ждала Джеки. Она сидела на вращающемся кожаном стуле и задумчиво смотрела на языки пламени в камине. Без пальто, в красной вязаной кофточке и черной юбке, плотно облегавшей бедра, она выглядела очень соблазнительно. Увидев ее, Тэд настолько оробел, что почувствовал, что не может сказать ни слова. Никогда он не встречал такой потрясающей женщины. Хотя она была одета по-деловому, в каждом изгибе ее фигуры, в каждой черточке лица сквозила женственность, делающая женщин такими притягательными для мужчин.
– Извините, что заставил вас ждать, – пробормотал Тэд. – Скажите мне, где ваши вещи, и я сейчас же принесу их.
Она выпрямилась, услышав его голос, и положила ногу на ногу. Несколько секунд Тэд стоял, не в силах оторвать взгляд от изящного изгиба ее бедра. Только когда она заговорила, он вернулся к реальности и упрекнул себя в слабости. Если Джеки Ланг будет всю неделю мелькать у него перед глазами, ему не раз придется подавлять в себе пробуждающиеся по отношению к ней фантазии.
– Спасибо, – произнесла она тихим голосом, – что разрешили мне остаться.
– Это я должен вас благодарить, – ответил Тэд. – Бенедикт попросил меня поселить вас в комнате для гостей…
– Нет, что вы, – сказала Джеки, – у меня есть деньги, и я могу позволить себе остановиться в отеле. Я возьму напрокат машину, чтобы ездить к вам из гостиницы.
– Позвольте мне закончить, – произнес Тэд. – Я даю свое согласие на то, чтобы вы остались здесь на три дня. Думаю, больше и не понадобится. Вы можете жить в пристройке. Там очень уютно – две комнаты, кухня и ванная. Вы можете ездить по своим делам на моем пикапе, а я пока воспользуюсь старым грузовиком моего отца.
– Но меня наняли до конца Рождества, – ответила она. Джеки уставилась на свои колени, потом вдруг подняла голову и сказала: – Я понимаю, что ситуация странная и я вмешиваюсь в чужую жизнь, но поверьте, это нетипичный случай и в моей практике. Обещаю, что я сделаю все как надо, но это займет больше трех дней.
– И сколько же надо времени, чтобы поставить елку и украсить ее огнями? – спросил Тэд раздраженно.
Джеки посмотрела на него со снисходительной улыбкой.
– Мистер Сноу, моя работа требует времени и внимания. От вашего отца я узнала, что у вас даже нет праздничных украшений. Три дня уйдут только на то, чтобы все спланировать. А с теми деньгами, которыми я располагаю, можно устроить грандиозный праздник. Мне также надо заняться выпечкой и составить меню…
– Ну хорошо. Посмотрим. Если все пойдет хорошо, поговорим о продлении вашего пребывания у нас. Но сначала я хотел бы узнать, кто оплачивает вашу работу.
Джеки пожала плечами:
– Я не знаю.
– Не знаете или не можете сказать?
– Действительно не знаю.
Некоторое время оба молчали. Джеки повернулась на стуле, и на мгновение ему показалось, что она хочет его о чем-то спросить.
– Она ушла три года назад, – сказал Тэд, холодно посмотрев на нее. – За четыре дня до Рождества. Вы об этом хотели спросить?
– Это… это не мое дело, – смущенно ответила Джеки. – Не думаю, что мне необходимо вникать во все подробности вашей семейной жизни, чтобы выполнить свою работу. Я хорошо знаю свое дело и думаю, что ни вы, ни Бенедикт не будете разочарованы.
– Это нужно только моему сыну, – ответил Тэд, – не мне. В такие дни Бенедикт очень скучает по матери.
Смысл этих слов был абсолютно ясен Джеки. Мистер Сноу не искал себе жену и не хотел бы, чтобы Джеки Ланг претендовала на роль матери Бенедикта.
– Если это все, то до свидания. У меня был утомительный день, и завтра будет не легче. Покажите мне, где находится ваша пристройка или как ее там…
– Да, это небольшая пристройка, где мы храним седла и упряжки.
– Я что, буду спать в сарае? – спросила она.
– Уверяю вас, мисс Ланг, там очень уютно. Где ваши вещи?
– Мои вещи?
– Ну да. Волшебная палочка и все прочее.
– Мой багаж в машине. Водитель ждет у дороги, недалеко от вашего дома.
Тэд кивнул.
– Сейчас принесу ваши чемоданы и провожу вас в комнату.
– Мистер Сноу, я…
– Тэд, – поправил он ее, открывая перед ней дверь библиотеки.
Когда она выходила, он как бы случайно положил руку ей на спину, затем помог надеть пальто. Его пальцы задержались на ее плечах, шелковые волосы скользнули по его щеке. Разум приказывал ему убрать руки, но он так давно не дотрагивался до женщины, не вдыхал запах женских волос, боролся с безумным желанием заняться любовью…
Тэд открыл входную дверь и пропустил Джеки вперед. Свежий морозный воздух подействовал на него отрезвляюще. Джеки Ланг была красива, загадочна, умна, но меньше всего он желал впустить в свою жизнь женщину и снова попасть под власть романтических чувств. Нужно было держаться подальше от этой феи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
