до того было; поэтому только сейчас обратил внимание, что у нее громадные голубые глаза, а еще длинную тонкую шею разглядел; в совокупности с маленьким ртом и высоким лбом – внешность скорее странная, чем красивая. На мой взгляд она отреагировала вполне конкретно, злобно нахмурилась:
– Чего зыришь?
В примиряющем жесте руки поднял, и она вроде успокоилась, уделив внимание отбивной.
Астра наклонилась ко мне ближе:
– Доспех отобрали?
Отрицательно покачал головой.
– А как?
– Потом расскажу. Не здесь, – и кивнул на бойца в трёх столах от нас, который медленно и методично уничтожал бургер своей челюсть-машиной.
Приехали к вечеру. Много сделать не успели: в экстренном темпе нашли чуть ли не первую попавшуюся квартиру, сняли ее, заказали ужин, поели – да завалились спать.
Перед этим Астре, конечно, рассказал про встречу с Лео. По ее выражению лица понял, что ей эта сказочная история не шибко понравилась. Нет, она поверила – но тут речь о том, что, по ее мнению, когда на смертного обращает такое пристальное внимание квази – дело дрянь.
Астра еще утром двадцать шестого умотала по поводу схронов узнавать, пока без крови – просто поглядеть, не ведется ли там какая слежка. Таково ее желание было – я считал, что это излишнее беспокойство, но тут ей виднее куда своё свободное время тратить. Да и она, в конце концов, специалист.
Двадцать шестой и двадцать седьмой день месяца я практически полностью посвятил, чтобы напрячь секретаршу Вагранта и самого Вагранта. Потратил в эти дни на такое благородное занятие часов двадцать в сумме. Было муторно, долго, но весело. Принц там заливался, как умалишенный. Я доставал секретаршу звонками с разных номеров, сменой голосов, самыми различными историями и просьбами – которые упирались во одну фразу: “Кейру нужно лично переговорить с Вагрантом”. В итоге на второй день она сломалась и пошла рассказывать Вагранту.
И вот, сидя в кафешке после встречи в Административном Корпусе «Ямы», я почувствовал, как запульсировал болью подсаженный палец. Аж до локтя неприятное чувство доходило – и главное, медитация не спасала; значит тянуть больше нельзя, надо отдавать долг.
Я попросил официантку вызвать такси …
Глава 2
28. 09
122 год от взятия
Крипт – громадный, яркий мегополис, разделенный рекой. И как Империя делилась на Западную и Восточную, так и Крипт делился на западный и восточный город, в зависимости от того соответственно по какую сторону воды располагались постройки. И главное все вперемешку: и сизые многоэтажки, и деревянная мелочь, и каменные храмы, и яркие дворцы. А еще древние башни, зелено-красные парки, фонтаны, памятники и множество мостов.
Прогуливаться, глазея, на всё это было увлекательно. Когда в городе в прошлый раз останавливался, то не задерживался и ничего этого вблизи не видел.
Крипт – своеобразная столица Восточной Империи, и по красоте, и по населению, и по важности – как никак логистический центр, от которого прорастали широченные “щупальца” шоссе и вились рельсовые разветвления. Говорят, в провинции проживало практически три миллиона граждан. А еще у Крипты было свое, на манер военных фортов – Подворье…
Подворье целиком принадлежало Дому Вив – и именно это и было размашистой “Ямой”. Уродливая опухоль города на западе от железнодорожного вокзала. За высоким забором, который огораживал большое пространство, невероятная серо-черно-красная каша: учебные и административные корпуса, полигоны, плацы, тренировочные площадки, стрельбища, склады и простенькие деревянные бараки – которых я насчитал больше двух сотен.
Такси отвезло меня в западный город. Минут пятнадцать понадобилось, чтобы найти храм Монеты. Решил сразу с неприятным разобраться. Долги перед храмовником оставлять казалось не самой лучшей идеей. И пусть храмовник этот – Лео, брат мой, но некр знает, как он там изменился после своей смерти. Всё-таки событие то не тривиальное…
Храм Монеты – это двухэтажная постройка, где в центре каждого тёмного камня – маленькая золотая точка, а крыша – серая пирамида с пластинами из серебра.
Перед арочным проходом вился стяг квази: “Ребро Удачи” – на красной ткани собственно кружок монеты, а сбоку, как огибающая ее скобочка, искривлённая кость.
Внутри пара прихожан, в дорогие костюмы разодетые, у жертвенной чаши стояли, молчали, смотрели в огонь.
Еще трое жрецов в синих одеяниях.
Золотой свет лился сверху, хотя ламп и не увидел.
Десять крон я потратил, чтобы приобрести у жреца ритуальную монету. Подошёл к жаровне-алтарю.
– Соберись, – предупредил Принц. – Они тебя и порезать могут. В своём праве будут, никто им ничего не скажет.
Да, религиозные разборки – та еще тема. Стражи в них соваться не станут.
Когда кинул монету с левой руки, костяшка от пальца сама отвалилась. Удивительно образом, она
