В толпе в то же время раздавались призывы блокировать дополнительно и линию железной дороги, проходящую с другой стороны здания МММ.
Постовой сотрудник ГАИ, пытавшийся помешать толпе, был ею оттеснен, а когда попробовал сопротивляться — ему стали угрожать мерами физического воздействия. В этой ситуации сотрудник милиции произвел выстрел, почему-то в асфальт. По счастливой случайности рикошетом никого не ранило. После этого был вызван ОМОН для разгона вкладчиков.
Когда прибыли мы — ОМОН, по счастью, еще не подъехал.
6.2. Прогноз ситуации
Оценив последствия, могущие наступить в случае силового воздействия ОМОНа на вкладчиков, мы пришли к выводу, что результатом разгона станут те же человеческие жертвы (по крайней мере в виде избитых дубинками вкладчиков), что возвращало события — хотя, возможно, и в гораздо более мягком варианте — на спрогнозированный нами вариант.
В любом случае, после разгона закрытие МММ властями было гарантировано. Дальше ситуация из-под контроля выходила и оперативному прогнозу не поддавалась.
В связи с этим мы приняли решение о предотвращении столкновения с ОМОНом.
6.3. Применявшиеся методы
Времени и возможности задействовать «союз акционеров» уже не было, использовалась только громкоговорящая установка.
Поскольку часть толпы блокировала шоссе, а другая в этой акции участия не принимала, то работа шла по методу противопоставления одной части толпы другой, с тем, чтобы побудить одну часть толпы вытеснить другую с проезжей части.
В толпе на тротуаре остались преимущественно люди среднего и старшего возраста, а шоссе заняла в основном более активная и рисковая молодежь.
6.4. Работа с толпой
Мы были вынуждены представить ту часть толпы, которая вышла на шоссе, как провокаторов, которые во имя своих корыстных интересов добивается закрытия фирмы.
Для этого, с учетом возрастного и социального состава «оставшихся на тротуаре», вещание строилось на том, что шоссе заняли «брокеры», которые «до всех событий наживались на вас, и сейчас хотят нажиться». Все это было, разумеется, совершенным бредом, как и родившаяся тогда же формула «брокер — значит, провокатор» (брокеры как раз больше всех потеряли на крахе). Но в сверхнаэлектризованной обстановке такие «частности» нет имели значения и уже не воспринимались сознанием.
При вещании использовалась конкретика, докладывавшаяся в радиоцентр сборщиками реакции. Выглядело это так. Из динамика голосом «лица фирмы» несется — «я знаю ту женщину в желтой кофте и красной юбке... да-да, которая сейчас нагнулась шнурок завязывать... Я сама ее видела скупающей акции... Это брокер! Это провокатор! Она уже нажилась на вас и хочет еще нажиться!! Не дадим провокаторам...» — и так далее.
Не важно, брокер эта женщина или нет. Важно, что она действительно в красной юбке и желтой кофте, и действительно в этот момент нагнулась завязывать шнурки на проезжей части Варшавки метрах в ста от здания. А уже смеркается и из здания видеть подробности никак невозможно.
Такие вещи впечатляют.
6.5. Работа с ОМОНом
Во время вещания подъехал автобус с ОМОНом. Немедленно после этого вещание адресно было обращено на отряд ОМОНа. «Лицо фирмы» обратилось непосредственно к бойцам со словами, что «люди обмануты», «мы сейчас справимся своими силами», и так далее в том же духе. Далее шло обращение к командиру — «товарищ командир подразделения, мы от лица фирмы очень просим не применять силу к обманутым людям...» и так далее.
Здесь было использовано следующее обстоятельство. Напомним, речь идет о лете 1994 года, и события октября 1993 года были свежи в памяти не только у вкладчиков, среди которых было — по соцдему — немало в той или иной степени оппозиционно настроенных людей, но и у самих ОМОНовцев. Поэтому обращение к ОМОНовцам выдерживалось в предельно вежливом и корректном тоне, оператор демонстрировал свое понимание повседневных проблем ОМОНовцев, знание конкретики их деятельности, настойчиво проводилась мысль не противопоставления ОМОНа и толпы, а наоборот, своеобразного объединения в повседневных проблемах, в нежелании и одной, и другой стороны выводить ситуацию на обострение...
Кстати, после завершения событий мы встретились с командиром этого отряда, и он признал, что после проведения этакой своеобразной «психологической атаки» ни он сам не мог отдать приказ своим бойцам начать разгон, ни его бойцы, даже если бы он такой приказ отдал, его бы не выполнили.
Результатом явилось то, что ОМОН погрузился в свой автобус и убыл с места действия. Его убытие сопровождалось лозунгами из громкоговорителя совсем уже в анпиловском стиле «ОМОН с нами! Милиция с нами! Мы победим!» и прочее в том же духе.
Применение такого стиля лозунгов было оправдано тем, что среди вкладчиков было достаточно много весьма оппозиционно настроенных лиц старшего возраста. Как потом выяснилось, действительно, многие из них на тот период принимали активное участие в анпиловских мероприятиях.
Время начала вещания мы не засекали, но начинало смеркаться. Закончилось вещание в полной темноте. По нашим оценкам, оно длилось также около 4 часов.
Оба раза (как утром, во время объявления о сбросе котировок, так и вечером, во время ситуации с ОМОНом, вещание осуществлял один и тот же оператор — «лицо фирмы».
7.Первое затишье (29 июля — 3 августа)
После первого кризисного дня наступил период стабилизации, продолжавшийся, однако, не очень долго — до ареста Мавроди.е
7.1. Обстановка на период 29 июля — 3 августа
В этот период всем казалось, что атака на МММ отбита, хотя и со значительными потерями. В целом, угрозы непосредственного возникновения беспорядков больше не было.
Самым важным было изменение мотивации в толпе. Если до сброса котировок люди шли в МММ с целью наживы («наварить деньги»), то после сброса цель наживы исчезла, заменившись целью возврата хотя бы части (это важно!) вложенного.
МММ продолжало свою работу, каждый день повышая котировки акций (до кризиса — два раза в неделю). Чтобы различать «старые» акции — купленные по старым, высоким котировкам — от новых, купленных по низким, в обращение были введены заготовленные для совсем иных целей «билеты МММ» (см. выше). Возникло деление акций на «старые» и «новые».
Скупка «новых» акций шла даже еще более бойко, чем прежде, в силу их более быстрого роста и, следовательно, более высокой доходности.
При соблюдении графика роста акций действительно, через 3 месяца котировки вернулись бы на прежний уровень 125 тыс. руб. за акцию.
Согласитесь — обычно финансовая пирамида схлопывается после первой же паники. И немного в мире насчитывается финансовых пирамид, которые после такого краха, после сброса котировок, продолжали бы функционировать по-прежнему. Возможно, что МММ — единственная.
7.2. Вещание
С 29-го по 4 августа вещание использовалось в основном для поддержания фонового контакта с вкладчиками. Центр тяжести сместился на другие направления.
7.3. Комиссия
Первой задачей было восстановление психологического доверия вкладчиков к МММ. Сделать это было не так трудно, как кажется. Любой человек стремится верить в лучшее и не хочет верить в худшее. Для того, чтобы он поверил в лучшее — достаточно дать ему зацепку, реальные основания в это лучшее верить.
Единственное, но непременное условие — зацепка может быть маленькой, но обязана быт совершенно реальной, материально ощутимой и осязаемой. Иначе веры не будет.
«Чистый PR» здесь не проходит, одними лишь PR-овскими методами эта задача не решаема в принципе.
В качестве такой зацепки было использовано одно положение из приказа Мавроди — там предусматривалось, что определенные категории вкладчиков — те, у кого похороны, а также инвалиды — могут обменять свои акции по старому курсу.
Значение этого факта выходит далеко за рамки одних лишь пенсионеров и инвалидов. Этот факт наглядно показывает всем вкладчикам — выплаты по старому курсу идут реально. То есть, в восприятии вкладчиков всех категорий данный факт интерпретируется как «сегодня эти выплаты идут только инвалидам, потом пенсионерам, а потом деньги получат все».
Наконец, еще аспект. МММ обещало выплачивать инвалидам и пенсионерам — и держит свое слово в этом вопросе. Значит, есть надежда, что будут выполнены и остальные обещания, и среди них самое главное — что через 3 месяца курс акций вернется на прежний уровень. Такая вера резко снижала активность основной массы вкладчиков, и предотвращала их действия против МММ.
Однако здесь есть одна тонкость. Такого рода выплаты принципиально не могли осуществляться сотрудниками МММ. Если бы порядок выплат определялся сотрудниками МММ, то в толпе поползли бы слухи, что они идут «по блату» и «только своим», с очевидными возможными последствиями. Соответственно, создалось бы мнение, что это — лазейка для «своих» и «блатных».
