— Итак, какими видами магии ты владеешь и какое оружие знаешь, — остановился передо мной оборотень и, подумав с минуту, сел напротив.
— Я владею всеми видами колдовства, — не стала скрывать от него правду. Все равно узнает. — Но мои чары нестабильны и могут выйти не так, как должны. А из оружия ничем не владею, — развела руками. Отец считал, что это не игрушка для ребенка, поэтому колюще-режущие предметы находись вне моей досягаемости.
— Не понимаю, — помотал головой оборотень. — Ты же наследница темной империи. Тебя должны обучать всему.
— А вы наивный, — печально вздохнула я, понимая, что в его словах есть логика. — Наследник должен обрести крылья. Только после этого начинается его полное обучение. А у меня их нет.
— Что ж, раз отец отправил тебя сюда, значит, будем тебя учить, — сказал Даниэль и стал подниматься. — Для начала проверим твою реакцию на нестандартные ситуации.
Я даже не успела спросить, что именно это будет, как передо мной материализовался волк и оскалился внушительными зубками. За секунду оказалась на ногах и уставилась на него. Сердце забилось в два раза быстрее. Стало страшно. Оборотень облизнулся и втянул в себя воздух. Это плохо. Не смотря на то, что он разумный, инстинкты могут взять верх, и тогда я попаду прямиков в гости к дяде Аиду. А я еще молодая и жить хочу. Пока размышляла, как быть, волк сделал шаг вперед. По инерции отступила, а потом кинула в него магией. Но она опять вышла боком.
— Простите, — пискнула я, наблюдая за тем, как черная шесть превращается в зеленую с красными полосочками. — Я случайно.
Волк повернул голову, узрел свою новую окраску, и его глаза стали напоминать блюдца.
— Р-р-р… — вырвалось из его пасти, и я сделала еще три шага назад.
— Я все исправлю, — быстро произнесла другое заклинание и поняла, что влипла конкретно.
Теперь шерсть животного стала розовой с белыми кругами.
— Ик, — выдал оборотень, понимая, что стало только хуже. — Р-р-р… — снова выдал он и припал к земле.
— А-а-а… — заорала я и бросилась наутек. Позади послышались тяжелые шаги. Меня преследовали. Я никогда в жизни так быстро не бегала, при этом стараясь петлять, как заяц. Было страшно до безумия. В третий раз обегая дом, нечаянно задела ведро и полетела на землю. Сзади послышался довольный рык. Обернулась и узрела довольно облизывающегося волка. Нервы сдали. — Це-е-б-и-и, — прокричала я, призывая стража.
Волк дернул ушами, и в тоже мгновение передо мной образовалась черная воронка, из которой вылетел злой Цербер. Шерсть дыбом, шесть пар глаз быстро сканируют территорию, три пасти с огромными зубами внушают ужас.
— Твою ж, … — выдает учитель, вновь становясь человеком. При этом его волосы остались розовыми. — Это кто? — кивок на стража.
— Цеби, — отвечаю я, вставая с земли и подходя к другу. — Мой защитник.
Друг быстро кивает и становится менее опасным.
— Алин, ты чего звала-то? — он обратил ко мне среднюю голову, в то время как остальные пристально наблюдали за оборотнем.
— Испугалась, — честно призналась я, почесав того за ушком. Раздалось утробное урчание. — Прости, что оторвала от дел, просто реально страшно было. Думала, он меня съесть хочет.
— У тебя в друзьях страж Ада? — удивленно воскликнул Даниэль, но не пытался делать резких движений. Провоцировать Цеби было опасно для здоровья.
— А ты кто вообще такой? — спросил мой защитник, пристально разглядывая учителя. — И почему покушался на мою девочку? — в последних словах сквозила угроза.
— Я её наставник на ближайший год, — ответил оборотень, и в голосе послышалась грусть.
— О-о-о… — выдал Цербер и немного подумав, добавил: — Сочувствую, мужик, — Мы с Даниэлем синхронно уставились на стража, а тот улыбнулся и помахал хвостом. — Ладно, я пошел. Алин, ты это, поаккуратнее. Он вроде неплохой малый. Сразу не калечь.
— Кто еще кого покалечит, — засопела я, глядя на то, как исчезает друг.
Мы остались вдвоем, и я осторожно подняла взгляд на учителя. Тот задумчиво осматривал меня, словно в первый раз увидел.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ладно, постараюсь тебя больше так не пугать, — он запустил руку в волосы. Хорошо, что цвет не увидел. — Надеюсь, это единственный кого ты можешь призывать? — я отрицательно помотала головой. — Хм, веселый мне предстоит год…, - задумчиво пробормотал он. — Пошли обедать, а потом продолжим тренировку.
Я кивнула и пропустила учителя вперед. И если честно, заходить внутрь не спешила. Просто, не понятно, как он отреагирует на свое отражение в зеркале. Боюсь, снова придется убегать, а на улице это делать легче. Пока думала, учитель вошел в дом. Я осторожно направилась следом, но была остановлена злым рыком:
— АЛИНА!!!
Эх, кажется, он все же посмотрел в зеркало. И похоже, сегодня я останусь без обеда. Лучше прогуляюсь лишний часик. Эта мысль мне показалась здравой, и я быстро побежала в сторону леса. Если верить расчетам, то через полчаса магия иссякнет и у оборотня цвет волос снова станет своим. Что ж, все оказалось так, как я и рассчитывала.
Вернувшись в дом, застала Даниэля за приготовлением чего-то вкусного. Желудок тут же заурчал и намекнул, что пора бы и честь знать. Оборотень хмыкнул и протянул мне пару пирожков, а так же кружку молока. Я кивком поблагодарила его и направилась к столу. Хорошо, что учитель такой отходчивый. Но все оказалось не так радужно, как я рассчитывала.
— Алина, картошку чистить умеешь? — спросил Даниэль, протягивая мне ведро с этими овощами и небольшой нож. Я отрицательно помотала головой. — Отлично, сейчас научу. Берешь одну картофелину и осторожно снимаешь верхний слой. Он должен быть тонким. Поняла? — мне продемонстрировали итоговый вариант. — Вперед, — радостно улыбнулся он и вручил инструмент.
Я повертела в руках нож и картофелину, пытаясь понять, с какого края к ней подступить. М-да, придворные бы со смеху померли, если бы увидели меня сейчас. Итогом первой попытки стала примерно половина овоща. Положив его в кастрюлю с водой, взяла следующий. Через полчаса картошка закончилась, на полу образовалась огромная куча очисток, а самого продукта вышло не так уж и много.
— Все готово, — крикнула я оборотню, который в этот момент что-то мастерил во дворе.
— Ты всю почистила? — округлил глаза он. — М-да, тебе еще учиться и учиться, но для первого раза неплохо. Теперь её надо промыть, посолить и поставить на огонь. Как закипит, проверить на готовность. Овощи для салата сейчас принесу. Нарежь и заправь сметаной.
После этого развернулся и ушел. Я похлопала ресницами, пытаясь осмыслить сказанное. Офигеть просто. Ладно, сам напросился. Взяла кастрюлю, подошла к печи, достала солонку и от души насыпала соли. Количество он не уточнял. После чего зажгла огонь и поставила вариться. А потом повернулась к остальным овощам, лежавшим на столе. Огурчики и помидорчики. Отлично. Осталось понять, как именно их резать? Повертела в руках, и поделила на четыре части. Сойдет. Тут позади что-то зашипело, обернулась и увидела, как из кастрюли вытекает вода. Блин. Подбежала, сняла крышку, обожгла пальцы. Настроение опустилось ниже некуда, зато проснулась месть. Обведя взглядом полочки, увидела баночку с красной смесью и надписью «Перец». Быстро убедившись, что оборотень сейчас занят, взяла её и насыпала в картошку. Затем достала ложку и помешала, чтобы все впиталось. Через двадцать минут потыкала овощи вилкой, убеждаясь в их готовности. Достала тарелку и вытащила угощение из кастрюли. Остатки воды вылила, чтобы никаких следов не осталось. Накрыв на стол, позвала оборотня. Тот пришел, довольно улыбаясь и потирая руки. Я повторила его жест, но мысленно, стараясь не выдать своих эмоций. Чтобы он ничего не заподозрил, я наложила себе салатик, налила молока и порезала пару кусочков хлеба.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А картошечку? — спросил Даниэль, накладывая полную тарелку.
— Я уже наелась, пока пробовала, — соврала ему, начиная трапезу.
Он пожал плечами и взял вилку. Если бы на его месте был кто-то из придворных, то насторожился бы. Я такой милой бываю крайне редко. И вот наступил момент икс. Даниэль взял одну из картофелин и положив в рот, стал жевать. Я замерла в предвкушении. Первые секунды ничего не происходило, а затем его лицо приобрело задумчивое выражение, которое быстро сменялось на удивленное. Взгляд на меня, а в ответ кристально чистые глаза.
