С пяти лет он каждый год дарит мне цветы. На первый юбилей это были простые полевые ромашки. На мое семнадцатилетие это был великолепный букет, который едва удалось удержать двумя руками. Даже в те годы, когда лично вручить не удавалось, он заказывал курьера. Это уже стало нашей маленькой традицией.
Меньше, чем через пару недель мне исполнится восемнадцать. И вот только сейчас осознаю, что хотела бы в этом году получить от него цветы лично, так же, как в прошлом. Но, кажется, этому не суждено сбыться, по крайней мере, в ближайшее время. Относительно недавно я узнала, что он улетает на Кипр и будет занят активным расширением своего бизнеса. И вернется, скорее всего, только весной.
Пока мы с братом там жили, то были соседями. Периодически пересекаться на территории комплекса было для нас нормой. Вадим всегда проявлял вежливость и улыбался при встречах. Только это было до того дня, когда он в очередной раз не пришел на помощь, выручив меня из неприятностей.
Мы со своей компанией отдыхали в выходные на пляже. И мой одноклассник из британской школы, Алфей, предложил довезти до дома. Ему на совершеннолетие родители подарили крутую тачку, крыша которой убирается, превращая машину в кабриолет.
Я знала, что нравлюсь ему, но взаимностью никогда не отвечала. Это прям типичный мажор, родители которого "алмазные магнаты". Природа наградила его симпатичной мордашкой и легким характером. Вот в качестве друга он был идеален, но не в качестве парня. Девчонки если только не дрались за его внимание, а он этим и рад воспользоваться. Всегда окружен женским вниманием и всегда разным.
Когда мы наконец покинули город и выехали на широкую трассу, перед нами открылась прямая дорога, словно приглашающая к приключениям. Мой друг предложил мне сесть за руль, и я не стала отказываться от такой возможности. Это был волнующий момент — ведь не так часто предоставляется шанс почувствовать себя за рулем, особенно на открытой трассе.
Ближе к моему восемнадцатилетию брат купил Теслу, и иногда давал мне сделать кружок по двору нашего комплекса. Поэтому возможность управлять автомобилем на открытой дороге, где можно было разогнаться больше, чем на обычной улице, казалась манящей и захватывающей. Я не смогла удержаться от соблазна.
Вспоминая те моменты, я чувствую волнение, которое меня охватило, когда я села за руль. Впереди расстилалась бескрайняя дорога, а сама идея разогнаться больше десяти километров в час, добавляла острых ощущений.
Не успев проехать и пары километров, я увидела, как из поворота вынырнул автомобиль полиции, маячки которого мигали, а сирена издавала узнаваемый звук. Полицейский потребовал остановиться, и я, без колебаний, подчинилась его команде, понимая, что мое мгновенное решение сесть за руль без прав создало нам проблемы.
Мы стояли на трассе, готовые принять наказание от блюстителей порядка, которые уже распоряжались отправить нас в участок и увезти машину на штраф-стоянку. Внезапно из поворота вылетел Вадим. Его автомобиль несся на большой скорости, но, заметив полицейскую машину, он моментально замедлился.
Я узнала его авто еще до того, как он припарковался — ультрамариновый цвет и характерный рев мотора сделали его узнаваемым издалека. Он подошел к полицейским с видимой уверенностью, и его взгляд пересекся с моим. Вмиг я почувствовала, что меня пронзило каким-то холодным лезвием. Этот взгляд был полон решимости и некоторого зла, которое я не ожидала увидеть в его глазах.
Вадим начал общение с офицерами, и, казалось, он либо знал их, либо просто обладал тем авторитетом, который позволял ему находить общий язык с представителями закона.
Поняв суть происходящего, мужчина серьезно посмотрел на меня, а затем перевел взгляд на Алфея. В его глазах отразились злость и разочарование, словно он был обманут. В тот момент я ощутила неприятное давление в воздухе, будто невидимая тень тяжело опустилась между нами. Серьезность его выражения заставила меня задуматься о возможных последствиях произошедшего.
В любом случае, его вмешательство оказало положительное воздействие на нашу ситуацию. После короткой беседы с полицейскими, мужчина смог добиться того, что штраф был снижен, и нам удалось избежать поездки в участок. Вместо этого нас отпустили с предупреждением и напоминанием о необходимости соблюдать правила.
Появление Вадима сделало его настоящим спасителем. Однако мужчина не собирался допустить, чтобы друг проводил меня. С грубостью в голосе, он велел ему уезжать и направил меня в сторону своей машины.
Такой резкий тон вызвал у меня недоумение и ощущение неловкости. Помню, как я начала нервничать, сидя рядом с ним на пассажирском сиденье. Мои ладошки вспотели, и я попыталась незаметно вытереть их об шорты.
В машине с Вадимом мои чувства кардинально отличались от того, что я испытывала рядом с Алфеем. Волнение и даже некоторый дискомфорт охватывали меня. Взгляды, которыми мы обменивались, словно магниты притягивали внимание, и каждое слово, произнесенное им, вибрировало в воздухе.
Время от времени я ловила себя на мысли, какую роль в моей жизни играет этот властный мужчина, что мое тело и разум так реагируют на его присутствие.
При подъезде к нашему дому, Вадим произнёс лишь короткое "будь осторожнее, Мира" и исчез за поворотом, направляясь к своей вилле. Та ситуация оставила во мне смешанные чувства.
И, кстати, даже Кириллу не рассказал про мою оплошность.
С того дня, он как будто стал другим человеком, перестав быть таким дружелюбным, как раньше, когда мы пересекались. Его улыбчивое приветствие сменилось на сдержанное "здравствуй", от которого меня передергивало. Обаятельный мужчина, с которым раньше было легко вести беседы, теперь встречал меня холодно и отстраненно, словно что-то важное изменилось в нашем общении.
Пытаясь понять, что произошло, я оставалась с ощущением, что тот день изменил все.
С того момента я начала внимательно анализировать свои эмоции по отношению к Вадиму. Мне было трудно понять, почему он так резко изменился, и, что еще беспокоило меня больше всего, — это моя собственная реакция на эти перемены.
Ранее казалось, что его улыбка были для меня несущественными, просто элементами общего фона. Я думала, что мне глубоко наплевать, улыбается ли он мне при встрече, или нет. Однако оказалось, что мои ожидания были далеки от реальности, и внезапная переменчивость его отношения начала влиять на мои собственные чувства.
В итоге я осознала, что невзначай привязалась к нему и стала зависеть от его взгляда в мою сторону и улыбки, подаренной только мне одной.
После каждого короткого встречного момента, я погружалась в собственные мысли, пытаясь найти логическое объяснение его изменившемуся поведению. Вопросы кружили в голове: неужели он обиделся? А на что именно? Может быть, это из-за того, что пришлось иметь дело с полицией? Но ведь я сама не просила его вмешиваться в эту ситуацию.
Попытки раскрыть причину его холодности становились все более сложными, а мои размышления приводили к различным предположениям. Возможно, его раздражение было связано с каким-то недопониманием или обидой, но мне было трудно точно определить, что именно стало триггером для такого поведения.
Сегодня, когда он поцеловал меня, я задумалась, что это может означать. Своим поведением, он словно доказывал свое право на меня.
Сама с собой начала размышлять. Зачем я решила его позлить, сказав, что Саша справился бы лучше? Я просто бросила вызов взрослому и опытному мужчине, а в ответ получила этот поцелуй, который можно воспринимать, как подтверждение его превосходства.
И я сомневаюсь, что Сашка бы сделал лучше. Уверена, он элементарно в «трудовом стаже» проигрывает.
Это не просто деревенские слухи — я знаю это из первых рук. Мы часто пересекались с друзьями брата, и редко бывало так, что они были одни. В основном они всегда были в компании привлекательных девушек. И почти каждый раз, когда мы встречались, они были разными.
