– Дверь была приоткрыта…, – слова оборвались при виде плачущей девушки. – Господи, что с Вами происходит? Что случилось, расскажите мне, наконец, или нет?
Вэл подошла и села на ручку кресла, дотронувшись до плеча Светы, которая посмотрела на нее полными слез глазами и опять ничего не сказав, прижалась к Валерии, расплакавшись еще громче. Вэл обняла ее за плечи и стала гладить по волосам.
– Успокойся. Я уверена, что нет ничего такого, чего нельзя было решить. – Она начала тихонько укачивать девушку, как ребенка, продолжая гладить волосы, «такие мягкие и гладкие как шелк».
– Мне даже не с кем поговорить, мои родители, они… – громкий всхлип прервал ее слова, – они погибли пять лет назад, у меня нет никого, с кем бы я могла поговорить, кроме Славы, но ему не могу это сказать, я не знаю, что мне делать, как быть.
– Шшшш, все хорошо, я могу выслушать тебя, не уверена, что могу что-то посоветовать, но выслушать точно смогу, расскажи, если хочешь.
«Она меня называет на «ты», я в ее объятьях, таких уютных, нежных, так мягко со мной говорит». Света даже перестала плакать от осознания всего этого и застыла, боясь случайно нарушить эту сказку.
– Вам я не могу этого сказать тем более, – почти неслышно прошептала она, сильней прижимаясь к Валерии. – Я хочу спать, Вы побудете со мной немного?
– Конечно, побуду, ложись и засыпай. «Вам я не могу этого сказать тем более» – эти слова встревожили. «Что она скрывает и как я с этим связана?»
Валерия села в кресло рядом с кроватью Светы и пока та засыпала, решила просмотреть бумаги, которые взяла с собой в номер, уходя с работы. Она не заметила, как сама заснула под размеренное дыхание Светы.
Девушка проснулась ночью и обнаружила своего руководителя спящим в кресле, рядом с ее кроватью. «Вот это да, она что не ушла к себе в номер, а осталась со мной рядом»? Присев на корточки, она стала изучать лицо Валерии, которое во сне было спокойным и умиротворенным. Высокий лоб, изогнутые светло-русые брови, высокие скулы, красиво очерченные губы «наверное, они мягкие и нежные», не большой, но волевой подбородок. Даже во сне в этом умиротворенном состоянии лицо источало уверенность и силу. Светлане захотелось дотронуться подушечками пальцев до него. Чуть помедлив, он решилась и протянула руку, что бы коснуться. Почти достигнув своей цели, увидела, как глаза Валерии открылись и прямо посмотрели на нее. Рука застыла, а потом резко отдернулась назад.
– Я заснула. С Вами все хорошо?
– Да, уже намного лучше, спасибо, – Света сидела в смущении, не знала что ответить, если вдруг ее спросят, что она только что делала.
– Я рада, что Вы пришли в себя, мне надо вернуться в свой номер. – Вэл встала и чуть поморщилась «поза для сна была не очень удобной, как я вообще могла тут заснуть и что она хотела сделать, протягивая ко мне ладонь?», но вслух она сказала, – Если Вам что-то потребуется, то не стесняйтесь, звоните мне.
– Хорошо, извините меня за истерику и за то, что Вы полночи провели в этом кресле. «Я бы предложила мою кровать, если бы ты согласилась».
– Не думайте об этом, ложитесь спать, завтра утром встретимся в офисе. – Вэл, покинула номер девушки, добравшись до своего, легла спать ни о чем больше не думая.
***
Света пришла на работу раньше всех, сразу приступив к недоделанной вчера работе. Потом провела небольшое совещание с сотрудниками, обсудив планы на день, опять вернулась к текущим делам. Было уже одиннадцать, а ее руководитель, так и не появился. Час спустя Валерия пришла, не присаживаясь, дала несколько указаний.
– У меня самолет через два с половиной часа, если у Вас будут какие-нибудь вопросы или проблемы, обязательно связывайтесь со мной. Уверена, что Вы закончите проект наилучшим образом. Встретимся, когда вернетесь, рассмотрим проделанную работу. До свидания, Светлана.
– До свидания, Валерия Александровна, – Это все, что она смогла сказать.
Девушка долго еще стояла, смотря на закрытую за Валерией дверь, и не понимала, как так быстро могли пролететь три дня, которые внесли еще большую смуту в ее душу. «Надо это заканчивать, вчерашний вечер и ночь, ее объятья, успокаивающие слова, были вызваны только моей истерикой. А сегодня утром она ясно дала мне понять, как ко мне относится, я ее подчиненная. На этом и остановлюсь. А что я вообще хотела»?
***
До окончания командировки, они ни разу не говорили, особых проблем не было, а других причин для звонка Света не могла придумать. Закончив проект и вернувшись в Петербург, Света поздоровавшись с коллегами, немного поболтав с Олегом, направилась к Смирновой, доложит результаты работы. Она заметно нервничала, но и радовалась этой встрече. Секретарь сказала, что Валерия Александровна вчера улетела в Москву, на курсы для топ менеджеров, и будет отсутствовать три недели. Потом сказала, что ее обязанности исполняет Алексей Семенович, он ее уже ждет.
Девушка поникла, все волнения были напрасны, она не увидит ее еще очень долго. «Так даже лучше, время дает мне шанс все забыть, так тому и быть, хватит уже мучиться от необъяснимых желаниях и непонятных чувств».
Вечером, как обычно, ее встретил Славка с огромным букетом цветов.
– Я ужасно соскучился по тебе, хорошо, что закончилась твоя командировка. – Он обнял ее и нежно поцеловал. – Поехали домой?
– Поехали, я тоже рада, что, наконец, вернулась. – Света ответила легким поцелуем.
Она наслаждалась поездкой по вечернему городу, даже пробки ее не раздражали. Вот только совсем не хотелось разговаривать. Отвечала на вопросы невпопад, а то и вовсе не слышала вопросов.
– Ты так вымоталась, что не слышишь меня?
– Наверно, мой хороший, почти засыпаю, только сейчас поняла, как устала. – Она думала о том, что очень сильно ждала встречи с Валерией, но все сложилось не так, как хотелось.
«Она стала моей навязчивой идеей, не могу с этим справиться. Может рядом со Славой смогу взять себя в руки. Завтра будет самый тяжелый день в году, вот уже на протяжении последних пяти лет». Пять лет, которые Светлана провела внутри выстроенной вокруг себя стены.
Она вернулась мыслями в тот теплый сентябрьский день, когда они всей семьей возвращались в город после проведенных на природе выходных. Она была за рулем машины, мама дремала в кресле рядом, а отец с младшим братишкой, которому едва исполнилось четырнадцать, обсуждали футбольный матч, который смотрели накануне. Света закрыла глаза, и сжала до боли зубы. Она помнила только стремительно вылетевший справа с второстепенной дороги грузовик и дальше темнота. Очнулась в больничной палате. Позже она узнала, что все, кроме нее погибли. С семьей для Светы умерла сама жизнь. Родственники взяли все расходы и хлопоты по похоронам. Посетить могилы своей семьи она решилась только через полгода. Придя туда утром, она просидела на мокрой, промозглой земле под нудный моросящий дождь весь день, крича, рыдая от горя, потери и навалившегося чувства вины.
