— Положение обязывает, ваше величество… Можете даже надеть…
— Какое-такое величество?
— Ох, простите, — сказал он подчеркнуто виновато, — что-то я забежал вперед… Ваше высочество!
— Я выше правил и церемоний, — гордо сказал я. — Но на рожон не полезу, одену. И даже надену.
— Спасибо, ваше высочество.
— Пожалуйста, — ответил я сердито. — Придет время, вообще все одежды отменю высочайшим декретом!
— Ваше высочество?
— Вы против Библии? — спросил я с угрозой. — Адам и Ева ходили голыми, как и повелел Господь! Одежда — это следствие грехопадения, но и его когда-то преодолеем в годы полного расцвета демократии и гуманизма.
— Как скажете, ваше вели… ох, ваше высочество.
— Как и скажу, — буркнул я грозно и подвигал бровями. — Лорды на заседание Тайного Совета как?
— Собрались, ваше высочество.
— Все?
— Почти, ваше высочество.
— Хорошо, — сказал я милостиво, — идите. Шкуру сдеру позже.
После его ухода я привел в порядок те бумаги, что успел проверить, покинул кабинет и, пройдя по коридору личных апартаментов, остановился, чтобы посмотреть через окошко вверху, как в том небольшом зале, убранном со сдержанной пышностью, собираются лорды в уже расширенном составе: старые — бароны Альбрехт Гуммельсберг и Фортескью, первый держится сдержанно, однако по-свойски, второй уже не мнется, привык, как и барон Торрекс Эйц. С достоинством вошел и сразу сел за стол отец Тибериус, настоятель цистерианского монастыря.
Отдельной группой держатся земляные магнаты, чьи владения и по отдельности превосходили земли короля Кейдана, а сейчас превосходят мои — верховный лорд Джералд Бренан, Джеймс Гарфильд, лорд Уильям Дэвэнант и лорд Томас Фуллер…
Справа от моего трона барон Альбрехт и барон Эйц, неизменный сэр Растер, сэр Жерар, это как бы понятно, старые и преданные соратники, немного неловко чувствуют себя в столь высоком собрании барон де Брюс и трое командиров, которых Ришар прислал еще до высадки пиратов, хотя все четверо уже не первый раз здесь…
Отец Стоундерий, строитель башен в порту, сидит с очень озабоченным лицом, он добавочно опекает теперь еще и учебные лагеря, в которых молодых парней, массами прибывающих из вербовочных пунктов Турнедо, Варт Генца и Скарляндов, обучают обращению с оружием, ходьбе строем и умению сражаться плечом к плечу с себе подобными и во взаимодействии с конницей, лучниками, копейщиками, ратниками.
После ремонта башен оставшись на какое-то время без работы, он настойчиво прививает рекрутам мысль, что для Господа нет турнедцев, вартгенцев или скарляндцев, все мы — христиане, что значит — единый народ, и здесь сплавляемся по воле Господа в то, что угодно Творцу, что он и хочет от нас.
Я вошел быстро и упруго, сюзерен должен каждым жестом демонстрировать силу, энергию и жизнестойкость, все-таки в человеческом обществе сильна эта доминантная черта. В прежние времена теряющих силы вождей вообще убивали и съедали, а сейчас делается хоть все то же самое, но чуточку завуалированнее.
Они все встали, если кто успел сесть, склонили головы в почтительном поклоне и стояли так, не двигаясь, пока я шел к своему месту во главе стола.
Я опустился в кресло, оно с по-королевски высокой спинкой, оглядел всех и сказал отрывисто:
— Прошу садиться!.. Сэр Жерар, прочтите мой последний указ.
Сэр Жерар развернул трубочку из бумаги и, держа ее на вытянутых руках, сказал громко:
— По милости его высочества лорда Ричарда и с его высокого изъявления в Совет Лордов вводятся за особые заслуги стальграф Филипп Мансфельд, рейнграф Чарльз Мандершайд и граф Максимилиан фон Брандесгерт!
Я видел недовольную гримаску на лице лорда Томаса Фуллера, одного из самых могущественных лордов королевства, беспокойство в глазах верховного лорда Джеральда Бренана и тень неудовольствия Уильяма Дэвэнанта.
Прирожденные политики, что позволило им достичь богатства и могущества в королевстве Кейдана, они сразу ощутили и то, что я ввожу незнатных, обязанных лично мне и потому преданных, и то, что время выбрано самое удачное, кто посмеет возразить против чествования героев?
Все верно, я как бы не знаю, чем еще наградить и чем ублажить вернувшихся, так это расценивают в стране, а то, что заодно ослабляю роли магнатов и усиливаю свой командный голос, это вроде случайно.
Все трое удостоенных встали и кланялись мне и аплодирующим присутствующим, но я жестом остановил изъявление восторгов.
— Тихо-тихо, у нас рабочее заседание, а поздравить успеете вечером на пиру. Сэр Куно, докладывайте.
На этот раз поморщился только лорд Фуллер, остальные из его группы приняли как должное, что человек низкого звания отчитывается, все-таки управлять не дело лордов, их дело царствовать.
Куно поднялся, еще больше тихий, безликий, такому только тосты провозглашать громовым голосом.
— Нами, — проговорил он бесцветным, как дистиллированная вода, голосом, — спущено двенадцать больших кораблей. Трое из них уже вышли из бухты и осторожно маневрируют… не слишком отдаляясь от берега.
— Под всеми парусами? — спросил я.
— Нет, — ответил он.
— Парусину не подвезли?
Он ответил с поклоном:
— С парусиной задержек нет, ваше высочество. Но обучение идет трудно.
— Ладно, — сказал я нетерпеливо, — если зайца бить, как сказал сэр Чехонтэ, косой научится костер разжигать. Что с остальными?
Он ответил с поклоном:
— Пока что обучаются работе с парусами и такелажем. Ведутся работы по отбору из лучших рекрутов в будущие экипажи. Жалованье им положено вдвое больше, чем тяжелым пехотинцам.
Я кивнул.
— Хорошо. Но мало. И медленно! Нужно постараться изыскать места для добавочных доков.
Он поклонился.
— Да, но…
Я прервал:
— Если думаете, что двенадцать кораблей — много, то скажу вам, и двенадцати сотен будет не хватать, увидите!.. Что с железной дорогой?
— От Тоннеля, — сказал Куно, — протянута через Тараскон прямо в порт. Заканчиваем строить подъездные пути, чтобы грузы можно было сразу на борт.
— Оставьте, — велел я, — с этими мелочами управятся сами тарасконцы. Они заинтересованы! Ветку железной дороги нужно спешно и даже срочно тянуть в северном направлении.
— В Армландию? — спросил он.
— Через Армландию, — поправил я.
— В Турнедо?
Я кивнул и ответил с крохотной заминкой, которую Куно однако понял, единственный из всех собравшихся:
— Да. В Турнедо.
Он поклонился и продолжил:
— Казна получила на возросшей торговле с севером почти втрое больше, чем в прошлом году, а год только начался. Предполагается, что объем будет возрастать и дальше, так как в товарооборот включаются все больше северных стран.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
