роща, где росли старые сучковатые оливковые деревья; здесь собирали маслины все жители города. Мужчины околачивали ветви деревьев длинными жердями, сбивая с них маслины, а дети собирали упавшие на землю маслины в корзины. Женщины срывали маслины с нижних ветвей, до которых могли дотянуться. И хотя ослику теперь снова приходилось с утра до вечера таскать тяжёлые корзины, он, казалось, не чувствовал усталости.
– Ты была права, Мария, – сказал Иосиф, – этот ослик и в самом деле очень хорош. Я думаю, это лучший ослик во всём городе.
– Лучший в целом свете, – поправила его Мария.
Там, в оливковой роще, маленький ослик Марии встретил других ослов из Назарета. Никто не узнавал его – даже его сородичи из дома самого богатого человека в Назарете, даже его прежний погонщик.
– Ах, какой красивый ослик, – вздыхали другие ослы. – Какая у него красивая походка! Как высоко держит он свою голову! И какой же он чистый и ухоженный!
– Он напоминает мне одного ослика, которого я когда-то знал, – сказал самый старый и самый мудрый осёл. – У того ослика была такая же красивая поступь, и он так же высоко держал свою голову.
– Какой красавец! – восхищались осликом Марии самые маленькие ослики. – И какой он сильный!
– Этот ослик должен быть с нами, – сказал самый старый и самый мудрый осёл. – С нами, потому что мы принадлежим самому богатому человеку в Назарете. Такому ослику не подобает жить у бедняков.
– И где же они раздобыли такого замечательного ослика? – удивлялись другие ослы из дома богача.
Маленький ослик Марии слышал всё это и тихонько посмеивался, таская домой тяжёлые корзины. Много раз ходил он в оливковую рощу и возвращался обратно, к дому Иосифа. И несколько раз в день Иосиф водил ослика к дому Юдифи.
– Иосиф, надо помочь ей, – сказала Мария, – иначе бедная женщина останется без маслин.
– Ты права, Мария, – согласился Иосиф, – нам достался лучший в мире ослик и, чтобы возблагодарить за это Бога, мы поможем нашей соседке. Но время летит, а тебе так и не удаётся как следует отдохнуть.
– Скоро придёт зима, – ответила Мария, – тогда отдохну и я, и мой маленький ослик.
«Мне не нужен отдых, – думал маленький ослик, – лишь бы я мог подольше оставаться рядом с Марией».
Но когда весь урожай был собран, ослику пришлось помогать Иосифу.
Жаркая погода, иссушавшая холмы и долины, закончилась. Стало холодать. Иосиф уходил собирать дрова в окрестностях города и брал с собой маленького ослика. До позднего вечера искал Иосиф сухой хворост и навьючивал на ослика вязанки с ветвями и сучьями. Иногда эти вязанки были почти вдвое больше самогó ослика. Чтобы найти хоть какие-нибудь дрова для очага, Иосифу приходилось долго бродить по окрýге. В окрестностях Назарета росло мало деревьев, и другие бедняки, живущие в городе, тоже вынуждены были ходить за дровами за город.
Однажды, когда Иосиф и ослик ушли особенно далеко от дома, небо вдруг заволокли чёрные тучи. Солнце скрылось, и стало темно, хотя был полдень. С моря подул холодный ветер. «Начинаются дожди, – обрадовался Иосиф, – земля томится от жажды. Каждая речушка и каждый ручеёк снова станут полноводными, и все звери и птицы напьются вволю. Ах, какой славный дождь!»
А вот маленькому ослику дождь совсем не нравился. Нет уж, спасибо, во время дождя так сыро и холодно! Хотя, если Иосиф считает, что дождь очень кстати, наверное, так оно и есть. Но всё же ослик очень хотел поскорее оказаться дома, в тёплом и сухом хлеву. Он нетерпеливо топтался на месте.
– Ну, ну, маленький ослик, потерпи, – уговаривал его Иосиф. – Мы должны набрать побольше дров. Скорее всего, завтра нам придётся остаться дома из-за дождя. Я знаю одно местечко к северу отсюда, где мы наверняка найдём хворост.
И ослику пришлось идти за Иосифом дальше. Ослик уже готов был заупрямиться. Он подумал о том, как забавно было бы сейчас снова начать упираться и делать всё наперекор. Тогда Иосифу придётся изрядно потрудиться, чтобы заставить его сдвинуться с места.
И тут ослик вспомнил о младенце. О младенце, который, возможно, будет ездить на нём верхом, когда немного подрастёт. Ослик вспомнил, что должен слушаться Иосифа, чтобы тот сделал для малыша удобное маленькое седло. Вот почему ослик покорно шагал следом за Иосифом.
– Ты очень славный и трудолюбивый ослик, – похвалил его Иосиф. – Ты же понимаешь, что мы должны собрать побольше дров для Марии. Зима будет долгой, и в доме должно быть тепло, чтобы наш малыш не озяб.
И ослику стало стыдно за свои недобрые мысли.
Добравшись до места, о котором говорил Иосиф, они нашли там много хвороста. Иосиф навьючил на ослика столько хвороста, сколько ослик мог унести.
– А теперь пойдём домой, – сказал Иосиф. – Я буду идти рядом и придерживать вязанки хвороста.
Стемнело. Дул пронизывающий ветер, пошёл дождь, превратившийся затем в сильный ливень – такой сильный, что Иосиф с осликом почти ничего не могли разглядеть вокруг. С большим трудом они продвигались вперёд, и очень скоро Иосиф сбился с пути. Он остановился и попытался разыскать тропу, но тщетно. Иосиф понял, что заблудился.
«Наверное, нужно взять немного левее», – подумал Иосиф и потянул ослика за повод.
Но маленький ослик хотел идти направо – ведь именно оттуда они и пришли. Почему же Иосиф хочет идти в другую сторону?
– Ну, пошли! – крикнул Иосиф, изо всех сил потянув за повод.
Тогда ослик уселся на задние ноги. Он твёрдо решил, что ни шагу не сделает в неверном направлении!
– Не время упрямиться! – уговаривал ослика Иосиф. – Ты же был таким умным и послушным! Мы должны держаться вместе, если хотим вернуться домой к полуночи.
Но именно этого как раз и хотел маленький ослик. Именно поэтому он не двигался с места, сколько ни погонял и ни тянул его Иосиф. В какой-то момент Иосиф бросил повод, чтобы подтянуть ослабнувшую верёвку, державшую вязанки с хворостом. Ослик ждал этого. Он мгновенно вскочил на ноги и засеменил в сторону дома. Иосиф бежал за ним и кричал:
– Стой! Остановись! Мы совсем заблудимся! Стой!
Маленький ослик убегал от Иосифа на некоторое расстояние, затем позволял Иосифу подойти поближе, а потом снова мчался вперёд. Иосифу приходилось следовать за осликом, он выбился из сил и был очень встревожен. Он очень боялся потерять маленького ослика Марии.
Вдруг ослик остановился и издал торжествующий крик. Иосиф едва мог различить ослика в темноте, но хорошо слышал его ликующий рёв.
– И-а-а! – снова взревел ослик.
На этот раз Иосифу удалось догнать ослика и схватить повод. Он огляделся и застыл в
