на концерте Макса Коржа. Кто-то кричал, кто-то рыдал, кто-то звонил маме. Пожарные раскидывали рукава, как диджеи на рейве. С лестницы, которая, как оказалось, у нас в Смоленске всё-таки есть, эвакуировали тех, кто не успел превратиться в шашлык.
А я стоял в кустах. Просто стоял. Молча. Даже бровью не повёл. Ноги, впрочем, подвели. Сел прямо на землю. Ни сил, ни слов. В голове — тишина, только эхо: я это сделал? серьёзно?!
— Надо проверить, — прошептал я сам себе и снова достал брелок.
И вот, сидя в траве, рядом с крысой и обгоревшим пакетом из «Магнита», я произнёс вслух:
— Хочу вафельный стаканчик с фисташковым мороженым.
Нажал.
Щелчок.
И он появился. Просто появился — в моей руке. Вафельный, хрустящий, фисташковый. Настолько реальный, что я даже его укусил. И да — это было оно, мороженное.
На этом моменте я не то, чтобы обмяк — я внутренне умер. Умер как старый сотрудник офиса, как честный труженик. Остался только я — человек с кнопкой.
Сел. Посидел. Потом встал. Пыль отряхнул. Взял мороженое в руку — и пошёл домой. Не обернулся. Ни разу.
Да, я — гнида. Мои коллеги горят, как купюры в печке, а я иду, облизывая мороженное. Но улыбаюсь не потому, что рад, а потому, что теперь знаю: кнопка работает.
И это, дружок, меняет всё.
«ЭКСПЕРИМЕНТЫ»
Домой я добирался на автопилоте. В кармане — маленький пластмассовый бог. В голове — ветер с примесью пепла и фисташек. Где-то в Смоленске ещё догорала крыша офиса, а я, как ни в чём небывало, хрустел вафельным стаканчиком и вычислял: сколько в среднем человек могло сгореть заживо при средней загрузке помещения? Сорок? Пятьдесят? А если учесть перекуры и «я на объекте» — то тридцать. Значит, мой красный щелчок стоил тридцать жизней. Стало легче? Нет. Но страшнее не стало. Просто... математика.
В этот день не было ни одного трупа, и моя совесть была чиста. Только обгорели слегка, но вполне живые и здоровые.
Дома я налил себе чай, проверил почту, удалил резюме с «Хедхантера». Потом вымыл руки. Дважды. Потому что что-то в них всё же липло.
Эксперимент №1.
Я уселся за стол, положил брелок перед собой, как пациентку на стол патологоанатома. Изучил. Красная кнопка. Щелчок. Последствия. Я не знал, как это работает — квантовая магия, древняя шаманская хрень, нанотехнология из будущего или просто Вселенная, уставшая от моего нытья, — но знал одно: она исполняет.
Вопрос не в том, можно ли. Вопрос — что будет, если?
Я достал тетрадь в клетку. Заголовок: "ПРОТОКОЛ ЭКСПЕРИМЕНТОВ".
Первая запись:
1. Запрос: фисташковое мороженое в вафельном стаканчике — выполнен успешно. Задержка: менее 1 секунды. Энергозатраты неизвестны. Логистика неизвестна. Механизм материализации — неизвестен. Этический вред — ноль.
Вторую строчку я написал жирным:
2. Косвенное исполнение желания: "да горите вы синим пламенем" — выполнено. Объект — офис. Последствия — массовые жертвы. Исполнение — буквальное. Скорость реакции — менее 5 минут. Этический урон — катастрофический. Заключение: кнопка не различает метафоры.
На этом этапе любой другой человек пошёл бы в монастырь. Или повесился. Или в новостях появилось бы: "Мужчина, сжёгший своих коллег, самоустранился при помощи утюга и философии Канта." Но я решил не сдаваться. У меня был шанс изучить нечто реальное. Живое. Опасное. Но — подчиняющееся.
Эксперимент №2.
Я сел перед зеркалом.
— Хочу, чтобы в течение одной минуты за окном пошёл снег. — Нажал кнопку.
Через двадцать секунд небо затянуло свинцовой пленкой, а потом пошёл… снег. 27 мая. Смоленск. +22°C.
Запись:
3. Желание вызывает локальные изменения реальности. Климат поддаётся. Скорость — до 30 секунд. Последствия — незначительные. Третьи лица не пострадали. Заключение: подходит для тестов "внешней среды".
Эксперимент №3.
— Хочу, чтобы сосед сверху забыл, как включается его перфоратор.
Щелчок. Тишина. Полчаса — никакого "джжжжж". Даже подозрительно.
Поздно вечером я услышал, как сосед орёт жене:
— Он как будто вырвал у меня память! Где он вообще? Я же его всегда включал...
4. Кнопка может редактировать память. Локально. Объёмно. Подконтрольность — косвенная. Опасность — высокая. Этический вред — умеренный. Заключение: требует ограниченного применения.
Я начал понимать. Кнопка — это не роскошь. Это не "три желания от джинна". Это панель администратора. Причём мне дали доступ без инструкции. И если я облажаюсь — никто не подскажет, где тут Ctrl+Z.
***
Я поставил будильник на 6:00, лёг спать и всю ночь видел сон, в котором Господь Бог выдавал мне счёт — как в ресторане.
"Сожжённый офис: 48 пострадавших, но живых душ x 1 моральная единица = 48
Фисташковое мороженое — бонус от системы.
Снег в мае: 0,1 моральной единицы, хулиганство.
Сосед: -2, но с учётом перфоратора — прощено."
Утром я проснулся с идеей.
А что, если использовать кнопку во благо?
Не себе. Не ради славы. Не ради денег. А — ради логики.
Я прошёлся по городу. Обычные лица. Кто-то торопится, кто-то курит, кто-то трётся в очереди за кофе, как будто завтра их сожгут на работе. Я подошёл к лавке. Присел. Достал тетрадь.
Проект: "Благие желания". Цель: протестировать возможности кнопки в рамках минимизации страдания третьих лиц. Метод — постепенное вмешательство. Без личной выгоды. Без божества. Только логика и контроль.
Тест №1: Исчезновение преступника.
В новостях писали о педофиле, отпущенном под подписку. Я посмотрел его фото, нашёл город, в котором он живет. Не ради мести. Ради эксперимента.
— Хочу, чтобы этот человек больше не мог причинить вред ни одному ребёнку. —
Щелчок.
Вечером новость:
«На железнодорожных путях найдено тело мужчины, ранее проходившего по делу…»
Я не почувствовал радости. Ни грамма. Только тихую, как аптечная вата, уверенность:
