Читаем без скачивания Московская принцесса - Роман Волков

Ульяна посмотрела на нехитрый набор с недоумением.

– А попить? – жалобно протянула она, намекая на долгожданный сок.

– Вон там, дочка, титан с чаем стоит, – указала повариха куда-то в глубь столовой.

Поморщившись, девушка медленно, как бы в знак протеста, поплелась к большому блестящему металлическому бочонку. Наполнив чаем гранёный стакан, она хотела было сесть куда-нибудь подальше от всех остальных, но оказалось, что мест за столиками в столовой ровно столько, сколько в данный момент работающих в лагере. И даже места тех немногих еще не успевших приехать ребят были заняты вожатыми. Покрутив головой, Ульяна заметила единственный свободный стул у столика, за которым уже сидели три девочки. Одной из них была та самая пухлая девица с зарядки, которая, к слову, даже не удосужилась переодеться.

Ульяна одарила всех троих искусственной улыбкой и села на место. Пухлая девочка вновь цокнула языком и сквозь зубы процедила:

– Понаберут тут всяких тощих…

– Что-что? – переспросила Уля, вспыхнув.

– Я говорю, откуда ты? С Москвы, что ль? – чуть громче, но ничуть не мягче допрашивала девица. Остальные девицы настороженно молчали. Они выглядели на первый взгляд по-деревенски скромно, но в глазах у обеих читалась такая же нелюбовь к городским жителям, как и у их грубоватого лидера.

– Из Москвы, – поправила Ульяна.

– Оно и видно, – довольно усмехнулась пухлая и закинула в рот целиком яйцо.

Ульяна фыркнула. Две другие девочки тоже было автоматически улыбнулись, но тут же нахмурились вновь.

– Што шмешного? – свирепо вытаращив глаза, прошамкала толстая девчонка с набитым ртом.

– Да ничего, – ответила Уля, продолжая улыбаться.

– Вот поглядим, как ты после полёвки пофырчишь, – дожевав яйцо, злобно пробормотала та.

Весь остаток завтрака Ульяна провела в молчании. Ее задели слова пухлой девочки, которую, кстати, по её собственному велению все называли Матильдой, хотя на самом деле она была просто Машей. Ульяне было не чуждо это соревновательное чувство, обычно присущее спортсменам. Ей всегда хотелось быть первой во всём: первой в танцевальных соревнованиях, первой на всех школьных конкурсах красоты, иными словами – побеждать всегда и везде. Уля поняла, что «полёвка» означает полевые работы, на которых, как видно, пухлая Матильда съела собаку, а может быть не только её. Так или иначе, новая знакомая решила проверить на прочность изнеженную столичную кокетку. Вызов был брошен, и Ульяна решила принять его во что бы то ни стало.

Матильда и две её подруги вполголоса обсуждали новеньких парней. Очевидно, девочки каждое лето проводили в этом лагере, и перемывать кости всем подряд было их излюбленным занятием. Ульяна понимала, что до нее очередь дойдет, как только она покончит с завтраком, а пока львиную долю внимания трех сплетниц занимал белокурый купидон.

– Это Стасик Загайнов, – торопливо рапортовала одна из подруг Матильды, покрытая с ног до головы рыжими веснушками. – Он – сын известного у нас в Перловке бизнесмена.

– Хорош, хорош, – важно протянула вторая, маленького роста, черноглазая и черноволосая.

– А что за бизнесмен? – расспрашивала Матильда. Она произносила слово «бизнесмен», смягчая букву «е».

– Ой, он зерновой олигарх, – округлив глаза, шепотом доложила рыжая, подчеркивая важность фразы. Ульяна опять фыркнула, но на всякий случай про себя.

– Неплохой вариант, – поглядывая на купидона, серьезно произнесла Матильда.

– Хорош, хорош, – подтвердила черноглазая. Ее тоже выдавал провинциальный акцент, но уже буквой «о».

Слушая кудахтанье трех сплетниц, Ульяна сначала хихикала про себя, но затем вспомнила, как они с подругами множество раз точно так же перемывали кости своим одноклассникам и другим знакомым парням и девчонкам. «Неужели мы так же нелепо выглядим? – испуганно думала девушка. – Ведь это просто какой-то курятник!»

Послушав еще немного про каких-то бывших ухажеров, сельские дискотеки и драки между соседними деревнями, Ульяна поднялась из-за стола, чувствуя себя просто ужасно. Ей казалось, что в этом лагере собрались ребята, которые никогда не видели настоящей жизни. Какие-то скучные дискотеки раз в неделю, унылая работа в полях и огородах и цветастые платья в подарок на день рождения вместо нового телефона. «У них даже Интернета нет! – сделала кошмарный вывод Ульяна, выходя из столовой. – Ну, о чем с ними говорить?»

Она неспешно двинулась в сторону корпуса, размышляя обо всем этом, а также о том, что надеть на полевые работы. В этот момент ее кто-то окликнул:

– Эй, принцесса!

Ульяна обернулась и увидела, как к ней медленно плывет кучерявый блондин, тот самый, которого рыжая девица назвала Стасиком Загайновым. Позади блондина семенил, видимо, его верный оруженосец – маленький прыщавый парнишка.

– Вот, гляди, как надо, – бросил Стас «оруженосцу» и горделиво заявил, кивнув головой Ульяне: – Н-ну? И откуда такой брыллиант сюда попал?

Ульяна даже не засмеялась. Ни над тем, как самоуверенный блондин к ней подкатил, ни над тем, как он произнёс слово «бриллиант», ни даже над испуганным выражением его прыщавого спутника. Ей стало мерзко. Как он смеет, этот высокомерный, безвкусно одетый деревенский дурачок, подбивать клинья к ней, модной и стильной московской красавице?

– Да пошёл ты! – с жаром крикнула Ульяна и мигом побежала прочь.

– Чего-о? – остолбенело произнес Стас. Он впервые в жизни получил от девчонки от ворот поворот. Ему стало немного неудобно перед своим приятелем, который, однако, смотрел на него снизу вверх с неподдельным уважением, даже несмотря на ответ Ульяны.

– Пошли отсюда, Вадик, – плюнув сквозь зубы, произнес Стас и зашагал к своему корпусу.

Первый день полевых работ оказался не таким уж кошмарным, как думала Уля. Но однозначно то, что работа эта была нудная, неинтересная и бессмысленная. Пололи лук. Полоть – означало стоять, нагнувшись, по выражению Степы, «в позе бегущего египтянина» и вырывать из земли сорняки – то есть траву, не похожую на лук.

Лёжа на кровати после долгого и трудного рабочего дня, Ульяна думала лишь о том, что в лагере ей выжить не удастся. За целый день она встретила такое количество грубых, неприветливых ровесников, какое даже во всей Москве было не сыскать. Подружиться ни с кем не удалось, а новую соседку в комнату так и не подселили. Вожатый Стёпа пообещал разобраться с этим завтра. Ульяне даже захотелось позвонить родителям и попросить, чтобы они ее забрали, но папа и мама уже наверняка улетели в Норвегию, и единственным выходом оставалось только смириться с обычаями трудового лагеря.

Тим целый день ничего не писал, ни в личные сообщения, ни эсэмэс и даже не оставил на ее стене рисунка! Обидевшись на весь белый свет, Ульяна крепко уснула.

К ее удивлению, второй день прошел намного продуктивнее предыдущего. Конечно, все тело болело, но азарт и желание доказать наглой Матильде, кто тут главный, брало верх, и Ульяна работала с удвоенной энергией. Во время полдника она познакомилась со своей новой соседкой Валей, которая приехала из Саратова. Пусть небольшой и далекий, но все же – город! Во всяком случае, с Валей было вполне комфортно общаться. «А жизнь, кажется, налаживается», – думала Ульяна, отправляясь спать.

Глава 6

На следующий день Ульяне удалось познакомиться с девушкой, которая жила за пару километров от лагеря – Олей. Это была невысокая, крепко сбитая и очень симпатичная девушка, Улина ровесница. Они немного поболтали, стоя у невысокого забора, где Олина бабушка тяпала какую-то траву ржавой тяпкой, обо всякой ерунде: о том, что в школе много задают; что в институт поступить сложно. Очень хотелось сказать, что если ходить к хорошим репетиторам, которые в том же вузе преподают – вообще проблем не будет, но сдержаться все же удалось.

Вечером Ульяна решила убежать в «самоволку», благо ворота из лагеря не охранялись, и посетить местный клуб. Клуб в деревне был испокон веку, сохранился он и сейчас, как показала информация, вызнанная у Оли. Бабушка же ничего хорошего о клубе не сказала:

– Одни хулиганы там, внученька. И дерутся постоянно. Ты от этого места проклятущего подальше держись. – С другой стороны, ничего другого от нее Ульяна и не ожидала услышать. Не скажет же она, в конце концов:

– Улечка! Клуб – рай на земле. И так уж там хорошо – сил нет! И ребята такие туда хорошие, воспитанные ходят! Я бы и сама оттуда не вылезала вместе со своими подружками, да стили танцев новых освоить не могу. А то бы я дала стране угля!

Уля была нормальной столичной клубной девчонкой. Она знала, как себя вести, и со смехом относилась к страшным бабушкиным сказкам про хулиганов. Нельзя по этим нескольким отморозкам судить обо всей вечеринке. Зато на деревенской party она действительно покажет, кто есть кто. Кто умеет танцевать и одеваться, а кто деревенщина неотесанная. Тем более что танцевать девушка очень любила. Пять лет спортивных танцев давали о себе знать. В принципе была даже возможность продолжить карьеру профессиональной танцовщицы, но когда надо было принимать окончательное решение, отец стукнул кулаком по столу и сказал: