Клео Рэй: Я совсем не спала той ночью в четверг. Я прижалась к Сэнди, стараясь никак не обнаружить свое беспокойство. Когда в пять утра зазвонил будильник, я притворилась, что просыпаюсь. Представьте себе мое облегчение, когда я узнала, что все оставляют свои телефоны в доме.
Сэнди Финч: Мы оделись, схватили наши рюкзаки, сделали групповое фото на фоне особняка. Затем без телефонов отправились пешком по туристической тропе в глубь страны.
Самсон Гриффит: Я спросил мистера Мейсона, есть ли у него ордер или какие-либо судебные предписания относительно Клео. Он уверил меня, что, если у Клео будет алиби или она сможет убедить их, что ее не было на озере с Ребеккой, то у нее не будет никаких проблем.
Честно говоря, я был уверен, что Клео никоим образом не замешана в этом.
Оуэн Мейсон, окружной прокурор: «Кстати, – сказал я Гриффиту, – на телефоне Ребекки было неотправленное сообщение для ее матери, в котором говорилось, что она едет на озеро, чтобы обручиться со своей девушкой».
Самсон Гриффит: Это не могла быть Клео! Она собиралась жениться на специалисте по прическам и макияжу из списка «C»?! Возможно, она и не заставила Сэнди Финча взять на себя обязательство, но цель Клео была намного выше, чем Ребекка Олден. Со всем уважением к погибшей, но такова реальность этого мира.
Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Имелся в виду тот «мир», в котором живет он? Я вспомнил, что Брайан сообщил мне, когда я уезжал из Бишопа тем утром. Он обнаружил в социальных сетях, что, когда Клео начала встречаться с Сэнди Финчем, на ее YouTube прибавилась пара сотен тысяч подписчиков и еще больше в Instagram. Цифра выросла с менее чем пятидесяти тысяч до более чем четверти миллиона.
Гриффит сказал: «Я не удивлен».
Я ответил: «Понимаю. Но это означает, что отношения с мистером Финчем были важны для нее, и она хотела бы их защитить». Я поблагодарил его и попросил дать мне знать, когда он получит известие от своей племянницы.
Джиллиан Гриффит: Мой отец позвонил мне после ухода окружного прокурора. Он сказал: «Я молю бога, чтобы у твоей кузины было алиби». Он рассказал мне эту историю, и я подумала: да, Клео нравились красивые девушки, ей нравились красивые люди, но совершить убийство… это безумие.
Вы уже знаете, что это я познакомила ее с Сэнди? Она умоляла меня об этом. Поэтому на ужине в честь моего дня рождения я усадила их рядом друг с другом. Она проделала с ним свой маленький трюк и – бум! – он сражен. С его-то деньгами и внешностью – он парень мечты для миллиарда девушек, но для Клео это значило еще кое-что. Быть с ним означало больше подписчиков, больше рекламных сделок, красные ковровые дорожки, селфи со знаменитостями. Он был ее пропуском на гораздо более высокий уровень влияния.
Зачем ей рисковать и все портить?
Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Я ехал из Брентвуда через перевал Сепульведа в Энсино. Я встретил мистера Олдена перед многоквартирным домом Ребекки. Это было к северу от бульвара Вентура и автострады 101, что кое о чем говорит, если вы из тех мест. Модные люди обычно живут к югу от бульвара, как бы бредово это ни звучало.
Мы позвонили администратору по внутренней связи. Она впустила нас через парадную дверь, и мы сообщили ей о происшествии. Она позволила нам войти в квартиру Ребекки.
Женщина расстроилась, сказала, что Ребекка была хорошим арендатором. У меня на телефоне имелась фотография Клео Рэй, и я спросил, приходила ли когда-нибудь эта девушка к Ребекке. Она кивнула: «Да, узнаю́ ее. Абсолютно точно». И так, чтобы отец Ребекки не услышал, прошептала мне: «Она довольно часто проводила здесь ночи».
Титус Олден: Я получил ужасные новости, мне пришлось рассказать жене о смерти дочери, мы были на опознании тела, и единственное, что держало меня на плаву – это желание найти человека, который сделал это с ней. Я не спал двадцать четыре часа. Если бы мистера Мейсона со мной не было, я один не смог бы переступить порог той квартиры.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Прежде чем войти, я попросил мистера Олдена надеть бахилы и латексные перчатки в качестве меры предосторожности и сам сделал то же самое.
Титус Олден: В ту же секунду, когда я вошел внутрь, я почувствовал запах Бек, и меня снова накрыло. Вот так приходит горе. Оно непостоянно, какое-то время ты даже чувствуешь себя нормально, может, час или два, а потом оно приходит снова, чтобы уничтожить тебя.
Из спальни вышла кошка, с любопытством глядя на нас, она явно искала Бек. Я опустился на колени, погладил ее и сказал, что у нее будет новый дом. «Не волнуйся, мы с Грейс хорошо о тебе позаботимся». Бек хотела бы этого.
Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Как только мы убедились, что именно Клео Рэй была второй девушкой в каноэ, встал вопрос: «Почему?» Вот где важен мотив. Я заметил снимок блондинки на зеркале и сфотографировал его.
Титус Олден: В первом же ящике, который я открыл, я обнаружил то, что не хотел бы видеть. То, что никогда не смогу забыть. Для отца это слишком. Я вышел обратно в переулок и стал ждать.
Оуэн Мейсон, окружной прокурор: В спальне мы наткнулись на ящик с секс-игрушками. Я не буду описывать их более конкретно, потому что эти подробности уже всплыли на суде. Они говорили о характере отношений между Ребеккой и обвиняемой, об уровне их физической близости.
Титус Олден: Мистер Мейсон достал коробку с сувенирами и попросил меня просмотреть ее. Я стоял там и разглядывал содержимое. Там была палочка для коктейля из мексиканского ресторана. Корешки билетов с концерта. Карта из замка Херст, другие безделушки, вероятно, связанные с той девушкой.
Я понял, что она много значила для Бек. И это заставило меня задуматься, что, черт возьми, произошло?! Почему все закончилось так?!
Оуэн Мейсон, окружной прокурор: В другом ящике я нашел стопку открыток, которые Клео дарила Ребекке. На одной, черно-белой, было изображение двух девочек-подростков, обнимающих друг друга. Судя по открыткам, был период, когда Клео с головой ушла в эти отношения. Масса эмодзи в виде сердечек, поцелуев с объятиями, счастливых смайликов. На некоторых стояла дата. Самая последняя отличалась тем, что Клео нарисовала на ней большой грустный смайлик. Вот что она написала:
Поверь мне, если я говорю, что никогда не думала, что это случится с нами. Мысль о том, что тебя не будет в моей жизни, очень огорчает меня. Почему же ты, несмотря на все то прекрасное, что было между нами, хочешь причинить мне боль? Пожалуйста, давай не будем омрачать эти воспоминания. Время, когда мы были вместе, – замечательное и незабываемое. Давай помнить и ценить это и двигаться дальше. Я хочу, чтобы ты всегда оставалась моим другом, моим особенным, самым милым другом.
«Почему ты хочешь причинить мне боль?» По-моему, эта фраза однозначна. Они переживали разрыв, и Ребекка плохо его воспринимала. Только почему-то в неотправленном маме сообщении Ребекки утверждалось обратное: «Мы обручаемся». Как все перешло от «Давай двигаться дальше» к «Давай обручимся» и к гибели Ребекки на озере?
Титус Олден: Чем больше я думал об этом, тем больше злился. У Бек был роман с человеком, который бросил ее, когда появилось что-то получше. Мужчина или женщина, не имело значения. Как можно так ужасно поступить с тем, кто отдал тебе всего себя?
Эта женщина разбила сердце нашей дочери. А потом заманила ее в ловушку и убила.
Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Все детали складывались воедино. Единственное, чего я не понимал, чем именно Ребекка угрожала Клео. Собиралась устраивать жуткие скандалы и сцены? Или обнародовать их лесбийские отношения? Или Ребекка знала что-то еще, что могло нанести ущерб репутации Клео?
Клео Рэй: Солнце встало над горами, когда мы поднялись на первый гребень. Великолепный летний день! Голубое небо, высокие горы и зеленые деревья – полное погружение в природу. Это помогло мне отвлечься. И Сэнди был так мил со мной.
