мои руны ее остановят.
– После отравления прошло шесть месяцев. Вполне возможно, она уже восстановила свои силы. Но у тебя есть демон и фейри.
– Я же не могу постоянно надеяться на то, что Блейк вытащит меня из беды, как в случае с дикой охотой. Я – королева ведьм. Я должна защищать ведьм и одновременно следить за тем, чтобы мои соратники не нападали без причины на демонов или фейри. Если я не смогу этого сделать, то…
Подступивший к горлу комок не дал мне закончить предложение. Как и говорила Богиня, я стала королевой слишком рано, и события последних месяцев лишь напоминали о том, что бремя короны было для меня еще слишком тяжелым.
Ваша покорная слуга стремилась объединить ведьм, демонов и фейри. Сделать то, чего не удавалось ни одной королеве ведьм до меня. Даже легендарной королеве Медее, которая, согласно древним писаниям, была матерью короля Благих Оберона и королевы Неблагих Маб.
Когда фамильяр заметила мое молчание, она проворно подкралась ко мне. Атропос была одним из немногих существ, чье тепло могло утешить меня, поэтому она прижалась головой к моей щеке.
– Я не могу рассказать, что произошло той ночью, но я по-прежнему твой фамильяр, и я бы никогда не сделала того, что причинит тебе вред.
– Знаю…
И все же я была сыта по горло тем, что от меня постоянно что-то да скрывали. В этом Атропос была не лучше Вальпурги и королевы Сибиллы. Или Блейка…
– Я хочу заглянуть в тронный зал, ты пойдешь со мной?
Атропос упала в свое гнездо прямо с моих плеч.
– Я так измучена. – Она драматично наклонила голову в сторону и высунула свой розовый язычок.
– Бездельем?
– Да.
– Тогда увидимся позже.
Я надеялась, что Атропос станет лениться, и я смогу провести несколько спокойных минут в тронном зале.
– Королева Белладонна! Королева ядов! – раздавалось со всех сторон.
Тронный зал в замке Алник был напитан древней и чистой магией, настолько сильной, что с тех пор, как я была избрана королевой, в нем цвели лишь многочисленные ядовитые растения. Когда здесь не планировалось никаких празднеств, они дико разрастались, создавая поле смертоносных цветов. Они источали запах, сладковатый и соблазнительный, только чтобы привлекать ничего не подозревающих жертв. Но в замке не было ни мышей, ни крыс, ни надоедливых мух или комаров.
Растения осыпали меня своей любовью – все, кроме одного: огромного лиственного дерева со светлой корой и пышной зеленой листвой, которое сложно было отнести к определенному подвиду.
– Привет, Вальпурга, – поприветствовала я некогда земную ведьму. – Как корни, все в порядке?
Дерево-Вальпурга проигнорировала меня.
Вздохнув, я взяла с трона секатор.
– Завтра состоится посвящение моего ковена, – сообщила я Вальпурге, подрезая несколько ее засохших веток. – Может, желаешь присоединиться к празднику? Это приглашение – лично от королевы ведьм.
Дерево не дало мне никакого ответа. Никакого шепота, к которому я привыкла, когда общалась с ядовитыми или другими растениями. Одна лишь… тишина.
И только Фауст, фамильяр-ящерица Вальпурги, указывал на то, что ведьма еще жива. Он скептически выглянул из-за ветки.
Я прижала ладонь к коре дерева и наклонила голову набок.
– Ты ведь беспокоилась обо мне, не так ли, Вальпурга? Была строга со мной, но только потому, что своими глазами видела, что корона сотворила с королевой Сибиллой. Ты просто не хотела, чтобы я разделила ее участь.
Тишина.
– Тебе не нужно стыдиться того, что Анастасия тобой манипулировала. Она и меня обманула.
Надо сказать, Вальпурга десятилетиями находилась в одном ковене с Анастасией, и та посылала ей весьма красноречивые сигналы.
– Я должна была насторожиться, заметив, как холодно ты вела себя с Анастасией. Но я думала, она тебе просто не нравится.
Я думала, Вальпурга вовсе никого не любит, поэтому не стоит принимать ее реакцию за чистую монету. Как я должна была догадаться, что Анастасия сумасшедшая?
Дерево-Вальпурга даже веткой не дернула в знак согласия.
Возможно, мне придется перейти на более строгий тон.
– И хотя я никогда не смогу простить тебя, я с радостью выговорюсь. Я знаю, что ты не хотела меня убивать. По крайней мере, в буквальном смысле этого слова. Думаю, ты хотела вцепиться в мое горло из-за отношений с Блейком. – При воспоминании об этом я фыркнула. – Я все понимаю, правда, но, как ты наверняка заметила, Блейк остается рядом со мной. С завтрашнего дня он станет частью моего ковена, и нет, принимать любовника в королевский ковен не пропащая идея. Напомню тебе: гарем королевы Аарани был одновременно и ее ковеном. Ишита неоднократно подтверждала этот факт отрывками из текстов.
Я встала.
– Я бы хотела, чтобы завтра ты была там. Чтобы увидела, какой я стала. – Я в последний раз повернулась к дереву и ледяным голосом произнесла: – У тебя тля.
Снова никакой реакции.
Смирившись, я решила оставить все как есть. Завтра важный день, и к тому же до позднего вечера у меня запланировано много экскурсий. Да и вообще, не похоже, что в этом столетии Вальпурга собирается скинуть кору.
Меня не волновало, если она не примет участия в празднике. Да, мусорная ваза была полна писем с отказами, но все же нашлось несколько ведьм, которые хотели отпраздновать Лугнасад вместе со мной.
Возможно, я видела в Вальпурге некий материнский образ и поэтому так сильно хотела, чтобы ее чувства ко мне не были притворными.
Я хлопнула себя обеими руками по лицу.
– Ты жалкая, Белладонна!
Я отвернулась от тронного зала. Уже на выходе я почувствовала какое-то странное ощущение в груди. Но заметила его только тогда, когда шла по коридору с портретами своих предшественниц.
Сердцебиение ускорилось, и мои чувства тут же обострились. Я уловила слегка сладковатый запах, но до моих ушей не доносилось никаких подозрительных звуков.
Но за моей спиной кто-то стоял.
Я уже чувствовала, как холодные когти смыкаются вокруг моего горла. Существо было прямо позади и ждало, когда я, ничего не подозревая, повернусь к нему.
Я скрылась за своей тенью, чтобы вскоре появиться позади темной фигуры. Эта маленькая хитрость позволила сбить нападающего с толку. Положив ладонь ему на грудь, я прижала его к стене замка.
Яд в моей крови опасно бурлил. Он был абсолютно смертелен – но это не касалось создания, которое уже было мертвым и холодным.
Я привстала на цыпочки и буквально бросилась на горло тьме. Широко ухмыляясь, прижалась губами к губам демона.
Он прошелся рукой по боку моей груди, а затем опустил ее на бедро.
Шелковым и мягким голосом нежить произнесла:
– Добрый вечер, моя
