рычит он, немного приподнимаясь, чтобы посмотреть на меня, посмотреть на то, как мы соединяемся, на то, как я раскинулась перед ним, выгнув спину и выпятив грудь.
Щелчок закрывающейся двери заставил меня повернуть голову, и я увидела, что Силовик прислонился к ней спиной, его потрясающие голубые глаза потемнели от желания, когда он окинул взглядом меня, а затем Хоука, который прижимается к моей киске.
Я вскрикиваю, зажмурив глаза, а затем снова открываю их, замечая, что Хоук теперь тоже смотрит на Силовика. Он тяжело дышит, когда прижимает меня к себе. Мне хотелось узнать их историю, но я не стала бы так сильно в нее впутываться.
Я бы позволила ему смотреть, а Хоуку — доставлять мне удовольствие, которое он обещал, но я бы не стала задерживаться настолько, чтобы беспокоиться об этом.
Я бы не сделала этого.
Хоук задирает бюстгальтер вверх, убирая его с моей груди, а затем его пальцы щиплют мои соски, и все мысли об их истории покидают мой мозг. Он крутит тугие бутоны между пальцами, а затем опускает голову и берет один в рот, угрожающе скребя по нему зубами.
Под шум крови в ушах я слышу тяжелые шаги, а затем чувствую, как большая рука тянет меня за затылок. Хоук не прекращает натиск на мой сосок, и я почти теряю дар речи, когда его рука отрывается от моей груди и проникает под подол моих шорт, обнаруживая меня под ними голой. Он рычит, скользя пальцами по моей влажной щели. Я опускаю голову и смотрю вниз, где Хоук прижимается к моей груди, его глаза уже смотрят на меня, пока пальцы обхватывают мой клитор, а язык трется об сосок.
Силовик развязывает галстук и хватает меня за волосы, запутывая пальцы в прядях. Он откидывает мою голову назад, и заставляет посмотреть на него. Его темные глаза пристально следят за моим лицом, словно изучая черты.
Они сужаются на ремешке на моей шее, но он не делает никаких движений, вместо этого его пальцы продолжают работать с моими волосами, удерживая голову.
Хоук убирает руку с моей киски и стягивает шорты, затем снимает кроссовки, и вот я уже голая и такая чертовски мокрая, что чувствую возбуждение на своих бедрах. Мой взгляд не отрывается от Силовика, даже когда он поднимает глаза, чтобы взглянуть на мое тело, на то место, где Хоук прижимается между моими бедрами, потираясь стояком о мою киску.
— Она такая мокрая, чемпион, — рычит Хоук, его голос вызывает дрожь по спине. — Она вся течет.
Силовик одобрительно рычит, его глаза вспыхивают, когда он смотрит, но не отпускает мои волосы, чтобы я сделала тоже самое.
— Ты не хочешь попробовать? — спрашивает Хоук, напряженным голосом. — Ты позволишь нашему чемпиону попробовать тебя, красотка?
Слова, которые срываются с моих губ, едва связны, но звучат как "да" и "блядь, да", но он не двигается, чтобы попробовать. Вместо этого он отпускает мои волосы и позволяет своим большим рукам накрыть мою грудь. Его ладони такие чертовски большие, что покрывают меня целиком. Конечно, пышной грудью меня не наградили, но они не были такими уж маленькими, по крайней мере, пока я не стала сравнивать их с этим здоровенным ублюдком.
Я опускаю взгляд на свое тело, чувствуя над собой Силовика, а между ног — Хоука. Его глаза цвета ночного неба встречаются с моими, и он ухмыляется с озорным наклоном губ, обхватывая основание своего члена и вводя в мое тело только головку. Он оказался больше, чем я ожидала, и, когда моя киска растягивается, чтобы он вошел в нее, с моих губ срывается шипение.
— О Боже, — кричу я, наблюдая за тем, как он выходит и снова входит, на этот раз еще глубже. В то время как другие руки двигают и поклоняются моим грудям и соскам, Хоук дразнит меня между ног.
Если бы вы спросили меня раньше, как закончится эта ночь, это никогда не пришло бы мне в голову.
Рука Силовика скользит от моей груди вверх по шее, но не останавливается, и я задаюсь вопросом, слышал ли он, как сильно мне не нравится, когда к ней прикасаются. Вместо этого его рука проводит по подбородку, а затем его большой палец скользит между моих губ, когда его глаза снова встречаются с моими в тот же момент, когда Хоук делает толчок вперед.
Мои зубы впиваются в его палец, но он не шипит от боли, а стонет, и этот звук смешивается с моим криком и стоном Хоука. Он был таким чертовски большим, но это было так приятно. Особенно с пальцем Силовика у меня во рту, почти подражающим толчкам между моих ног.
Голубые глаза не отрывались от моих, рука держала мой подбородок, почти нежно по сравнению с его размерами и тем, что происходило у меня между ног.
Хоук впивается в меня, вынимая свой член почти до конца, а затем снова вставляя. Я подтягиваю колени, позволяя ему войти глубже, и он стонет от удовольствия, когда попадает в те места, в которые раньше не попадал.
— Твоя пизда такая чертовски тугая, — рычит он, шлепая руками по задней поверхности моих бедер, чтобы удержать их открытыми. Глаза Силовика переходят к тому месту, где Хоук трахает меня, и они еще больше разгораются возбуждением, пока он наблюдает. Затем здоровяк наклоняется надо мной, и его рука ложится на мой клитор, чтобы добавить еще больше ощущений. Он обводит мой клитор, размазывая по нему влагу и доводя меня до пика, с которого я была готова соскочить.
Я кончаю на член Хоука. Он ругается, стонет, как будто от боли, но пальцы Силовика не останавливаются, и один оргазм перерастает в два, что вызывает у Хоука кульминацию. Мужчина внезапно вынимает из меня свой член, его сперма выплескивается на мой живот и на руку Силовика.
Я лежу, раскинувшись на кухонной стойке, и наблюдаю, как здоровяк поднимает руку и всасывает свои пальцы между губами, пробуя мое и Хоука возбуждение.
Но ни один из этих мужчин еще не покончил со мной… отнюдь нет.
Глава 4
Энцо
Мускусный вкус ее возбуждения и спермы Хоука оседает на моем языке. Мы слишком давно не делили женщину, обычно предпочитая проводить ночи только вдвоём. Я уже почти забыл, как это чертовски приятно.
Когда жизнь наполнена насилием и смертью, было легко забыть о том, какой чертовски приятной может быть эйфория.
Темные глаза Хоука вспыхивают, глядя, как я сосу
