параллельно, в первую очередь те, где нужны или мой дар, или тяжёлое специальное оборудование. Ну, и некоторые детали в дефиците, те же вспомогательные моторы для поворота платформы или делать мне самому, или заказывать на стороне под наши размеры и мощность, это наверняка займёт ещё больше времени.
— Понятно, а что по боеприпасам?
— Осколочно-фугасных шестьсот сорок штук. Осветительных двадцать. И… Особых… — я не хотел говорить про зажигательные магниевые мины при куче свидетелей, но Государь кивком показал, что понял меня. — Вот, их тоже двадцать.
— Лучше, чем могло быть. Значит, слушайте суть проблемы…
Глава 3
Лично Государь, конечно, вводить меня в курс дела не стал, просто распорядился ознакомить с проблемой полностью, указав тем самым уровень допуска. В компании с двумя армейцами, хотя дед уверял, что форму они нечасто надевают, во всяком случае — парадную, одним пограничником, офицером СИБ и двумя господами в штатском, которых принять за чиновников было бы сложно, возможных ораторов хватало. Те, кто были при погонах, находились в звании от ротмистра до полковника, то есть, разница в чинах оказалась невелика, что только на пользу делу, как на мой взгляд. После коротких переглядок, начал как раз один из «штатских».
— Пока без подробностей, чтобы время не терять. Потом, если решите, что можете помочь — перейдём к подробностям в рабочем порядке. На стыке трёх границ — нашей, Австрийской, то есть — Австро-Венгерской Империи, и Румынского королевства вновь началась серия провокаций. Причём от румын провокации идут вооружённые, а от австрияков — дипломатические. Диспозиция такая. На румынской территории есть небольшой отрог Карпат, по сути — три главных вершины, плюс несколько горушек поменьше, гребни, скалы, вся такая ерунда. И этот отрог является господствующим по высоте над нашим участком границы. И вот с этих гор некоторое время назад начался обстрел нашей территории. Стреляют по пограничникам, по проезжающему вдоль дороги транспорту, по посадкам и виноградникам местных жителей. По сёлам не стреляют, или пока, или дальности не хватает. Начали стрельбу где-то месяц назад, потом, через неделю с небольшим, перестали: мы накрыли предполагаемую огневую из полковых орудий ближайшего гарнизона. Оказалось, что подавили, но не уничтожили. И вот пару дней назад они возобновили обстрел, но на сей раз стреляют из-за скальных гребней, прилегающих к тем самым трём вершинам, прямым выстрелом их там не достать. Тут напрашиваются ваши миномёты, которые отлично показали себя в других горах, но… Расстояние от предполагаемых огневых до границы, если по прямой смотреть, от трёх с половиной до примерно четырёх с хвостиком километров. Вроде бы как раз, расстояние, но от мест, где можно установить миномёты ещё чуть дальше, плюс перепад высот — не докидываем до гребня минимум метров триста, по карте считая, по склону ещё больше. Ну, и они за гребнем метрах в ста пятидесяти — двухстах стоят, там по карте судя есть удобные площадки.
— Вот так вот запросто перестреливаетесь с сопредельной территорией⁈ Это же casus belli!
— Румыны заявили ещё месяц назад, что у них некая «банда неизвестного состава и численности» украла, дескать две старые противолавинные пушки, и если мы сможем их уничтожить, то нам спасибо скажут, за помощь в борьбе с бандитизмом. На вопросы, почему старые пушки стреляют где-то на четверть дальше, чем могли, когда были новыми, и где бандиты берут снаряды с усиленной навеской метательного заряда, нам не ответили.
— Вот су… Кхм…
— Самки собаки, согласен. Так вот, провокации такого рода вещь, мягко говоря, совсем не новая, и методы «лечения» этой болезни известны и отработаны ещё на Кавказе, но тут есть сложности. Если согласитесь помочь, расскажу детальнее. Вопрос решается, однако это требует времени и не факт, что сможем пресечь надолго. Есть задача покарать злодеев как можно быстрее и показательно, чтоб неповадно было, и именно в этом может пригодиться ваша помощь.
— Пока задача выглядит решаемо. Чтобы сказать точнее — нужны карты с указанием высот, а лучше рекогносцировка, но это долго.
— Как скоро сможете выдвинуться, каким составом и что для этого нужно?
— Если сейчас отдать распоряжения по мобилету и выехать завтра утренним поездом, послезавтра я буду дома, там сутки на доведение второй самоходки до ума и последние проверки, и пятнадцатого утром можем отправиться в путь. Как быстро доедем сказать не могу, надо уточнять маршрут. И решить, по железной дороге ехать, или своим ходом.
— Своим это откуда?
— Минская губерния, Смолевичи.
— Единственная железная дорога — это от Киева на юг вдоль Днепра, потом к вершине Бугского лимана, оттуда к Одессе. От ближайшей станции по прямой, если правильно помню, около шестисот вёрст, от Минска — семьсот, плюс минус. И Восемьсот по железной дороге, оно того не стоит, как я думаю. Надо ещё посмотреть расстояние по дорогам, оно получится другое, но не думаю, что суть от этого изменится.
— Значит, в поезде проработаю предварительный маршрут. Как показала практика, восемь сотен километров мы проедем не более, чем за пять дней, если не заблудимся и не поломаемся. То есть, двадцатого или двадцать первого в крайнем случае должны быть на месте.
— Ладно, господа, не буду вам мешать. — Государь встал, а вслед за ним, разумеется, вскочили и те из нас, кто сидел, остальные просто приняли строевую стойку. — Юрий Викентьевич, надеюсь на вас. Всё, что будет нужно — решайте через моего секретаря, искренне надеюсь, что с проволочками и недостачами вы не столкнётесь. Честь имею, господа!
Проводив Императора, вернулись к работе.
— Господа, чтобы определиться с составом колонны, мне нужно знать, что там вообще творится?
— Австрияки воду мутят. Помимо прямого урона от обстрела, ещё и репутационный. И агитацию среди местных проводят, мол, царю русскому на вас плевать, иначе бы что-нибудь придумал. И, одновременно, мол, русские здесь чужие, ничего не знают и не понимают, были бы вы в нашей империи, мы бы давно румынам укорот дали, а эти не умеют. Шпионы, как настоящие, так и местные оборванцы, которые часто вообще не понимают, что шпионажем занимаются и под виселицей ходят, мол, приятель соседа кума попросил, я и посмотрел, а что такого? Я же ничего не делал, просто знакомому помог, у него там дела. И односельчане сбегаются с воплями и причитаниями.
— Ага, что «Рафик неуиноват».
— Какой? А, понял… Да, примерно, только не Рафик, а Стефан, или
