Грудь сдавило в очередной раз – еще аварии мне не хватало для полного счастья. Дернулась, когда мужская рука схватила за локоть.
- Отпустите, - прошипела, глядя в лицо незнакомцу. Наверное, я была безумной, потому что вырывалась, орала, но в результате сдалась.
- Тише, малышка, - он прижал меня к груди и гладил по голове, произнося какие-то ласковые слова. И я расслабилась, дав волю эмоциям, перед этим заметив на безымянном пальце мужчины обручальное кольцо.
Мужчина располагал к себе, поэтому больше не сопротивлялась. Рыдала, как ненормальная, уткнувшись лицом в грудь постороннего человека. Реально было пофиг, что он со мной сделает – хотелось просто сдохнуть от безысходности.
- Давай домой тебя отвезу, - произнес мягко, когда моя истерика пошла на спад. Хлюпнула носом и позволила усадить себя на переднее пассажирское сиденье внедорожника.
Пока незнакомец обходил автомобиль, оглянулась назад – детское кресло. Плюс обручальное кольцо – можно расслабиться и больше не думать о плохом. Хотя сейчас вообще думать не получалось, резко напала какая-то дикая апатия. Безразличие ко всему.
- Спасибо, - шмыгнула носом, вытирая остатки слез с лица, когда мужчина уселся за руль и тронулся с места.
- Тебе куда? – на пару секунд повернул голову в мою сторону, а я откинулась на спинке сиденья и тихо произнесла:
- Вишневая, девятнадцать.
И больше ни слова – мужчина не лез в душу со своими вопросами, а я молча разглядывала пролетающий за окном пейзаж. Голова гудела, мысли роились, а боль внутри лишь усиливалась. Плевать на боль физическую, в груди разгоралось пламя ненависти.
Прожигало душу насквозь.
- Приехали, красавица, - мужской голос снова вывел меня из раздумий. Посмотрела в окно – мой родной дом. Жаль, что теперь это останется в прошлом.
Восемнадцать лет я была здесь счастлива, а теперь…
- Сколько я вам должна? - повернула голову влево, встречаясь взглядом с незнакомцем.
- Под колеса больше не бросайся, - усмехнулся, показывая ряд белоснежных зубов. – И рыдать завязывай, а то в психушку могут сдать.
- Не буду, - попыталась улыбнуться в ответ, но вышло криво. Еще раз поблагодарила и покинула внедорожник.
Отца снова нашла в кабинете – он стоял спиной ко входу, уткнувшись в окно. Даже не знала, с чего начать наш разговор. Да и стоило ли его начинать в принципе?
- Ненавижу! – зашипела, и мой когда-то самый любимый мужчина в мире резко повернулся, услышав мой голос. – Никогда не думала, что однажды это скажу тебе прямо в лицо!
- Дочка, - он сделал шаг вперед, а я выставила руку.
- Не подходи! – чувствовала, что снова срываюсь. Еще немного, и накатит очередная истерика. Не хотелось давать слабину, поэтому пыталась держаться. Хотя бы недолго, а потом я просто уйду.
Внезапный порыв сбежать на край географии пришел внезапно –все равно ведь не смогу здесь дальше оставаться. И жить под одной крышей с человеком, который меня практически уничтожил, тоже не смогу.
- Он обещал тебя не трогать, - отец осунулся, но я ему не верила. Потому что знала – он лжет.
- Как ты мог! – продолжила гнуть свою линию, не обращая внимания на его слова. – Продал собственную дочь за долги!
- Это неправда! – он сделал еще одни рывок вперед, но я громко заорала:
- Заткнись! И не подходи ко мне!
Наверное, это безумие, а я сумасшедшая. Боюсь даже представить, как выгляжу со стороны, но мне плевать. Именно сейчас все перестало иметь значение, потому что ненависть вкупе с болью уничтожило все живое.
Резко развернулась и выбежала из кабинета, направляясь к лестнице, а после перепрыгивая через ступеньку.
Двери комнаты, шкаф, спортивная сумка и хаотично заброшенные туда вещи – да пофиг, если что-то забуду. Хорошо, что я отложила себе на “черный день” приличную сумму, на первое время должно хватить. Видимо, экономист у меня в крови, раз постоянно думала о будущем. Раньше-то просто подстраховывалась, видя, что дела у отца идут хреново, и даже не предполагала, что деньги понадобятся для побега из родного дома.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Единственная проблема – паспорт. Уже три дня не могла его найти. Зачем-то требовали оригинал в деканат, и я перерыла всю комнату вдоль и поперек. Как будто сквозь землю провалился.
- Да где же ты, - выдергивала ящики стола, выбрасывала оттуда бумаги, но документа нигде не было.
Фигня какая-то, честное слово. Как такое в принципе могло случиться? Прекрасно помню, что не теряла, но от этого все равно не легче.
Плюхнулась на кровать, кусая губы. Без паспорта мое дело труба – дальше родного города не выбраться. А мне надо бежать, желательно подальше отсюда.
Может, отец в курсе, иначе внезапная пропажа паспорта выглядит слишком уж подозрительной – резко сорвалась, подхватила сумку с вещами и направилась на первый этаж.
- Ты бы не горячилась, - отец пристально смотрел на меня, когда снова вошла в кабинет. Вроде и пил, и выглядел, кстати, еще хуже, чем несколько часов назад, но взгляд трезвый.
Печальный, какой-то побитый, но не замутненный. Я даже усмехнулась, глядя на его плачевный внешний вид.
- Мой паспорт у тебя? – догадка слишком быстро пришла мне в голову.
А опущенные вниз глаза стоящего напротив мужчины ответили вместо него. Как бы проблем мне сейчас не создал, забрав документ. А ведь он у него, только зачем?
- Давай я тебе все объясню, - поднял глаза, встречаясь со мной взглядом.
- Паспорт отдай, - внутри начиналась паника, так как отец не шевелился. Я хоть и была настроена решительно, но слегка растерялась. Что делать, если не отдаст? А еще и Игнату позвонит, сдав меня с потрохами.
Мне почему-то кажется, от этого психа так просто не отделаться. Пусть лучше спит. Может даже не просыпаться, печалиться не буду.
Но вот взгляд отца мне не нравился, хоть ты тресни. Как бы очередная подлянка с его стороны не вылезла наружу.
И вот сдается мне – именно так и будет.
Отец медленно открыл верхний ящик стола, достал оттуда мой паспорт и кинул его на стол. Засунул руки в карманы, снова опустив глаза в пол.
У меня задрожали руки. Я переводила взгляд со стола на своего родителя и обратно, а внутри нарастала самая настоящая паника. Чувствовала, что-то здесь нечисто. Бросила сумку на пол, сделала два шага вперед и дрожащими пальцами взяла документ.
Первая страница, вторая… Я перелистывала одну за другой, но паника только усиливалась. Пока не наткнулась на…
- Не-ет! – заорала, подняв взгляд. – Этого не может быть!
Глава 11
Отец молчал. Но даже затянувшаяся тишина не напрягала. Наоборот, давила еще сильнее по оголенным нервам, от чего хотелось выть. Орать, что есть мочи, а еще лучше убить кого-то.
Никогда раньше не замечала за собой подобной кровожадности. Видимо, не довели меня еще до точки кипения.
Мой когда-то любимый мужчина кусал губы в кровь, сжимал пальцы в кулаки, но продолжал хранить гробовое молчание. Я слышала биение собственного сердца в висках. Громко так, слишком уж противно, но это не давало расслабиться. Забыться, может даже сознание потерять, лишь бы выпасть из реальности.
Так страшно мне не было никогда. Даже когда плакала на похоронах у мамы. Тогда хотелось быть рядом с ней, так мне ее не хватало, а сейчас…
Сейчас было страшно от неизвестности. Кто он такой, этот Игнат, черт бы его побрал? Нахрена ему штамп в паспорте? Вроде как женился на мне, сука, только вот мнения моего по этому поводу не спросил.
И как это понимать, скажите на милость? К чему готовиться? Стать игрушкой зажравшегося ублюдка, которого я уже ненавижу? Видеть не желаю, а тут замужество! Ведь это не просто так, зачем-то я ему понадобилась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Фигня полная, когда говорят «от ненависти до любви один шаг». Если человек тебе настолько омерзителен, что ты даже видеть его не желаешь, про секс с чудовищем я просто промолчу – какая, нахрен, любовь?
