Читаем без скачивания От магов древности до иллюзионистов наших дней - Александр Вадимов

Подобного рода аппаратура применялась и в Риме, по большей части для того, чтобы приводить в движение иллюзионные автоматы, изображавшие богов. Но раннее христианство выдвинуло тезис «не сотвори себе кумира». Трюки со статуями богов утратили свой мистический смысл и постепенно перекочевали из храмов в цирк и театр.

Веками служители религиозных культов стремились безраздельно пользоваться иллюзионными трюками для своих целей, проклиная и преследуя народных фокусников. Казалось, ко времени падения Римской империи эта борьба была окончательно проиграна религией. Священнослужители не только не смогли помешать выступлениям народных фокусников, но и сами утратили возможность пользоваться иллюзионными трюками. А народные фокусники процветали. Вместе с римскими купцами они проникали во все страны Западной Европы, ища зрителей, менее искушенных и избалованных, нежели столичные.

Пергаментный фолиант Веймарской городской библиотеки — «Инженерная и художественная волшебная книга», написанная между 1430 и 1520 годами, — дает нам представление о репертуаре иллюзионистов средневековья.

На рисунках этой книги изображены трюки с кубками и камешками, с вогнутыми зеркалами, с веревками, показаны фокусы «освобождение от цепей», мгновенное «выращивание» цветов и травы из доски стола.

Трюк «обезглавливание». Гравюра 1651 г.

С XIII века в литературе упоминается иллюзионный трюк, особенно типичный для средневековья — эпохи, отмеченной всепроникающим влиянием церкви. По сути дела, это древнейший трюк «обезглавливание», который показывал еще Джеди в Древнем Египте. Но теперь иллюзионисты «обезглавливают» уже не птицу, а человека и называют это зрелище «отсечением головы Иоанна», придавая ему тем самым религиозный колорит в духе мистерии «страстей господних». Под этим названием трюк фигурирует во всех памятниках вплоть до конца XVIII века. Впервые он объяснен в книге Скотса «Разоблачение колдовства» (1584).

Стол закрыт до полу скатертью; в ней, как и в доске стола, проделаны два круглых отверстия. Вместе с иллюзионистом в трюке участвуют два мальчика. Один ложится на стол ничком; иллюзионист, делая вид, что отрубает ему голову, заслоняет ее от зрителей своим телом, а мальчик опускает голову в отверстие. Затем иллюзионист, будто бы поднимая отрубленную голову, не поворачиваясь, идет вдоль стола, а в это время другой мальчик, сидящий под столом, высовывает свою голову сквозь второе отверстие. Тогда иллюзионист отходит в сторону и показывает зрителям «отрубленную» голову, якобы только что положенную им у ног «обезглавленного» тела. Для довершения иллюзии у «отрубленной» головы делается деревянная шея, измазанная «кровью», а специально раздуваемый серный дым придает лицу мертвенно-бледный вид. Впоследствии голову помощника стали подменять восковой головой.

Иллюзионные трюки воспринимались в средние века как действительные явления. Никто не отличал фокусов от подлинно научных экспериментов — таких, как «камера обскура», увеличение изображения посредством линзы и тому подобное. Все это вместе — и фокусы, и физико-химические опыты, и «наука» о дьяволах и ведьмах, считавшихся причиной всех необыкновенных явлений, — сливалось в одну общую лженауку — магию, где крупицы знаний тонули в море суеверных представлений и иллюзионных трюков.

«Св. Иаков, свергающий с трона мага Гермогена и разгоняющий дьяволов». Офорт с картины П. Брегеля Старшего (1565)

На картине голландского художника Питера Брейгеля Старшего (ок. 1530–1569) изображен святой Иаков, свергающий с трона мага. В обличье дьяволов предстают бродячие артисты, чье искусство считалось в те времена сатанинским. Здесь и музыкант с волынкой, и кукла-петрушка, и канатоходец, и акробат, и «человек без костей», и даже дрессированные обезьянки и мыши.

Художник изобразил и нескольких фокусников; на картине представлен весь их средневековый репертуар: «отсечение головы Иоанна», выступление «факира», протыкающего язык гвоздем, а кисть правой руки — ножом, «игра с кубками». Еще один исполнитель держит в руке яйцо — извечный реквизит фокусников, на губах его висячий замок (трюк этот удержался в репертуаре до конца прошлого века).

Гёте, большой знаток средневековья, очень точно описал в «Фаусте» некоторые иллюзионные трюки того времени. Вино бьет фонтаном из стола, а затем загорается. Маргарита мгновенно освобождается от оков. Мефистофель говорит об обезглавленном, несущем свою голову под мышкой.

Некоторые из бродячих иллюзионистов выступали при дворах феодалов с «магическими сеансами». Они исполняли иллюзионные трюки, чтобы придать большую убедительность опытам алхимии и астрологии, составлению гороскопов и предсказаниям будущего.

Для других иллюзионные трюки стали подспорьем в торговле на базарах и людных площадях. Эти ловкие и беззастенчивые мастера на все руки были не только фокусниками, жонглерами, сверхметкими стрелками и канатоходцами. Они предсказывали будущее, толковали приметы и сны, были ходячими справочниками, разносчиками последних известий, звездочетами и метеорологами; они привораживали любовь, продавая «чудесный» сок, якобы заставлявший влюбиться. Эти фокусники торговали самыми удивительными снадобьями и лекарствами собственного изготовления, наглядно демонстрируя их достоинства.

Установив на базаре балаган, они зазывали народ и на глазах у зрителей выпивали подслащенную и подкрашенную воду, выдавая ее за сильнейший яд; затем проглатывали свое «противоядие» и с веселыми прибаутками исполняли манипуляционные трюки, доказывая таким образом, что «сильнейший яд» не произвел ни малейшего действия. Рекламируя мазь, будто бы помогающую от ожогов, опускали руку в кипящую смолу или горящую серу, при этом подменяли свою руку деревянной кистью, окрашенной под цвет тела.

Торговали они и чудесным эликсиром, нескольких капель которого было достаточно, чтобы из любого металла делать золото. Для доказательства в тигель с кипящей жидкостью опускали «волшебную» палочку. В эту палочку, полую внутри, заранее вкладывались кусочки золота, и отверстие замазывалось воском. От нагревания воск таял, отверстие открывалось, и золото оказывалось в тигле.

Вначале «волшебная» палочка служила одним из магических приспособлений и будто бы обладала свойством указывать направление движения вражеских армий, изобличать воров и убийц, обнаруживать места, где следует рыть колодцы. Врач и естествоиспытатель XVI века Парацельс рассказывает, что германские рудокопы с помощью ореховой «волшебной» палочки отыскивали залежи руды. Вместе с некоторыми магическими формулами «волшебная» палочка с течением времени стала только традиционным аксессуаром артистов-иллюзионистов, пережитком суеверий средневековья.

Трюк «разрезанная веревка оказывается целой». Гравюра XVII в.

С древнейших времен ассиро-вавилонские маги приписывали особую волшебную силу завязыванию узлов и разрезанию веревок при произнесении заклинаний. На клинописных таблицах магического содержания, хранившихся в библиотеке царя Ашурбанипала, часто встречаются обращения к богам: «Разрежь узел своей чистой и святой рукой», «Слово мое крепко, как этот узел».

Во время церемонии обезвреживания «дурного глаза» и злых чар маги завязывали узлы и разрезали веревку, символически изображая этим действия враждебных сил; а затем в знак того, что после произнесения заклинаний злые чары становятся бессильными, показывали, что разрезанная веревка по-прежнему цела и узлы сами собой развязываются. С течением времени эта церемония утратила свою мистическую окраску, только фокус «сращивания» разрезанной веревки сохранился. Он пользовался неизменным успехом у зрителей в средние века. А смысл древних заклинаний, произносимых при этом фокусниками по традиции, не был уже понятен никому, даже им самим.

Эти непонятные формулы и сами фокусы в течение нескольких веков приспосабливались к христианским понятиям и обрядам. Из заклинаний возникли тексты заговоров и так называемых «лживых молитв», в бесчисленных списках распространявшихся по всему византийско-романскому миру. Вместе с христианством они переходили к новообращенным славянским и германским народам. А заодно со словесными формулами передавались и секреты соответствующих иллюзионных трюков.

Бродячие фокусники завоевали в те времена необычайную популярность. Даже в средневековых религиозных мистериях в буффонных сценах, связанных с появлением на подмостках сатаны и чертей, встречаются фигуры площадных аптекарей и врачей-шарлатанов, рекламировавших свои странные снадобья иллюзионными приемами.

Блестки настоящего художественного мастерства, сверкавшие в невообразимой смеси шарлатанства и знахарства, фокусов и мистических обрядов, выразительнейшей пантомимы и грубых, циничных шуток, делали выступления средневековых иллюзионистов излюбленным народным зрелищем.