подвинуть. В следующий раз. Через месяц.
Маловато времени, чтобы метнуться в другой мир и отобрать колечко у какого-то зелёного и когтистого Голлума. Впрочем, главное собраться и пойти, а там уж как получится... Надеюсь, эта тварь живёт прямо около портала и никуда не ушла, тогда вообще без проблем.
– Ладно, с делами закончили, – объявил Стас.
Он убрал шкатулку в ящик стола, а взамен достал пару стопок и початую бутылку водки. Следом на столе появилась тарелка с немудрёной закусью – пара бутербродов с четвертинкой солёного огурца и ещё один с селёдкой.
– Двадцать лет прошло...
– Девятнадцать, – поправил я, хотя уверен, он и сам прекрасно помнит.
Можно было бы сказать, что столько прошло с момента нашего знакомства. Но в тот день это было не самым важным событием моей жизни. Вторым по важности – это пожалуй. Ну или третьим, тут как считать. И всё в один день.
Стас налил стопки до краёв, на что я поморщился. Не могу я залпом по сто грамм пить.
– Давай, не чокаясь. За тех, кто не с нами.
Я кивнул и выпил половину рюмки. Откусил кусок бутерброда с селёдкой. Поморщился – водка дрянь, дешёвка, при своём статусе Стас мог бы позволить себе чего получше. Мой взгляд упал на часы на стене. М-да, а ведь даже по времени почти совпало.
– Допивай, – махнул рукой Стас, который выжрал свою стопку залпом. – Эх, молодёжь, совсем пить не умеете.
Я хмыкнул и допил, на этот раз закусив куском огурца. Стас тут же налил по второму разу, но в этот раз мне только до половины.
– Знаешь, Влад, родители тобой бы гордились, – заметил он.
– Вот уж вряд ли, – хмыкнул я. – Разве что отец, и то только тем, что с органами сотрудничаю.
Стас машинально прикоснулся к плечу, хотя на пиджаке никаких погон не было. Палится, хоть и почти всю жизнь без формы ходит. Во всяком случае, я его видел только в гражданском и даже звания не знаю.
– За дружбу, – поднял новый тост Стас.
– И за возмездие, – дополнил я, чтобы избежать следующей рюмки.
– За справедливое наказание, – покачав головой, поправил он.
Ага, ещё бы про приговор суда что-нибудь ляпнул. Не, постфактум, конечно, всё оформили как надо, но замочил я ту старую эльфийскую тварь без суда и следствия. И если бы не участие Стаса, мне за это могло ох как прилететь...
– Всё, я больше не буду, – отказался я, прикрыв пустую стопку ладонью. – Может, пива, если есть.
Стас неодобрительно поцокал языком и налил себе. А мне достал из стола бутылку пива.
– Ого, «Баварское», – оценил я, повертев бутылку и не обнаружив ни одной надписи на русском.
– Настоящий импорт, – подтвердил он. – Цени.
– Вот прям щас не смогу оценить, – покачал головой я. – С похмелья и после водки... Потом распробую. Таким пивом надо наслаждаться. Есть чего попроще?
«Баварское» я заныкал в рюкзак. А взамен получил баночку «Москвы». Вот это как раз та самая дрянь, которую можно пить только когда уже накатил и особо вкус не прочувствуешь.
– Всё же хорошо ты меня знаешь, – заметил я.
– Девятнадцать лет, как-никак, – развёл руками Стас. – Да и работа обязывает.
– Служба, – многозначительным тоном поправил я.
Стас не стал отрицать. Хотя раньше мы с ним нередко общались и просто так, без повода. Вместе пиво пить ходили. Но, возможно, для него это всё тоже было частью службы, присмотра за подопечным. Ну, наверняка за эту «опеку» надо мной он пару званий-то точно получил. И пусть так, я совсем не в претензии.
– Знаешь, я тебе благодарен, – заявил я. А в ответ на вопросительно вскинутую бровь, пояснил: – Да за всё вообще, в целом. И за тот день. И что потом прикрыл. Да и квартирку мне выдали вряд ли без твоего участия. Хотя тут есть претензия. Почему пятый этаж-то? Знаешь, как я задолбался по лестнице каждый день взбираться...
Стас рассмеялся.
– Молодой ещё, чтоб жаловаться. Доживи до моих лет... Если косячить не будешь, получишь новую квартирку. На первом, если хочешь. И трёшку. Только королевский берилл не просри.
Я отмахнулся. Дался ему этот камешек. Верну я его, верну! И попрошу в будущем бирки на колечки вешать. Чё я, угадывать должен, какой там камешек королевский, а какой вполне себе плебейский?!
– Кстати, Влад, а ты знаешь, с кем вчера пересёкся?
– Чё? – не врубился я.
– Конечно, не знаешь, – покивал Стас. – А ведь это была внучка Веры.
Я поперхнулся пивом и закашлялся. Вот зачем? Зачем мне было это знать, а?
– И чё? – прохрипел я. – Она тоже не знала, с кем пересеклась. И вообще, сколько ей тогда лет-то было... Вряд ли она намного старше меня.
– Вы почти ровесники, – удивил Стас. – Соплячка совсем. Она уже здесь, на Земле родилась. Мать её родами померла при этом. Вот прямо после Перехода и начала рожать.
Ну, тогда понятно, откуда у девчонки хороший магический потенциал. Но за тридцать восемь лет могла и научиться его контролировать. Но это для человека уже возраст, а для эльфиек – почти малолетство. Хотя мне ли вякать, вот уж нашёлся тут взрослый и солидный мужчина почти тридцати восьми лет...
– Бабку она совсем не знала, – продолжил Стас, не дождавшись моей реакции. – Вера вообще была...
– Дурой, – перебил я. – Снести целый дом для того, чтобы убить того, кого там вообще нет... Даже я лучше читаю ауры, чем эта древняя тупая сука!
– Знаю, – кивнул Стас. – Таких как ты и... эта девчонка, – он запнулся, видимо, передумав называть юную эльфийку по имени, – у нас вообще мало. Рождённые в год Перехода...
– Да не в этом дело, – отмахнулся я. – Сам же знаешь.
До почти девятнадцати лет я ничего такого за собой не замечал. Никаких магических или экстрасенсорных способностей. До тех пор, пока не притащился утром с попойки на руины своего дома.
– Не знаю, – покачал головой Стас. – И никто не знает. Есть у нас в лабораториях пара твоих одарённых ровесников... И ничего. Ни хрена! Никакого толку. Ноль инфы!
Я пожал плечами. Ну, не изобрели люди
