Там с ужасом говорили о прошедшей войне, толико их смирившей; Мне не удалось, впрочем, узнать получше о состоянии сего государства, ибо великое претерпел я здесь несчастие, и любопытство мое едва не отреклось от всех своих требований. Зашел я в молитвенный их храм, видел совершенное богоговение, провождаемое нелепым криком. Я остановился, простер руки мои и пел молитву по нашему обыкновению.
Сначала все приклонили уши внимать согласным звукам моего голоса, но вдруг духовный схватил себя за волосы и закричал, что мечеть осквернена пением неверного. Окружили меня, спрашивали, что я за человек и какого закона. "Какого закона? - сказал я, - ...никакого". - "Но ты простирал руки на небо, сие значит призывать бога", - говорили они во сто голосов. "Разве запрещено у вас призывать бога?" - "Нет. Но бога нельзя призывать, не призывая Магомета. Ну, неверный, исповедуешь ли ты его, говори решительно, или..." - "Государи мои, - подхватил я, - вы не можете от меня требовать, чтоб я знал его, я житель Луны вашей, и у нас не слыхано об нем никогда". - "Никогда, мерзавец? - вскричал духовный. - Сама Луна поклоняется великому пророку, я уличу твою ложь текстом из Алкорана... Но довольно, из Луны ли ты, или из ада, ты должен веровать в Магомета и быть обрезан!" Сказал сие, и меня проводили в тюрьму.
Какие имел я рассуждения по случаю сему, рассказывать долго; мне казалось непонятно, каким образом могут люди взять в голову страшную идею заставлять верить других, чему сами верить находят основание: равно как бы верить или не верить зависело от человеческой воли. Печальные мои умствования пресечены (были) появлением духовного, пришедшего с вооруженными (людьми) для совершения таинства, в веру их меня присоединить имеющего. Объяснясь, в чем состоит обряд сей, я оторопел. По счастию, на исподнем платье осталось у меня несколько золотых пуговиц. Я просил переговорить наедине с духовным... дозволено, и пуговицы спасли меня от мучительной операции. Возглашено, что я действительный магометанин, меня приветствовали, дарили безделками, возили на осле по улицам и наконец дали свободу бежать неоглядно из столь ужасного города.
Путешествие мое научило меня о опасностях с оным соединенных, но нечего было делать: машина моя расположена была только, чтоб подниматься кверху и опускаться вниз, а не вдоль летать, как птица. Однако ж, в предосторожности, определил я не называться пришельцем воздушным, а благоразумнее считал именовать себя Р**, ибо от одного слова сего рождалось почтение ко мне в храбрых турках, коих областью надлежало мне идти долго. Я направил стопы мои в страну, из коей жителя я представлял!..
Наслышавшись, какие опустошения терпят земли, производящие войну, удивился я, не приметив следов оного. Мне не представлялось (ничего), кроме лугов, наполненных стадами, и нив, клонящихся под бременем своего изобилия. В одних местах земледельцы встречались мне поющие, удовольствие и изобилие сияло на их здоровых лицах, а в других, приобретенных вновь странах, видел я поселения. Свои и чужеземные стекались там, и поминутно пустыни превращались в сады, в коих Минерва и Церера (*5) наперерыв трудились. Воины отдыхали под сению мира, позирая алчно управляемое справедливостью свое оружие. По дорогам встречались мне караваны купцов, либо везущих избытки отечества, или возвращающихся во оное, обремененных корыстьми; странники безопасно шли путем своим - разбойники и воры были сведомы тут только по имени, и прошед верст тысячи не видал (я) ни виселец, ни колес, ни рожен, употребляемых повсюду правосудием.
"Неужели другой род людей обитает здесь?!" - вскричал я со удивлением..."
КОММЕНТАРИИ
Василий Алексеевич Левшин (1746-1826) - известный русский писатель, переводчик, ученый.
Первая книга Левшина - "Загадки, служащие для невинного разделения праздного времени" - вышла в 1773 году. Всего им написано около 90 сочинений - романы, сказки, драмы, комедии, басни, руководства по сельскому хозяйству, лечебники, книги по домоводству, охоте. Наибольшей популярностью пользовались такие его работы, как сборник "Русские сказки" с былинными героями Алешей Поповичем, Тугарином Змеевичем, Добрыней и перевод огромного немецкого труда "Хозяин и хозяйка" в двенадцати томах.
Основное художественное произведение Василия Левшина - "Утренники влюбленного" (1779), посвященное его будущей жене и затем матери его шестнадцати детей - Федосье Степановне Казяевой.
"Новейшее путешествие, сочиненное в городе Белеве" (в селе Темрянь, неподалеку от этого города Белева, находилось имение В.А.Левшина) было впервые напечатано в "Собеседнике любителей российского слова" в 1784 году, чч. 13-16. По этому изданию публикуется отрывок из первой половины утопии ("Собеседник любителей российского слова", ч.13, с.138-166; ч.14, с.5-14) и небольшой фрагмент из ее заключительной части (ч.16, с.38-45; 49-53).
Произведение Василия Левшина продолжает древнюю литературную традицию "воздушных инопланетных путешествий", навеянных в основном мифологическими представлениями человека античного мира. Сюжеты этих мифов были трагическими, например, у греческого драматурга Еврипида, жившего в V веке до н.э. комическими, пародийными, как, например, у его знаменитого современника - комедиографа Аристофана. Греческий сатирик Лукиан, живший во II в. до н.э., тоже отправил своих героев на Луну.
Ближе к Левшину по времени написания "Человек на Луне, или рассказ о путешествии туда, совершенном Доменико Гонзалесом" (1638), автором которого был шотландский епископ Френсис Годвин, и "Иной свет, или Государства и империи Луны" (1657) Сирано де Бержерака.
Читателям Древней Руси были хорошо знакомы фольклорные и литературные произведения об Александре Македонском. В одной из легенд Александр поднимался на небо на могучих грифонах. Эта легенда послужила даже сюжетом для каменного рельефного изображения на стене южного фасада Дмитриевского собора во Владимире (XII в.).
1. "Аппарат", придуманный Нарсимом, развивает "техническую" идею, предложенную еще легендарным Дедалом. Подобное устройство описывал и Лукиан.
2. На самом деле объем Луны составляет приблизительно 1/49 земного, среднее расстояние до нее 384.395 километров. Соображения же Нарсима по поводу углового или видимого размера Луны в связи с определением части совершенного им пути неверны: при увеличении видимых размеров Луны в 21 раз путник должен был бы приблизиться к ней не на половину, а почти вплотную.
3. Далее следует изложение опыта, отражающего только взаимодействие легких предметов с поверхностью несмачивающей жидкости. Никакого отношения к взаимодействию масс предметов и количества вещества, находящегося между ними, он не имеет. Разумеется, неверна и аналогия, проводимая Нарсимом между поведением предметов в жидкости и гипотетическим поведением космических тел в эфире.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
