- Не обращайте внимания на полицейских. Езжайте в больницу.
Водитель посмотрел на двадцатипятицентовик, затем снова на
Бизли и сказал:
- Либо вы платите как следует, либо я поеду так, словно везу в машине грудного младенца!
Они прибыли в больницу через двенадцать минут, быстро проскочили мимо репортеров, заполонивших коридор, и лифтом поднялись на тот этаж, куда перед этим был доставлен Кейси. Они поспели к самому концу осмотра, чуть не сбив с ног санитара.
- Болван, - выругался Лягушачий Рот, устремившись к кровати.
Доктор снял стетоскоп и повесил его на шею.
- Вы - отец? - спросил он Мак-Гэри.
- Отец, - сдавленно засмеялся Лягушачий Рот. - Я ближе, чем любой отец.
Только сейчас он наконец заметил, что доктор Стилман спокойно сидел в уголке, лупая глазами, как добрый старый филин, битком набитый мудростью, спрятанной под перьями.
- Видите ли, джентльмены, я не нахожу никакого перелома, профессиональным голосом заявил врач. - Никакого сотрясения. Рефлексы кажутся нормальными...
Бизли выдохнул. Словно мощный порыв северного ветра прокатился по палате.
- Я снова могу дышать, - сообщил он всем.
- А у меня в голове только одно и вертелось, - сказал Лягушачий Рот. Прощай, Кейси! Прощай, знамя! Прощай, чемпионат! - Он безнадежно покачал головой. - И прощай моя карьера! -взял запястье кеиси и пощупал пульс.
- Да, мистер Кейси. - он лучезарно улыбнулся, глядя в бесстрастное лицо и немигающие глаза, - я полагаю, что ты в хорошей форме. Хотя, скажу тебе, когда я услышал, как мяч ударил тебя в висок, я спрашивал себя, как...
Он неожиданно замолчал. Его пальцы настойчиво шарили по запястью. Глаза широко раскрылись. Через мгновение он приподнял пижаму Кейси и трясущимися пальцами начал ощупывать грудь.
Спустя еще мгновение он встал, вынул носовой платок и вытер лицо.
- В чем дело? - нервно спросил Лягушачий Рот. - Что-то не так?
Врач опустился на стул.
- Ничего не случилось, - мягко сказал он. - Ничего. Все прекрасно Только вот...
- Что "только вот"? - подался вперед Бизли.
Врач показал пальцем на кровать.
- А то, что у этого человека нет пульса вообще. Никакого сердцебиения. - Затем он посмотрел на потолок. - Этот человек, - сказал он, срываясь на фальцет. - Этот человек не живой!
В комнате воцарилась абсолютная тишина. Потом послышался мягкий звук, когда тело Бизли сползло на пол, и опять - тишина.
Первым ее нарушил доктор Стилман.
- Мистер Мак-Гэри, - сказал он спокойно и твердо, - я верю, что сейчас он придет в себя.
Бизли открыл глаза.
- Ну что, Мак-Гэри, псих ненормальный, чего ты еще скажешь?
Лягушачий Рот затравленно оглядел комнату, словно ища еще одну кровать. Он выглядел больным.
- Бизли, - жалобно простонал он. - Вы не сделаете этого. Или Хейси, или все пропало. Боже, какой подающий! Он был единственным из всех найденных мной игроков в бейсбол, который ничего не ел.
Стилман откашлялся и обратился к врачу: - Я думаю, что вам следует знать, прежде чем вы предложите осмотр, что у Кейси нет пульса и сердце не бьется... потому что у него никакого сердца нет. Он - робот!
Раздался звук еще одного падения. Бэртрам Бизли снова хлопнулся в обморок. На этот раз, похоже, надолго.
- Кто? - недоверчиво спросил врач.
- Это правда, - сказал Стилман. - Робот.
Врач ошеломленно уставился на лежащего на кровати Кейси, который ответил ему безмятежным взором.
- Вы уверены? - спросил врач очень тихо.
- Ну еще бы, Я сам построил его.
Врач медленно снял пиджак, затем галстук. Он ДВИНУЛСЯ к кровати, глаза его странно расширились и блестела.
- Кейси, - заявил он, - вставай и раздевайся. Слышишь меня. Вставай и раздевайся.
Кейси встал и разделся, а двадцать минут спустя врач открыл окно и свесился наружу, чтобы подышать вечерним воздухом. Затем он повернулся, снял с шеи стетоскоп и уложил в свой саквояж. Он забрал с ночного столика аппарат для измерения давления и сунул его туда же. Про себя он отметил, что неплохо бы сделать рентгеноскопию, как только все покинут помещение, но знал, что для этого, в общем-то, нет оснований, потому что все было совершенно очевидно.
Человек на кровати вовсе не был человеком. Это был ангел господень или исчадие ада - что угодно, но человеком он никак не был. Врач закурил сигарету и оглядел комнату.
- Учитывая сложившиэся обстоятельства, - сказал он, - боюсь, мне придется поставить в известность уполномоченного по бейсболу. Это единственно возможный этический поступок.
- Что вы считаете этичным в этом деле? - спросил его Мак-Гэри. Какого рожна вам надо? Вы что, болельщик "Гигантов"?
Врач не ответил. Он сгреб кипу бумажных листов, на которых делал заметки, и запихал их в карман. В уме он пробежал список медицинских обшеств и организаций, которые следовало бы проинформировать. Неплохо бы также ввести три-четыре абзаца о первом механическом человеке в монументальный труд, который он пишет для медицинского журнала. Врач вошел в раж. Он прошествовал к двери, неся свой черный саквояж, улыбнулся и вышел. Голова его занята была исключительно мыслями о том, как на все это отреагирует Американское медицинское общество. Единственным звуком в комнате было теперь тяжелое дыхание Бизли. Потом Мак-Гэри направился к лежащему на кровати Кейси.
- Кейси, - безнадежным голосом сказал он. - Ты не мог бы подвинуться?
Один из интернов в палате для рожениц был скор на ногу, поэтому газета "Дейли Миррор" получила эту информацию раньше других. А две телефонные службы приняли ее двадцать минут спустя, и к шести часам следующего дня весь мир знал о Кейси, механическом человеке.
Несколько научных светил были уже на пути из Европы в Америку, а доктора Стилмана и Кейси в номере Нью-Йоркской гостиницы осаждала армия репортеров и фотографов. Трое астронавтов с мыса Канаверал - экипаж легендарной ракеты, сфотографировавшие Луну, с изумлением обнаружили, что сообщение о их подвиге появилось всего лишь на двенадцатой странице вечерних изданий, потому что все первые одиннадцать страниц были посвящены исключительно обещанной уполномоченным по бейсболу пресс-конференции, который объявил, что примет решение по Кейси не позже, чем к ужину.
В 4-30 того же дня уполномоченный сидел за своим столом, постукивая по столешнице кончиком карандаша. Секретарша принесла ему папку с бумагами, и за короткий промежуток времени, пока она открывала дверь, он мог увидеть толпу репортеров в коридоре.
- Что делать с репортерами? - спросила секретарша.
Мак-Гэри Лягушачий Рот, сидевший на стуле рядом со столом, высказал предположение, что можно было бы с ними сделать, или, точнее, что они сами могли бы с собой сделать. Потрясенная секретарша вылетела из комнаты. Уполномоченный откинулся на стуле.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
