Побывав недавно в Лермонтовском музее-заповеднике «Тарханы», я вновь ощутил царящую здесь доброжелательную атмосферу и светлую лермонтовскую ауру. Тамара Михайловна Мельникова, директор музея-заповедника, проработавшая в Тарханах более сорока лет, делает всё, чтобы объявить надвигающийся лермонтовский юбилей всероссийским торжеством. В замыслах Тамары Михайловны и восстановление имения Шан-Гиреев в Апалихе, и проведение фольклорного праздника, и очистка Тархан от старых покосившихся избушек, чтобы с дороги открывался изумительный вид на лермонтовскую усадьбу, и строительство Дома лермонтовской культуры, где можно было бы устраивать фестивали лермонтовских пьес, проводить встречи и конференции, принимать гостей со всего мира. Она благодарна министру культуры за максимальную помощь, но что может сделать наше нищее Министерство культуры? Требуются мощные спонсорские вложения. Где наши русские меценаты, где Рябушинские и Мамонтовы, Третьяковы и Морозовы?
Если уж наш президент Владимир Путин в напряженный для него момент со слезами на глазах читал строки Лермонтова, может, он и посоветует настойчиво своим олигархам вместо очередных яхт на Мальдивах и очередных футбольных клубов в далекой Англии щедро помочь в проведении лермонтовского двухсотлетия. Места в Тарханах чудесные, река, пруды, нетронутые леса, и каждая поляна, каждый холм наполнены лермонтовским очарованием. Разве не почетно и для страны, и для вновь избранного президента сделать Тарханы местом притяжения всей европейской культуры, торжественным местом для паломничества всех россиян?
Нужен всероссийский лермонтовский культурный центр.
Тарханское детство конечно же преодолевало в творческой судьбе поэта и байронические настроения, и увлеченность немцами и французами. Не мог поэт, вобравший в себя все русские просторы, остаться отвлеченным книжным романтиком времен его первых поэм. Русскость была заложена в музыкальности его стихов, в прорисовке характеров, в осознанном постоянном разговоре напрямую с Богом. Он и себя ощущал Божьей частицей.
Он очень мало жил. Но успел написать очень много. Даже если брать одни вершины, мы насчитаем поэмы «Демон», «Мцыри», «Песню про… купца Калашникова», «Тамбовскую казначейшу», «Сашку», наберем томик лирических шедевров, погрузимся в трагичность пьесы «Маскарад» и конечно же поразимся художественной мощи первого русского психологического романа «Герой нашего времени». Может быть, разбирая этапы его жизни, мы не будем выискивать обывательские сплетни, а будем доискиваться до жизненной правды рождения, становления и гибели нашего национального гения, сумевшего утвердить русский национальный канон в литературе.
Конспирологи уже почти 200 лет ищут разгадки лермонтовской тайны бытия. Пусть их. Каждое поколение дает свою разгадку, познает новые тайны. А мы обратимся к простым истинам и жизни, и поэзии, и духа. Это всего лишь следование звучанию, уравнивающему и землю и небо.
Есть речи — значеньеТемно иль ничтожно,Но им без волненьяВнимать невозможно.Как полны их звукиБезумством желанья!В них слезы разлуки,В них трепет свиданья.Не встретит ответаСредь шума мирскогоИз пламя и светаРожденное слово;Но в храме, средь бояИ где я ни буду,Услышав, его яУзнаю повсюду.Не кончив молитвы,На звук тот отвечу,И брошусь из битвыЕму я навстречу.
Вот в этом и заключается вся лермонтовская разгадка.
Шотландские струны Лермонта
С детства меня поражала пророческая сила стихов совсем еще юного Михаила Лермонтова. Насколько принято без нужды вспоминать о юном возрасте Михаила Шолохова, настолько же принято не замечать юных лет другого Михаила. Уже в 14 лет он начал писать стихи. К двадцати годам это был зрелый талант, автор классических творений. В 26 лет он погиб. А ведь Лермонтов тоже, по сути, в юном возрасте написал свой гениальный роман «Герой нашего времени». У кого списал? Откуда в нем обитала с детских лет такая вещая мистическая мрачновато-демоническая сила? Не от французского еврея-лекаря, не от безграмотного чеченца и не от крепостного кучера, мнимых его новоявленных отцов.
Есть же древняя генетическая связь времен. Будто чьи-то древние струны звучали в еще не окрепшей душе поэта. О каком поэте написано: «Улыбается он своим гостям, а глаза печальные. Говорят, никогда не сходит улыбка у него с губ, а глаза всегда печальны и смотрят вдаль, сквозь людей»? О шотландском поэте XIII века Томасе Лермонте. Его великом далеком предке, о котором он и не знал, но догадывался. Как-то многие лермонтоведы обходят стороной или чуть-чуть задевают отцовское происхождение, да и вообще роль отца в жизни Лермонтова. Бабка поэта гордилась своим знатным и древним родом, но она вряд ли догадывалась о еще более древнем и знатном роде нелюбимого ею отца поэта, из клана шотландских Лермонтов. Об этом, впрочем, и сам отец не любил рассуждать, почти никаких связей с его давней родиной у него не было. Почти ничего и не знал. Помнил, что его предок в России — какой-то шотландский бедный наемник. Он и родословие свое числил с XVIII века. Захудалый отставной капитан, соблазнивший богатенькую представительницу рода Столыпиных. Лишь гений мятежного юноши чувствовал нечто большее, чем родовую наследственную связь. Он обнаружил своих знаменитых предков по отцовской линии. Обнаружил прежде всего внутри себя, в своей поэтической душе. Он гордо носил фамилию Лермонтов, догадываясь о ее знатности.
Михаил Лермонтов писал в стихотворении «Желание» (1831):
На запад, на запад помчался бы я,Где цветут моих предков поля,Где в замке пустом, на туманных горах,Их забвенный покоится прах…
Михаил Лермонтов сам не смог побывать в своих шотландских замках и полях, он как бы завещал это будущим поколениям. Вот по этим пустым лермонтовским замкам Шотландии я решился проехать и поискать незабвенный прах предков Лермонтова. Жаль, до него не дошла «Поколенная роспись рода Лермонтовых», составленная в 1698 году внуками шотландского наемника Георга Лермонта (George Learmonth), поступившего на службу русскому царю Михаилу Романову в 1613 году. Там еще указывается предок рода Лермонтов, который в XI веке оказал существенную помощь королю Малькольму III, сыну короля Дункана, в разгроме всем нам известного шекспировского героя Макбета. За верность Малькольм III наградил своих рыцарей. Вот так и появился, насколько я понимаю, согласно уже шотландской «Генеалогии почетной и древней фамилии Лермонт» некий Лэрд из Эрсилмонта (Ersilmont), который со временем превратился в Лэйрсилмонта (Lairsilmont) и далее в Лермонта (Learmonth[3]). И уже в XIII веке потомка этого Лэрда из Эрсилмонта, славного поэта и прорицателя Томаса Лермонта (Thomas Learmonth) звали, как всегда бывает в любой деревенской глуши, упрощенно — Томасом Рифмачем (Thomas the Rhymer), или Честным Томасом (True Thomas). Со временем и деревушка из Эрсилмонта превратилась в Эрсилдон, или Эрсилдун [4] (Erceldoune), сближаясь в своем названии по созвучию с таинственным Эйлдонским холмом, расположенным неподалеку. Внуки сами приблизительно знали свое шотландское родословие, тем более для внесения в гербовник хотелось кое-что и приукрасить. К примеру, помня что-то о замке Дерси, которым владели долгое время Лермонты, они лихо удлинили его принадлежность роду, сообщая, что именно Малькольм III, прозванный ими Милколумбусом, «И он, за такие службы, пожаловал вотчинами, а Лерманту дано в вотчину господинство Рарси, которым господинством и ныне владеют наследники его». (Замок Дерси, как я расскажу ниже, перешел к Лермонтам лишь в XV веке, а ко времени написания этой поколенной росписи он уже им и не принадлежал.)
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
