– Здесь жарче, чем в аду, а еще только июнь. Необходимо купить вентиляторы. Вы притащили что-нибудь холодное или по меньшей мере мокрое? Час назад у меня кончилась вода, – Как это – кончилась? Достаточно было повернуть водопроводный кран. Это новейшая технология, – кротко заметил Этан, доставая из ящика-холодильника пепси.
– Очень остроумно. Представляю, сколько там микробов. – Филип поймал брошенную ему бутылку и скривился, разглядывая этикетку.
– Прости, «Эвиана» не осталось. Ты же знаешь, как Джим обожает изысканную минералку, особенно из Французских Альп.
– Иди ты! – предложил Филип, но как-то без особого пыла, и, жадно глотая холодную пепси-колу, уставился на брата, критически обозревающего результаты его трудов.
– Приличная работа, – похвалил Этан.
– Премного благодарен, босс. Я получу прибавку?
– Естественно. Можешь удвоить свою зарплату. Сет – ас в математике. Эй, Сет, сколько будет, если к нулю прибавить нуль?
– Два нуля, – ухмыльнулся Сет. У него уже пальцы чесались, так хотелось поработать электропистолетом, но до сих пор его ни разу не подпустили ни к одному электроинструменту.
– Прекрасно, наконец-то я смогу позволить себе круиз на Таити, – съязвил Филип.
– Ну, хватит ворчать. Иди прими душ.., надеюсь, ты не возражаешь против воды из-под крана для наружного употребления. Я закончу сам.
Очень соблазнительное предложение. Филип был в таком состоянии, что без всяких угрызений совести убил бы пару-тройку парней за один бокал хорошего французского вина… Однако он прекрасно знал, что Этан сегодня оттрубил гораздо дольше того, что нормальный человек назвал бы полным рабочим днем.
– Я продержусь еще пару часов.
– Отлично. – Другого ответа Этан и не ждал. Филип любит поворчать, но на него всегда можно положиться. – Может, закончим сегодня палубу.
– А можно я…
– Нельзя, – хором ответили Этан и Филип, предвидя конец вопроса.
– Почему нельзя, черт побери? – взвыл Сет. – Я же не идиот. Я никого не застрелю этими чертовыми гвоздями.
– Потому что нам самим нравится эта игрушка, – улыбнулся Филип. – И мы больше тебя.
Ясно? – Он вытащил из заднего кармана бумажник и нашел пятерку. – Сбегай к Кроуфорду и принеси мне минералки. Если не будешь ныть, можешь купить на сдачу мороженого.
Сет не стал ныть, лишь для порядка поворчал, что с ним обращаются как с рабом, затем подозвал щенка и убежал.
– Когда будет время, научим его пользоваться инструментами, – заметил Этан. – У него хорошие руки.
– Да, сейчас я просто хотел избавиться от него. Вчера у нас не было возможности поговорить. Детектив выследил Глорию Делотер до Нэгз-Хеда, но так и не встретился с ней. Она не сидит на месте и сорит деньгами.
Этан поджал губы:
– Отцовскими деньгами. Похоже, ее тянет на Юг.
– Но не похоже, что она собирается вернуться сюда.
– Сет интересует ее не больше, чем мертвый котенок уличную кошку, – отозвался Филип.
Глория вела себя точно так же, как его родная мать, если, конечно, та оказывалась рядом, что бывало нечасто. Фил никогда не встречал Глорию Делотер, но прекрасно представлял ее. И презирал.
– Если мы не найдем ее, – добавил Филип, прикладывая ко лбу холодную бутылку, – мы не узнаем правды о папе и о Сете.
Этан кивнул. В этом он был вполне согласен с Филипом. Его волновало другое: когда они узнают правду, что они будут с ней делать?
После четырнадцатичасового рабочего дня Этан мечтал поблаженствовать под душем и выпить холодного пива. Он осуществил свои мечты, причем одновременно, а затем, захватив сандвичи, вышел на заднюю веранду в тишину ранних сумерек, нарушаемую лишь доносившимися из дома голосами. Сет и Филип спорили, с какой кассеты начинать сегодняшний просмотр. Арнольд Шварценеггер сражался с Кевином Костнером.
Этан был уверен, что победит Арнольд. По молчаливому соглашению между братьями, в субботние вечера с Сетом возился Филип, а Этан получал возможность провести вечер по собственному усмотрению. Он мог бы вернуться в дом и присоединиться к любителям кино или подняться к себе и спокойно почитать книжку, как он поступал чаще всего. Он мог бы куда-нибудь съездить и поразвлечься, что делал очень редко.
До того как неожиданная смерть отца круто изменила жизнь всех трех братьев, Этан жил в собственном маленьком доме и теперь очень скучал по нему, хотя честно старался относиться без предубеждения к юной супружеской чете, которой сдал па время свое жилье. Молодоженам, как они часто ему говорили, очень нравился уединенный дом на берегу залива с уютными комнатами, застекленной верандой, тенистыми деревьями вокруг и тихим плеском волн под окнами.
По возвращении Кэма и Анны из свадебного путешествия Этан, вероятно, смог бы тихонько улизнуть к себе, однако ему необходимы были деньги. А самое главное – он дал слово. Так что он будет жить здесь, пока не утихнут юридические баталии и братья Куин официально получат постоянную опеку над Сетом.
Этан покачивался в кресле, прислушиваясь к пению ночных птиц, и, наверное, задремал, поскольку увидел сон.
… – Ты всегда был одиночкой, самым замкнутым из моих сыновей, – заметил Рэй. Отец сидел на перилах веранды, слегка повернувшись, чтобы видеть и Этана, и залив. В лунном свете его волосы, развеваемые вечерним бризом, сияли, как серебро. – Ты всегда любил уединиться, чтобы все обдумать и найти решение своих проблем.
– Я знал, что в любой момент могу обратиться к тебе или маме. Просто хотел сначала разобраться во всем сам.
– А как сейчас? – Рэй смотрел Этану прямо в глаза.
– Я не знаю. Похоже, еще не разобрался. Сет потихоньку привыкает к нам. Он уже вполне освоился, а в первые несколько недель я все ждал, что он удерет. Он очень страдал, когда ты умер, почти как мы. А может, так же, ведь он только-только начал верить, что его жизнь изменилась к лучшему.
– Да, Этан, его прежняя жизнь была ужасной, однако не такой ужасной, как то, что пришлось пережить тебе. И ты справился.
– Не справился бы, если бы не ты и мама. – Этан вынул из нагрудного кармана сигару и не спеша закурил. – Иногда воспоминания возвращаются. Боль и стыд. И холодный пот страха, когда понимаешь, что должно вот-вот произойти. – Он пожал плечами. – Сет моложе, чем я был тогда. Думаю, он уже начинает забывать старые кошмары. Только бы не вернулась его мать.
– Рано или поздно ему придется иметь с ней дело, но он будет не один. Вот что важно. Вы все будете рядом с ним. Вы всегда заступались друг за друга. – Рэй улыбнулся, и его широкое лицо покрылось сетью морщинок. – Послушай, Этан, почему ты сидишь здесь в одиночестве в субботний вечер? Честное слово, мальчик, ты меня беспокоишь.
