— Ты да я, да мы с тобой. Это еще полбеды, — перебил Бейрут недовольно. — Если бы ты не лез в специфику Вирусапиенса, отбросил бы на время ДНК, РНК, чертовы аминокислоты, то заметил бы, что вся Сеть бурлит странными сообщениями о галлюцинациях. Интернет стал похож на регистратуру психоневрологического диспансера. Создается впечатление, что на улице конец марта.
Жора на секунду оторвался от экрана, краем глаза фиксируя нашедшийся файловый каталог. Тот, как ни в чём не бывало, торчал на своём месте.
— Причем здесь март? — поинтересовался хакер, ныряя в захлёстывающую сознание волну раздражения.
— Конец марта, начало апреля — время обострения невротических заболеваний и шизофренических психозов, сопровождающихся агрессией, — четко, как с листа, отчитал Бейрут.
Напрасно Жора старался прогнать злость, она шершавым комком застревала в груди, не давая вздохнуть. Вдруг захотелось вцепиться в горло бестолковому глупцу, проштудировавшему слишком много никчемных книг.
— Тыыы! — вытянув худые руки, он двинулся на противно улыбающегося Бейрута.
— Понятно, брат! — вздохнул тот, отчего-то покраснел и исчез.
Сквозь багровую пелену сверкнул граненый стакан, и в лицо ударила ледяная струя.
— Ещё? — поинтересовался спокойный голос.
«Когда успел набрать?» — мелькнувшая мысль непонятным образом успокоила Жору.
Только сейчас он, пусть и частично, но пришел в себя. Оглядываясь, увидел ведро. Боясь, что одного стакана живительной влаги будет недостаточно для полной фокусировки взбунтовавшегося рассудка, сунул в холодную воду голову.
— Так-то лучше, — услышал он голос Бейрута.
И в этот момент в дверь позвонили.
Друзья удивленно посмотрели друг на друга, молча кивнули, но остались на месте.
Раздался еще один звонок — на сей раз более требовательный.
— Кого нелегкая несет? — буркнул Бейрут и неохотно двинулся к выходу.
Утреннее время — не для посещений. Впрочем, по разумению друзей, любой другой отрезок дня так же не располагает к неожиданным встречам. Для поклонников клавиатуры, — в смысле постоянного наклона над ней — ведущих затворнический образ жизни, звонок в дверь означал, как минимум, визит участкового, решившего в очередной раз проверить проживающих в квартире подозрительных молодых людей.
— Только не полковник! — подняв глаза к потолку, прошептал Жора, сложив руки лодочкой на груди.
— Его же попёрли со службы, — выдохнул Бейрут.
Именно Коваля больше всего не любили приятели. Работа не пугала их, так как в действительности всегда была интересной. Здесь они, как правило, получали «разрешение на виртуальное убийство» и могли куролесить в сетевом пространстве, не оглядываясь на правила и законы, написанные для среднестатистических юзеров.
Раздражал молодых людей только груз ответственности, прибывающий с грозным служакой на отдельной железнодорожной платформе. Именно он превращал любое, даже самое увлекательное, задание в невыносимую пытку.
Полковник требовал скорейшего выполнения работы, угрожая уголовкой и всеми муками ада, буквально висел на плечах.
— Слава богу! — облегченно выдохнул Жора, улыбаясь неловкому Игорю.
— Богу слава — вам здоровья! — не растерялся тот и прошествовал в комнату. — Я к вам по нужде.
— По нужде дальше — первая дверь направо, — взъерошился Бейрут, махнув рукой в пустоту перед собой.
— Что, Вирус уже и в нужник не пускает? — продолжил он, пристально разглядывая смущенного монаха. — Обложил братию? Глюки мучают?
Игорь умоляюще посмотрел на Жору и тихо выдавил:
— Нужна помощь.
Затем, словно что-то вспомнив, резко обернулся, зацепившись взглядом за смеющиеся глаза Бейрута.
— Ты это о чём? Какие галлюцинации? — поинтересовался он.
— Ещё один с луны! Ха! — хохотнул Бейрут, не то удивляясь незнанию собеседника, не то радуясь собственной осведомленности.
— Да ты говори, что не так-то! — возмутился Игорь, одергивая непослушную рясу. — Я пока мысли читать не умею.
— Ты не мысли читай, а заметки в Сети полистай! — огрызнулся Бейрут и замолчал, словно ожидая реакции публики.
Сообразив, что довел собеседников до кондиции свирепого сопения, он смягчился и неторопливо продолжил:
— Я последнюю неделю из Интернета не выхожу.
— Впрочем, как и всю прошлую, — улыбнулся Жора.
— Просматриваю почту, брожу по форумам…
— Где нет домохозяек, конечно?! — попытался вставить Жора, но Бейрут не поддержал его иронии.
— Да нет, брат, самые интересные истории сейчас именно на форумах домохозяек. Что-то с Сетью происходит, я вам скажу… Гудит Сеть, стонет. Люди дуреют, видя глюки, — взглянув на Игоря, Бейрут поправился: — Галлюцинации. Их видят очень многие — и главное, что после просмотра все без исключения зрители демонстрируют неконтролируемую агрессивность. Мышь кидается на кошку, а кошка становится собакой. Если бы это был наш брат-компьютерщик, то я бы подумал, что трава подешевела, и народ сдуру метнулся морока ловить. Но домохозяйки.
Хакер развел руками.
— Оказывается, и среди них находятся любительницы посидеть за монитором немного больше времени, нежели Минздрав предупреждает. И именно они жалуются на появление с экрана каких-то пьяных харь. Толстые насильники ломятся из мониторов в реальный мир. Ходоки исчезают, но желание задушить супруга… или кто там, рядом в постели — остается.
Бейрут вывалил язык, сцепив руки на горле предполагаемой жертвы, выпучил глаза.
— Этого уже на травку не спишешь! — громко закончил он, хитро оглядывая собеседников.
Игорь, дослушав, закрыл рот, перекрестился; бормоча под нос очередную молитву, вздрогнул, когда соседний компьютер негромко зашуршал винчестером, опять перекрестился.
— Что же это? — прошептал он едва слышно. — Антихрист грядет?
— Это, батюшка, наш знакомый Вирусапиенс грядет, — кривляясь, сообщил Бейрут. — Судя по всему, в миру силы пробует. Выходит с уровня виртуального на уровень физического, психотропного воздействия на людей. Только вот каким образом он это делает?
— А как научное сообщество реагирует на компьютерный галлюциноген? — живо поинтересовался Жора, прильнув к клавиатуре и солируя мелодичным щелканьем клавиш. — Что наши братья говорят?
— Смотрите сами, — резким движением Бейрут повернул монитор к Игорю.
Тот, приблизившись к компьютеру, стал внимательно изучать страничку всплывшего на экране сайта. Задышавший в ухо Жора через мгновенье исчез. Захрустели разминаемые пальцы, защелкали клавиши и, обернувшись, Игорь увидел на экране Жориного монитора следующий текст:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
