Читаем без скачивания Акации цветут - Юлия Макарова

– Ну, что, брат, будем жить дальше, – не то спросил, не то просто констатировал факт Жуков.

– Будем. – Вполне серьезно подтвердил мальчишка и даже качнул головой в знак согласия.

«Жить дальше» оказалось не просто, но интересно. Оказалось, что прежде чем что-либо сделать теперь, стоило немного подумать. Например, чтобы развалиться на диване… Не совсем как-то это красиво – валяться перед чужим человеком, даже если он и еще совсем невелик. И Дима садился. Не держал, правда, спину прямо, но именно сидел, а не лежал. Ненадолго его, конечно, хватило – на второй день Димкиного «гостевания» они уже на пару валялись на полу, смотря телевизор.

Питание. Этот пункт Димкина мамаша выделила очень четко. У парня аллергия на красную свеклу, и еще ему нельзя съедать за раз целый апельсин. Вообще-то в Жуковские планы не входило вставать к плите и готовить борщ или селедку «под шубой». Фруктами закармливать пацана тоже как-то не пришло Диме на ум. Они недурно поели и жареной картошки с мясом, запили все обыкновенным чаем с батоном и купленным дня три назад в магазине джемом (к счастью даже не апельсиновым!). И отправились гулять.

По случаю выходного дня можно и расслабиться. Димкина мамка уже час назад укатила на поезде по своим рабочим делам. Так что – свобода попугаям!

Пару часов тезки провели в кинотеатре. Там шел новый полнометражный мультик, причем просмотр его доставил удовольствие им обоим. Съели по пирожку. Прошлись по городскому саду, покатались на колесе обозрения и постреляли в тире. Диме удалось даже получить приз за меткость. Вообще-то ему полагался плюшевый розовый медведь. Но парень, который заведовал тиром, понимающе посмотрел на Димку, что-то прикинул и снял с полки небольшую гоночную машину.

– Держи, боец! Скажи спасибо отцу!

Димины щеки порозовели. Димка поднял на него загоревшиеся от счастья глазенки.

– Бери, бери! – Понимая его сомнение, разрешил Жуков.

– Спасибо! – Прошептал радостный мальчуган.

Он, кажется, и не заметил, что парень их породнил – настолько был восхищен машинкой. Дима поблагодарил продавца и, шагая рядом с подшефным, поймал себя на мысли, что впервые видит от ребенка такую неподдельную радость от врученного им подарка. Впрочем, ему не часто приходилось их и делать – эти подарки. Единственным ребенком в его окружении сейчас была двоюродная племянница, Галкина дочка. Жуков усмехнулся. А ведь они почти ровесники – Димка и Олеська. Вот только отношение к подаркам у них разное. Избалованная девчонка принимала дары как должное. Благодарила, конечно, улыбалась. Но такой искренней радости в ее глазах Дима никогда не видел.

Раздался очередной телефонный звонок. Димка залопотал по мобильнику с матерью – такой уж у них был уговор – она сама звонила ему каждые три-четыре часа. Говорить особенно было не о чем – события ведь не развивались столь стремительно, чтобы за такой короткий промежуток времени накопилось новостей на долгий разговор. Дима в их беседу пока не встревал, ему-то уж точно не о чем было говорить с этой дамочкой. Это у нее такой бзик случился – настояла на этих частых звонках. Ну что ж, в принципе, ее можно было понять – она мать. Правда, Дима не удержался тогда и съехидничал:

– И ночью будете звонить?

Женщина вспыхнула. Потом хищно сощурилась.

– Нет, ночью не буду. Но как только Димка проснется, то позвонит мне сам. Я и ему об этом скажу.

– Скажите-скажите, – с совершенно серьезным лицом кивнул Жуков.

Парни купили себе по мороженому, и, когда Димина порция уже подходила к концу, ожил и его телефон.

Maman.

Дима чуть не выронил мороженое из рук! Deja vu, честное слово! Помнится, совсем недавно уже было такое – они стояли с Димкой на улице и уплетали мороженое, когда позвонила Елизавета Константиновна. Она тогда еще пыталась уличить его в неприличном увлечении малолетками, да еще и мужского пола (шутка).

Жуков крякнул и полез в карман за трубкой. Maman поинтересовалась состоянием дел, передала привет от тетки из Можайска (звонила, велела всем кланяться). Сообщила, что на днях к ней заглядывала Галка. Была не одна, с Олесей. Девчонка забыла свою косметичку (!). Господи! Это в десять-то лет – КОМЕТИЧКА!

– Не заедешь ко мне сегодня? Я бы тебе ее отдала. Галина до тебя быстрее доберется, возьмет Олесе. Я круассаны со сгущенкой только что испекла…

Конечно, mama! С этого, в принципе, и следовало начинать! А то ссылаешься на каких-то там девчонок! Он задумчиво посмотрел на ребенка, энергично работающего языком.

– Можно я приеду не один?

Дима представил, как радостно ухнуло материнское сердце. Надо отдать должное выдержке Елизаветы Константиновны. Совершенно спокойно, даже как-то почти холодно она произнесла:

– Да, конечно, я буду очень рада.

– Димка, ты круассаны любишь?

Мальчик задумался.

– Не знаю. А что это такое?

Ну, да. Может он и не знает, что это. Вовсе не обязательно, чтобы мать покупала ему всякие сладости. А может и знает, да не сообразил сразу.

– Это такой пирожок с начинкой. Тесто очень вкусное, а внутрь моя мама кладет сгущенку. И закручивает рулетиком.

– Мы поедем к твоей маме?!

– Да.

– Далеко?

– Не очень.

– А как ее зовут?

– Елизавета Константиновна.

– А-а… – неопределенно протянул мальчик.

– Что – а-а?

– Просто так, ничего. – Он подумал немного. – А она про меня знает?

– Пока нет.

– Но она ведь сильно удивится!

«Да уж, представляю, как она удивится! – хмыкнул про себя Жуков, – Тем более что она явно ожидает увидеть рядом со мной какую-нибудь девушку, но никак не восьмилетнего пацана, да к тому же еще и совершенно чужого!»

– А что ты ей про меня скажешь?

– Правду, Дим. Все как есть, так и скажу.

– А что я там буду делать?

– Чай будешь с нами пить, я же тебе говорю, что нас там ждут круассаны. – Дима подумал и добавил: – А еще у меня там осталась одна классная книга, энциклопедия называется. В ней очень много интересных вещей написано, и картинки красивые.

– А я знаю, что такое энциклопедия.

– Ну, тем более.

Они позвонили в дверь и стали ждать. Маленький Димка поднял на большого Диму глазенки – сколько в них плескалось любопытства и восторга одновременно. Воистину – глаза ребенка – это целый океан различных эмоций!

За дверью послышались легкие шаги, щелкнул замок.

Секундное замешательство. Но Димка не растерялся.

– Здравствуйте! – Поприветствовал он довольно бодрым голосом хозяйку дома.

– Здравствуй. – Елизавета Константиновна высоко вскинула брови, подняла глаза на сына. Тот улыбнулся. – Кто это?!

– Мальчик, мам.

– Я вижу, что не девочка. – Она обратилась к гостю. – И как тебя зовут?

– Дима.

Брови maman взлетели еще выше.

– А меня – Елизавета Константиновна.

– А я знаю, – бесхитростно поведал паренек.

– Даже так?

– Мне дядя Дима сказал.

– Угу. – Она удовлетворенно качнула головой. – Ну что же, проходите. Я как раз заканчиваю готовить ужин. Думаю, дядя Дима мне с удовольствием в этом поможет.

– Я тоже могу помочь, я маме часто помогаю.

– Молодец. Но, полагаю, сегодня ты гость, так что помогать мне будет мой сын.

– Пошли, я тебе ту книгу найду. – Дядя Дима слегка подтолкнул мальчика вперед.

Димка был отправлен в комнату. Как и обещал, Жуков достал ему с антресолей свою старинную энциклопедию, и маленький гость жадно впился в нее глазами. Взрослые расположились на кухне.

Сказать по правде – Дима и сам по дороге сюда несколько раз прокручивал в голове этот разговор. Пытался подобрать хотя бы первые фразы – надо же будет с чего-то начать. Но сейчас его мозг словно отупел раз и навсегда. Ничего путного не шло в голову. Дима сопел и молчал, кромсая ножом помидоры с огурцами для салата. Поначалу молчала и maman – не то ждала, что сын начнет первым, не то раздумывала о чем-то своем. Наконец она не выдержала.

– Ну и что все это значит? Кто этот мальчик? – спросила Елизавета Константиновна. Она стояла спиной к нему и мыла в раковине яблоки.

– Тебе как – кратко или с подробностями? – усмехнулся сын.

– Как хочешь, лишь бы твоя старая глупая мать смогла все понять.

– Мам! Ну что ты на себя наговариваешь! Эти две дамы никогда, слышишь, никогда не будут твоими подругами!

Дима отложил нож и обнял мать за худенькие плечи. Потерся щекой об ее щеку и лишь потом поведал свою историю. Кое-что он, конечно, опустил – например, почти ничего не сказал о Димкиной матери, а тем более про первую их встречу. Но и того, что он рассказал, видимо, вполне хватило – maman развернулась от мойки и уставилась на сына как на сумасшедшего.

– И ты хочешь сказать, что вы общаетесь с совершенно чужим мальчиком уже несколько месяцев?!

– Ну… да…

– И у тебя ничего нет с его матерью?

– Причем здесь его мать? Ну, нет, конечно, я видел ее несколько раз…