Кстати, оказалось, что некоторые минеральные воды («Ессентуки» № 17) содержат соли лития в своем составе. Наверное, еще и поэтому они помогают при желудочно-кишечных заболеваниях, в патогенезе которых «нервный фактор» занимает не последнее место.
Депрессии имеют свойство повторяться, обладают цикличностью. Бояться этого и делать «страшные выводы», типа «жизнь не удалась», не стоит. Надо знать одно железное правило: любая депрессия, словно дождь, все равно когда-то закончится и пройдет. Нужно время и терпение: как врача, так и больного. И тогда выглянет солнце!
Для наглядного изображения типов личности используются различные геометрические фигуры. Мне встречались ромбы, квадраты, пирамиды, звезды, многоугольники.
Наиболее удачным, на мой взгляд, является круг. Его можно разбить на секторы, а с помощью векторов, идущих из центра, легче показать динамику развития и всевозможные переходы одного состояния в другое. Да и сам круг – производит впечатление завершенности, единого целого. «Солнечный круг, небо вокруг…»
Пока же расположим ось «цикло» на таком условном «солнечном круге» и отправимся дальше в поисках нормы.
Эта страшная шизофрения
«Schizо» (схизо) – расщепление, «phren» – вместилище ума, то есть голова.1 Правильнее было бы говорить – схизофрения. А схизофреник – буквально «человек с расщепленной головой». Страшная картина!
Хорошо, что в немецкой транскрипции SCH произносится как «Ш». Шизофрения – звучит более благородно. Слава немецким психиатрам, которые ее, великую психическую болезнь, открыли и назвали!
В конце XIX века Эмиль Крепелин описал dementia praecox (раннее слабоумие) у юношей: молодые люди, как правило, хорошо воспитанные и образованные, вдруг за какие-то месяцы становились чуть ли не идиотами. И приводил их к деменции какой-то необъяснимый и необратимый процесс.
Другой немецкий психиатр Э. Блейлер заметил, что это раннее юношеское слабоумие имеет свои, только ему присущие, особенности. Больные становятся аутичными – замкнутыми, нелюдимыми, отрешенными от внешнего мира. У них развивается расстройство мышления – мысли соскальзывают, обрываются (разорванность мышления), они используют множество несуществующих слов (неологизмов), делают непонятные выводы (паралогичность), в конце болезни их мышление вообще утрачивает какой-то смысл, а речь превращается в бессвязный набор слов – «словесную окрошку».
Кроме того, больные не способны чувствовать, их мало что трогает, они становятся эмоционально холодными, вплоть до эмоциональной тупости. Их не волнует даже смерть близких, зато какое-то другое незначительное событие может вызвать у них бурную неадекватную эмоциональную реакцию (синдром «дерева и стекла» – то тупые, как дерево, то вдруг хрупкие, как стекло).
Энергетический потенциал у таких больных также падает, они не могут что-то целенаправленно сделать, резко снижены все волевые процессы.
Называется такое состояние – своеобразным изменением личности, проще – шизофреническим дефектом.
Дефект – это:
1. Аутизм
2. Расстройство мышления
3. Снижение воли
4. Эмоциональная тупость
Шизофренический дефект и есть главная суть шизофрении! Не психозы, не галлюцинации, не депрессии, а дефект личности! Есть дефект – есть шизофрения. Нет дефекта – это какое-то другое заболевание. Таким образом, шизофрения – это процесс, ведущий к образованию дефекта личности. Попробуем нарисовать.
Еще можно нарисовать дефект в виде ямы, куда сваливается несчастный больной человек.
Как-то обреченно и несправедливо в отношении великой болезни! А ведь шизофрения действительно великая болезнь, которая дала миру великих гениев и великие открытия.
Злокачественная (юношеская) шизофрения
Крепелин описал достаточно быстрый приход больного в конечное состояние, к финишу-дефекту. Так бывает при злокачественном течении шизофрении. Практически мгновенно.
Такое быстрое течение болезни чаще встречается у молодых людей, поэтому ее еще называют юношеской шизофренией.
Девушка из провинциального городка. Вундеркинд. Гордость школы. Предмет восхищения родителей. Росла правильной и послушной девочкой. По Крепелину – образцовый ребенок. Всегда все делала так, как положено делать. Положено спать в десять, значит, всегда в десять. Положено руки мыть перед едой, всегда мыла руки перед едой. С учителями – вежливая, с родителями – послушная. Золотая медаль. Поехала и поступила не куда-нибудь, а на мехмат МГУ! Тогда еще не было ЕГЭ.
Представьте себе: глубокая провинция, девочка без всяких репетиторов, без блата, на сложнейший факультет! Первый курс отучилась влет. Одни пятерки. В группе большинство – мальчики. Все в нее влюблены, она – ни в кого. Учеба! Учеба! И еще раз учеба! И вдруг…
– Доктор, зачем она в него влюбилась, ведь не было бы ничего! – сокрушаются родители.
За год болезни образцового ребенка не узнать. Бессмысленная стереотипная улыбка. Речь разорванная, по сути – набор слов. Выражение лица тупое, взгляд пустой. Отрешена от мира. Ничего ее не интересует. Если удается достучаться, привлечь внимание – оказывается, помнит высшую математику, даже задачки может решать. Но не хочет. Зачем? В одежде и прежде вкусом не отличалась, но сейчас неряшлива, все сикось-накось надето. Не причесывается. Ногти не стрижет. Карманы наполнены грязными бумажками и прочим мусором. А вот руки перед едой как мыла, так и моет. За стол без этого не сядет. Зато чистыми руками может съесть кусок грязного, с полу поднятого хлеба. Спать также ложится ровно в десять часов. На матрас без простыни. Не всегда санитарочка успевает постелить.
Печальная картина. На свидании плачущая мать обнимает ее, а она недоуменно смотрит по сторонам. Вдруг внимание привлекает бумажка на полу, рассматривает, начинает рыдать.
– Что случилось?
Оказывается, у любимого певца на картинке оторвана рука. Вот горе!
А мать что? Покушать принесла. Это хорошо. Слезы вытерла и жадно запихивает в рот все подряд. Не разбирая. Зачем обниматься на прощание? Ну да ладно, позволю, если ей так хочется. А то не принесет больше журналы с картинками…
Бойтесь образцовых детей. Ребенок должен шалить, не слушаться, капризничать – это нормально. Обычные дети не заболевают юношеской шизофренией. Зато вундеркинды… Сплошь и рядом. Редко кому удается проскочить пубертатный возраст. Гениальность и болезнь – они так близко, так легко могут перейти одна в другую.
Почему природа требует за гениальность такую высокую плату? Десятки, сотни покалеченных жизней. Представьте, с помощью нанотехнологий удастся исправить ген злокачественной шизофрении. Однако не выплеснут ли тогда вместе с водой и ребенка?
Не будет злокачественной шизофрении, не станет новых Моцартов, Эйнштейнов, Лермонтовых, Ландау и многих других вундеркиндов, которым удалось проскочить через риск болезни и стать гениями. Не будет гениев, может остановиться прогресс. Однако много гениев природе не надо, прогресс должен идти постепенно. Возможно, отсюда и «поломки» в виде злокачественной шизофрении? Кто знает!
О заболевших вундеркиндах часто говорят: «Переучился!» Хорошо, давайте заберем детей из музыкальных и художественных школ, давайте будем ругать их не только за «двойки», но и за «пятерки». Запретим, в конце концов, читать книги, сидеть за компьютером. Ничего не получится. Как говорится, против природы не попрешь!
Не переучились они! Просто мозг у них такой: настроен на поиск знаний, информации. Мышление у них особое, мир они воспринимают иначе, такими родились. Что бы мы ни делали, какие запреты ни ставили, гении идут напролом, сметая все на своем пути. Талантливые люди в отличие от гениев не могут все сметать. Они свои таланты раскрывают только при определенных условиях… Если не будет условий, талант может себя и не проявить… Я бы поменял строчку у поэта:
«Талантам надо помогать…А гении прорвутся сами…»
Правда, если благополучно минуют риск юношеской шизофрении.
Шизофренический процесс хоть слегка, хоть чуть-чуть, но задевает своим крылом гениев. Оставляет след на всей личности в виде микродефекта (дефицитарности). Словно небольшая царапина на лице: заметна, но не болит и не беспокоит.
О людях, задетых процессом, можно сказать: загружены своими идеями и ничего вокруг не видят, замкнутые и нелюдимые, а можно назвать их особенности – аутистическими чертами личности.
Фейерверк идей, парадоксальное мышление и одновременно какая-то чудаковатость, беспомощность, неприспособленность, неспособность решить простые бытовые вопросы. Одержимы в продвижении своей идеи, зато вся их воля куда-то пропадает, чтобы добиться чего-то для себя (остаются без квартиры, без денег). Все крутятся вокруг них, а они даже не ценят, как должное воспринимают. Кто-то назовет это черствостью и эгоизмом, психиатры же – эмоциональной холодностью, одним из проявлений общей дефицитарности.
