Читаем без скачивания Бандитская Лиговка - Николай Пономаренко

Калашников рухнул как подкошенный. Острая боль в ноге не помешала расчету действий. Открывать ответный огонь в столь людном месте нельзя. Сержант помнил случай, когда на таком же рыночке две группировки выясняли отношения. Стреляли. Но хоть бы кого из своих компаний ухлопали или даже ранили. Зато одна шальная пуля , пролетев в узкую щелочку между двух ларей поразила женщину, мирно стоявшую на трамвайной остановке. Пусть уходит, можно притормозить в более безопасном районе. Влево рванул. Это хорошо, там дворы, закоулки пустынные. За ним! Правая штанина отяжелела, напитываемая кровью. В ботинке хлюпало. Но азарт взбадривал, адреналин действовал. Калашников, прихрамывая, бежал за стрелком. Через улицу в подворотню. Двор. Где он? Отсюда - только в одну из трех парадных. За спиной раздался топот.

- Вы остальных бросили?

- Ты ранен?

- Кость цела.

Макаров и Стечкин, услышав выстрел, прибежали на помощь.

- Ладно. Как раз по парадной на человека. Пошли.

Милиционеры побежали каждый к своей двери. Повезло опять же Калашникову. На четвертом этаже услышал испуганный крик в квартире. На звонки дверь не открыли. Сержант связался в РУВД. Через несколько минут в подъезд вбежала странная парочка. Шкворень в комбинезоне с десятком-другим нашивок, в изящном бронике, в глухой маске - только прорези для глаз - и с пистолетом в руке. За ней следовал натуральный Рэмбо. Это Шайтанов учудил. В пику экипировке Полины Антоновны, он облачился в спецназовский камуфляж, навесил на пояс пару пистолетов, взял единственный в управлении пулемет, два автомата, покрыл лицо боевой раскраской. Шкворень - ноль эмоций. Шутка не удалась. Зато многие приехавшие к дому наряды милиции шептались об обморожении мозгов начальника ОУР.

Калашников указал этим Бонни и Клайду на дверь, из-за которой вопил беглец-стрелок.

- Дайте мне самого старшего, самого главного мента! Мне нужны гарантии! Отпустите меня!

- Начальник районного управления внутренних дел вас удовлетворит? спросила Полина Антоновна.

Опустим тот поток грязных слов террориста по поводу вопроса об удовлетворении, заданном женским голосом. Оставим, пожалуй, только это:

- Ты издеваешься, чувырла? Я сказал - главного!

- Я тут главный! - прибавив железных ноток, объяснила Шкворень, - На, читай ксиву.

Полина Антоновна поднесла развернутое служебное удостоверение к дверному глазку.

- Если вздумаете стрелять через дверь - бабу пришьете, я её перед собой держу.

- Читай.

- Не вижу ни хрена.

Полина Антоновна в маске вертела удостоверение, подсвечивала его миниатюрным фонариком, но террорист твердил, что ничего не может разглядеть.

- Ладно, заходи. Без одежды! Без ничего! Только ксива в поднятой руке.

- Нагишом?

- Голым, я сказал!

Задача...

- С тобой женщина, заложница. Трусы-то хоть можно оставить? - баском попросила Шкворень.

- Валяй. Но если замечу оттопыривание - хлопну эту тетку.

Полина Антоновна улыбнулась одними губами.

- Не дури. В трусах у меня ничего не оттопырится.

Шайтанов решил за начальницу:

- Я пойду.

Полина Антоновна, пронзив уничтожающим взглядом подчиненного, томным движением сняла маску. Две половинки бронежилета отделились друг от друга и упали с грохотом на цементный пол. Медленно разлепила липучки и верхняя часть комбинезона сползла до бедер.

- Расстегни, - бросила амазонка Шайтанову, стоявшему за спиной.

Черный бюстгальтер сзади тоже скреплялся липучками. Он упал на пол, издав металлический звук.

"Бронепластины", - догадался Шайтанов и сглотнул слюну.

Шкворень, оставшись в одних узеньких трусиках, повернулась к боевому товарищу.

"Вы будете следующим", - хотела сказать она, но осеклась на первом слове.

Шайтанов стоял обнаженным. В одних носках.

- Разрешите я пойду первым, товарищ подполковник.

Шкворень возмутилась внешним видом подчиненного.

- Почему вы в одних носках, товарищ подполковник?

- Где же ещё я спрячу пистолет? - резонно ответил Олег Стефанович.

- В п... во где! - ответила Полина Антоновна, разгневанная наглостью офицера, пытавшегося опередить своего начальника при выполнении служебного долга.

Шайтанов отодвинул начальницу от двери.

- Я не позволю женщине рисковать жизнью.

Засевшие за лифтом Калашников, Стечкин и Макаров бились об заклад чья возьмет? Все желали, чтобы в квартиру вошел доблестный начальник угрозыска, а начальница в трусиках осталась бы на площадке.

- Сдать оружие! - приказала Шкворень.

Наклонившись, она выхватила из носка Шайтанова крохотный "Баярд". В это время щелкнул замок.

- Заходи как я говорил - руки вверх.

Первой в приоткрытую дверь протиснулась Полина Антоновна. Крепкий мужичок приятной наружности сидел на диване напротив двери и держал пистолет у виска черноволосой молодой женщины. Сразу стала заметна его ошарашенность. В комнату вместо какого-нибудь лысого спецназовца вплывала женщина с выдающейся грудью, в одних намеках на трусики и с неизменной, наверное, улыбочкой. В поднятой руке она изящно держала красное удостоверение.

- Ты кто такая есть? - бандит пожирал её глазами.

Но это было ещё не все. За женщиной показался совершенно голый мужик. Террорист ещё больше растерялся. Этих секунд хватило Шайтанову на то, чтобы выхватить из трусов начальницы свой пистолет, зажатый Полиной между мягкими её ягодицами. В этот же миг Шкворень швырнула в бандита удостоверение.

- Читай!

Это ещё больше дезориентировало преступника. Когда он интуитивно дернулся, чтобы поймать красную книжечку и отвел оружие от головы заложницы, Шайтанов прыгнул, схватил бандита за руку и заломил её за спину по всем правилам. Мужчина заорал, выронил пистолет. Прыжок голого начальника ОУР доконал нервы заложницы. Она в обмороке сползла с дивана. Полина Антоновна завернула за спину вторую руку бандита. Шайтанов извлек из носка наручники, защелкнул их на запястьях задержанного и пнул его ногой под зад. Тот распластался на полу мордой вниз.

- Лежать!

- И не оборачиваться!

Только теперь они ощутили опасность. Этот пистолет на полу ещё минуту назад мог уложить их обоих. Ведь они даже не в бронежилетах. И даже не одетые. Полина Антоновна вмиг ослабела и рухнула на диван. Олег Стефанович упал рядом.

- Закурить бы, - пожелала Шкворень.

Шайтанов достал из носка пачку сигарет и зажигалку. Закурили. Олег Стефанович за наступившей ненадобностью убрал из носков все остальное припрятанное - газовый баллончик, электрошок, бутерброд с сыром, пять тысяч рублей и пачку презервативов.

- У вас хорошо тренированное тело, майор. Прекрасный прыжок.

- У вас тоже. Спрятанный пистолет был почти незаметен.

- Вам бы ещё трицепсы подкачать, хотя бы как у меня.

- Все некогда - служба.

- У вас получится. Что-то прохладно сделалось. Прижмись плотнее.

Мужик на полу не выдержал:

- Чем вы там занимаетесь, мать вашу? Голубки! Долго я так лежать буду?

- Не знаем, - в один голос ответили Полина и Олег.

Вечером Шкворень зашла в кабинет начальника отдела угрозыска.

- Что за тип?

Начальница уселась за стол Олега Стефановича, на котором одиноко стояла артиллерийская гильза - пепельница. Под стеклом, покрывавшим всю столешницу, в понятном одному Шайтанову порядке, а точнее, беспорядке лежали десятки фотографий. Портреты из личных дел, фотороботы, трупы, части тел, предметы одежды, следы обуви, отпечатки пальцев... Все вместе это складывалось в чудовищную наглядную картину одной стороны жизни района. Криминальной. Шайтанов демонстративно молчал, стоя рядом со своим креслом, нагло занятым начальницей.

- Что за тип, Олег? - переспросила Шкворень, не отрывая глаз от фотографий.

- Какой из них?

- Видно, ты отупел от вида голой начальницы. Я спрашиваю про того, что мы задержали утром.

- А, тот... Боевик из одной бригады. После выяснения личности направили сообщение в главковскую сводку. Вскоре позвонили руоповцы, сказали, что это их клиент. Ну и забирайте, говорю, раз он ваш. Мы свое прокукарекали и ладно.

- Садись, не стой. Из какой бригады, коммунистической?

- Вроде бы Лосевской группировки. Есть в районе такой авторитет Лось. Мы так прозвали для себя. А наши кликухи липнут, вы знаете. Так и в его среде сначала за глаза, а потом и лично этим самым животным стали называть. Обижался сначала, потом понял, что это лучше, чем тушканчик какой-нибудь.

- Почему же он все ещё в своей среде?

- Руоповская клиентура. Мы туда не лезем. Махнет ножичком или удавит кого лично - возьмем и не пикнет. Но не машет, не давит. Честный коммерсант получается. Собирается очередной магазин открыть. То есть переоткрыть. Отобрал у прежних хозяев. И уже на другую фирму позарился. Как раз сегодня у них была стрелка на Лиговском. Лосевские разбирались с крышей какого-то Янсона, коммерсанта. А тут наши бойцы подкатили - Калашников, Макаров и Стечкин. Дальше вы знаете.