Читаем без скачивания Анна - Нина Еперина

Мужчина что-то говорил ей, но женщина плохо слышала из-за крика чаек и музыки, и с нежеланием отвлекаясь от своих мыслей, наклоняла к нему голову, чтобы услышать. Рядом с ними стояла инвалидная коляска, и Анне стало жаль этого модно, и дорого одетого старика, и его спутницу.

Молодая девушка одиноко кормила хлебом с берега крикливых чаек. Вокруг нее собралась уже целая стая птиц. Они наперебой друг перед другом старались быстрее соседей поймать на лету крошки и устремлялись с ними к самой кромке воды, где сидели еще более крикливые птенцы, которые выросли больше родителей и нахально требовали корм.

– Вот так и люди! – громко, ни к кому не обращаясь, сказал седовласый господин как-то очень уверенно, как будто он был здесь «главный». – Взращивают свое потомство, которое потом благодарит их полным невниманием и презрением.

– Я думаю, что это потому, что люди очень большие эгоисты. – как бы ответила ему Анна из чувства противоречия. – Наверняка обиженные родители создали подобную ситуацию сами, не приучив своих чад к ответственности, потому что родили их на белый свет только для того, чтобы утешить свою эгоистическую гордыню. Я, например, не понимаю, когда женщина говорит: «Я родила его только для себя»! Как это, для себя? Разве человек, это игрушка? Женщина рождает ребенка для того, чтобы он жил! Чтобы он был! И был сам для себя!

– Вы, наверное, не замужем и детей у вас нет. – повернув голову в сторону Анны чванливо констатировал седой незнакомец достаточно громко, чтобы Анна услыхала его за криком чаек.

– Да. Я действительно не замужем и детей у меня нет. – скромно ответила Анна, попустив мимо ушей «подкол».

– Ну, тогда, о чем мы говорим? Вы должны вначале пожить в социуме, в семье, а потом иметь такую четкую и категоричную точку зрения.

– Я выросла в семье, в которой было девять детей, а я десятая, поэтому могу иметь четкую точку зрения на семью, и знать законы внутри такого большого сообщества людей.

– Я плохо вас слышу, не могли бы вы пересесть за наш столик? – обратился вдруг к ней старик с совершенно другим выражением на лице. – Если вас это не затруднит.

– С удовольствием. Меня это не затруднит. – Анна с фужером в руке пересела за столик к соседям.

– Разрешите вам представиться. Меня зовут Марк, а мою бонну Мария.

– А меня Анна.

– Вы француженка? – спросил Марк. – Хотя, о чем это я. Француженки не могут быть так красивы. Они могут обладать шармом, изыском, но не красотой, а вы очень красивы. Вы русская.

– Я не русская, но выросла в русскоговорящей семье. Моя мама итальянка, а папа наполовину поляк, наполовину еврей.

– Мария! Посмотри! Я как всегда прав. Именно польско-еврейские корни передали вам такую шикарную и великолепную привлекательность. Про еврейских женщин давно всем известно! А из европейских народов самыми красивыми всегда были польские пани. Это потому, что костры инквизиции редко пылали на польской, свободолюбивой земле и позволили Польше сохранить свой женский генофонд почти не пострадавшим.

– Интерееесно. Я думаю, вы, наверное, историк? Вы хорошо знаете историю. – улыбнулась Анна.

– Нет, милая деточка. Я пенсионер, но любопытный пенсионер-профессор. В прошлом я и историк, и физик, и химик и даже изотерик. Я ученый, и как шутит моя бонна, прошлых профессоров не бывает.

– Вы увлекаетесь потусторонним? Это так интересно! Я всегда мечтала встретить когда-нибудь человека, который знаком с такими необычными знаниями.

– Вот вы его и встретили. Можете задавать ваши любопытные вопросы. Но должен вам заметить, что, как правило, люди, интересующиеся изотерикой и имеющие такие умные глаза или второй группы крови, или отрицательного резуса. Сознайтесь!

– У меня действительно отрицательный резус фактор, и о чем это вам говорит? – удивленно спросила Анна.

– А говорит это мне, девочка моя, о том, что вы и должны интересоваться потусторонним, потому что имеете космические гены! Вы потомок заселенной из космоса белой расы! У вас на генетическом уровне предрасположенность к потустороннему, и вы получаете подпитку этих знаний из Космоса во время сна, а пользуетесь интуитивно. Вот что это мне говорит!

– Надо же! – удивилась Анна. – а мне никто раньше этого не рассказывал. Вот мои вопросы и посыплются на вас, если вы мне это позволите. А у меня так много вопросов, что я не знаю с которого начинать!?

Именно в этот момент музыка перестала играть, и молодой бармен переставил диск. Заиграла медленная музыкальная пьеса. Бармен уселся на высокий, барный стул и стал очень внимательно сверлить Анну взглядом.

– Начните с самого животрепещущего. – мило улыбаясь тихо и загадочно сказал профессор. – Я знаю, какой вопрос может интересовать молодую девушку с такими умными глазами. Да! Бог есть! И инопланетяне тоже есть. Да, вы реинкарнируетесь, то есть перерождаетесь духом, и живете уже не одну жизнь на этой планете, судя по вашим глазам.

В эту минуту зазвучала песня «Линдомани» в исполнении Анны, и она удивленно повернула голову в сторону музыкального аппарата. Песня была совсем новая, она только что появилась в эфире, но в этом маленьком кафе ее уже знали и имели ее диск!

Молодой бармен занервничал и стал рыться под барной стойкой, а Анна стала задумчиво слушать песню.

– Сдается мне, что этот голос очень напоминает мне голос одной знакомой певицы по соседству. – с улыбкой и хитрецой в глазах прервал ее размышления профессор. – Уж не вы ли, голубушка, поете эту песню?

– Я. – скромно подтвердила Анна и даже чуть покраснела.

– Боже мой! Она умеет краснеть! – по-детски всплеснул руками профессор. – Какая красота и невинность! Вы чудо!

Тут же к столику подбежал молодой бармен. Он нашел то, что искал. Это был новый глянцевый журнал с большой фотографией Анны на обложке. А она и не знала, что журнал тоже уже вышел к широкой публике.

– Это вы? Я вас умоляю – автограф! – и протянул ручку, а потом очень довольный уселся с журналом в руке обратно на высокий стул и стал дальше сверлить Анну немигающим взглядом, в котором читалось фанатичное обожание. Остальные посетители тут же отреагировали и тоже стали рассматривать Анну любопытными взглядами.

– Деточка. – встрепенулся профессор – У меня есть предложение. Через пару минут за нами приедет наш водитель. Не хотите ли составить нам компанию, а моя бонна Мария заварит нам чудеснейший чай с травами у меня в беседке на вилле. Я вас приглашаю. – и выразительно скосил глаза, указывая ими на молодого бармена и прочих посетителей.

– Я с удовольствием. – кивнула Анна, понимая, о чем он предупреждал ее взглядом профессор.

Она помогла Марии усадить профессора в инвалидное кресло, и они выкатили его на проходящий вдоль дороги тротуар, повторяющей изгиб моря, под взглядами посетителей им в спину.

Глава пятая

Профессор

Беседка была большая и уютная. Она больше напоминала китайский чайный домики и была оборудована всем необходимым для красивого приема пищи в сопровождении гостей или друзей. Самое главное место занимал добротный дубовый стол на двенадцать персон, застеленный классически скатертью с кистями и уже сервированный изначально.

То есть гостей в беседки ждали всегда, каждую удобную для них минуту.

– У вас здесь так приятно и такое чувство, что вот сейчас, через минуту, нагрянут гости. – с улыбкой сказала Анна и уселась в предложенное хозяином кресло у большого, но не разожженного камина. Сам Марк пересел с помощью Марии из инвалидного просто в кресло с другой стороны камина и, проведя рукой по пространству, сообщил:

– Это закон. Моя беседка всегда должна быть готова к приему гостей. Сегодня гости такая очень большая редкость, а времени в моей жизни осталось так мало, что я стараюсь экономить его даже на ожидании сервировки стола. Чтобы гость преобладал в хорошем расположении духа и был готов к общению, он должен быть сыт! Вот тогда он благодушен и приветлив. Не так ли? Кстати, у меня шикарный повар!

– Совсем не европейская точка зрения. Европейцы, а особенно немцы, страшные скупердяи. А у вас почти так же, как приучила меня когда-то моя приемная, русская мать, тоже Анна. Это чисто по-русски накрывать стол на не пришедших еще гостей. В моей приемной семье стол был накрыт всегда, потому, что семья стабильно садилась за стол почти вся только к обеду, а в остальное время, как и у всех, сплошной перекус. А мне нравится, когда вся семья за столом, когда папа вслух читает молитву, когда говорят друг другу «приятного аппетита» и поднимают себе трапезой общее настроение.

– Деточка! Это прекрасно! Мало этого, такая трапеза, как говорят сейчас, экологически чистая, потому что молитва перед едой очищает пищу от плохой энергетики. Вы удивитесь, но даже чай в вашей чашке, если его размешивать против часовой стрелки, несет негатив, а как готовили вашу пищу повара, и как ее перемешивали, вы не знаете! Поэтому молитва просто необходима перед трапезой! Но не всем выпало в жизни такое счастье. Люди моего возраста редко имеют семью. Европа отдала дань своим населением страшной мировой войне, вот и я не остался в стороне. Воспитанием единственного сына занимался без женщины. Поэтому и жаловался вам на невнимание детей, которые в данную минуту времени даже неизвестно где! Даже не звонит! – профессор стал возбужденно жестикулировать. – Как будто ему все равно, что может случиться с его престарелым отцом! Безобразие!