– Я позвал целителя, чтобы осмотреть твой ожог на груди, – сказал Рагавурр, когда мы уже подплывали к моей комнате.
Я уже и позабыла, что подаренное им колье оставило на мне шрам в тот день, когда он забрал Рриану.
– Он меня уже не беспокоит.
– Зато меня беспокоит.
В комнате на софе уже сидел средних лет Оиилэ, с лысиной и непривычным для подводного жителя круглым большим животом. Рубашка, которой он попытался прикрыть свою необъятность, свободно колыхалась вокруг него. Он велел мне лечь на кровать и опустить вниз ворот платья. Служанка помогла мне расслабить завязки на спине, и я стянула вниз ворот, недовольно поглядывая на посла, который смотрел на верхнюю часть моей груди слишком внимательно.
Целитель коснулся шрама и покачал головой.
– Сложный случай, но излечимый, – он достал из кармана два лунных камня – фиолетовый и жёлтый – взял их в левую руку и зажал в кулаке, а правой рукой коснулся моей груди. От его прикосновения по коже не пошли мурашки, как это бывало, когда меня касался посол. Но от ладони целителя чувствовалось приятное тепло. Оно расходилось по груди пульсирующими волнами, принося с собой непривычную лёгкость. В Улиан Гиугин целителей не было, и я с интересом наблюдала за обрядом.
Спустя несколько минут пузатый Оиилэ убрал руку, спрятал лунные камни назад в карман и раскланялся. Я удивлённо приподнялась, придерживая одной рукой платье, чтобы оно не опустилось ниже. Служанка принесла мне небольшое зеркальце, и я стала изучать своё отражение. Кожа, которая до обряда была красной и неровной, стала гладкой и по цвету почти не отличалась от здоровой.
– Со временем его совсем не будет заметно, – сказал Рагавурр.
Кто-то провёл рукой по жемчужному занавесу на двери.
– Войдите, – пригласил посол.
Я натянула ворот платья выше. В комнату вплыл молодой Оиилэ с ремнём и несколькими небольшими сумками на поясе – это был посыльный.
– Прибыли водоросли из Оламин Гиугин, господин. Куда их отправить?
– Никуда. Оставьте за домом. Моей избраннице теперь будет чем заняться, – он искоса взглянул на меня, и мне стало интересно, какие из увиденных нами на рынке видов он купил.
Как только посыльный уплыл, я поторопила служанку, и она наспех затянула на моей спине завязки платья. Его уже хотелось сменить, но до этого я надеялась найти спрятанную послом сумку с одеждой.
Рагавурр проводил меня на улицу, и мы заплыли за дом, где была большая совершенно пустая придомовая территория. У стены дома в несколько рядов были выставлены различные горшки с водорослями, те самые, которые понравились мне больше всего. Я окинула взглядом прилежащую территорию.
– Что из этого я могу использовать под сад?
– Всё, – ответил посол.
Всё! Я принялась планировать дорожки и лавочки, высокие заросли и низкие, клумбы и клумбочки. Посол выделил мне в помощь слуг, велел не перетруждаться и вернулся к делам. Я же распоряжалась слугами до позднего вечера, пока один из них не взмолился о пощаде. Солнце было уже низко, и город погружался в полумрак.
– Хорошо, можете идти. Завтра утром продолжим.
Я поймала на себе взгляд полный отчаяния, но слуга со вздохом кивнул и уплыл отдыхать, за ним потянулись остальные. За день мы успели многое, но не высадили ещё ничего. Зато на песке уже виднелась схема сада и вымощенные камнями дорожки.
На следующий день мы высадили водоросли из горшков. К обеду приплыл мастеровой и принял заказ на лавки, а после обеда мы начали высаживать клумбы.
К третьему дню сад был готов, юный, с редкими торчащими тут и там растениями, он обещал вырасти красивым и густым. Может быть, этот сад сумеет отвлечь меня от щемящей в груди тоски по дому.
Когда мастеровой закончил установку лавок, я села на одну из них и с удовлетворением смотрела на плоды своих трудов. Сзади послышался плеск воды – кто-то приближался. Я обернулась.
– Приветствую тебя, Лэина из племени Улиан, – прокричал Омин издалека.
Он подплыл и сел рядом со мной на лавку, но я отодвинулась от него чуть дальше, чтобы даже наши одежды не соприкасались. На мне было всё то же платье, которое после трёх дней работ стало грязным и потрёпанным. Я так и не смогла найти свою сумку и подозревала, что Рагавурр хранил её у себя в комнате. Туда заглянуть я пока не решалась, но сегодня его не было дома, и я чувствовала в себе прилив смелости.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Омин смотрел на разбитый позади дома сад, и что-то похожее на удивление и страх читалось в его лице.
– Лэина, скажи мне честно, Рагавурр об этом знает? – Омин обвёл рукой панораму сада.
– Конечно. Он сам купил для меня водоросли в Оламин.
– Хорошо! Удивительно, но хорошо. Страшно представить, что бы было, если бы ты разбила здесь сад без его разрешения.
– А что такого?
– Он не любит растения. Да и вообще, мы же не в Оламин Гиугин. В Ругоии практически не встретишь садов.
Я пожала плечами. Посол сделал это явно не из любви к растениям и уж точно не из любви ко мне, просто ему надо было меня чем-то занять. Но лучше так, чем сидеть целыми днями в комнате.
Я видела Омина лишь второй раз в жизни и, не зная, о чём говорить с этим Оиилэ, опустила голову и стала разглядывать свою метку на ладони. Он скользнул по ней взглядом.
– Этот шрам выглядит странно, – сказал Омин. – Ты уверена, что получила его в детстве? Слишком уж он… яркий. Кажется свежим.
– Уверена.
– Рагавурр хорошо с тобой обращается, Лэина?
Я усмехнулась, но ничего не ответила. Мне не хотелось с ним откровенничать.
– Ну, раз он разрешил тебе хозяйничать в доме, значит, всё в порядке. Должно быть, он настроен серьёзно. Его невесты придут в ярость, когда увидят этот сад.
Я подняла на него глаза.
– Кто-нибудь может мне объяснить, что за невесты?
– Он так и не рассказал? – Омин вздохнул и покачал головой. – Я бы с удовольствием объяснил тебе, но Рагавурр не любит, когда вмешиваются в его дела. Боюсь, тогда мы с ним опять поругаемся. Спроси у него сама. В конце концов, он же Оиилэ, которому ты дала согласие на ухаживания. Должен тебе рассказать…
Я хмыкнула.
– Согласие? Скажи мне, Омин, за всю историю как много наследниц Лаан дали согласие на ухаживания одному из Ругоии?
– Ты вторая после невесты Норага.
– Она разорвала помолвку.
– Вот как… Ну, до истечения третьего месяца тебе всё равно отсюда не уплыть. Придётся потерпеть, – он посмотрел на меня понимающе. – Кстати, ты же из рода Арагерра? Ты застала пробуждение Лунной жены?
– Застала.
– Хорошо, что между Лунной четой больше нет Связи. Иначе эта Рриану принесла бы всем немало бед.
Мои щёки вспыхнули, и в груди зашевелился гнев.
– И что с того, что Связь разорвана?! Я уверена, они уже ищут способ её восстановить!
– Глупости. Все знают, что разорванные Связи не восстанавливаются… Даже если Улиан хочется верить в чудо, это не значит, что оно произойдёт.
– Вам, Ругоии, никогда не понять нас, Улиан! Мой брат не сдастся, как и мой род. В нашем племени впервые появилась Лунная жена. Она спустилась в колыбель глубины, нашла и пробудила изгнанный трезубец Ариан. Ради неё он поднялся из бездны, и Морской дракон пропустил его. Значит, таково было решение Океана. Новое течение не остановить! Оно уже набрало силу и двигает камни на своём пути. Вы можете бояться, вы можете сражаться, но рано или поздно вас точно также унесёт потоком перемен!
Я вскочила с лавки. Он попытался схватить меня за руку, но я оттолкнула его.
– Я не хотел тебя обидеть, – он кричал мне вслед, когда я плыла ко входу в магиу Рагавурра.
Разозлённая словами Омина, я устремилась к комнате посла. Во мне уже не было страха, кровь моих предков закипала в жилах, и мне хотелось что-нибудь разбить или кого-то ударить. Но первым делом я собиралась забрать свою сумку с нормальной приличной одеждой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Раздвинув жемчужный занавес, я заплыла внутрь комнаты Рагавурра. Интерьер был простым, я бы даже сказала стандартным. Вместо трюмо у окна стоял широкий письменный стол, и на нём лежала знакомая мне шкатулка, та самая, которую акула принесла ему из Лаан Гиугин. Мысли о сумке и об одежде тут же улетучились, и всё, о чём я могла теперь думать, свелось к содержимому этой загадочной шкатулки. Я подплыла к столу и протянула руку.
