— Ты предлагаешь похитить детей и держать их в заложниках, — от неожиданности он перешёл на ты.
— Именно, — она в удовольствии прищурила свои тёмные глаза. — Выкрасть мальчишек в возрасте от десяти до четырнадцати лет, наследников Домов или достаточно близких родственников их глав. А уважаемым родителям намекнуть: дёрнется один — пострадают ВСЕ дети.
— Да они же при таких условиях любую темницу по камешку разберут! — испугался Юргон. Ему и раньше приходилось выполнять поручения своего императора, находящиеся за гранью законности, но связываться с разъярёнными главами Высоких Домов до ужаса не хотелось.
— А кто говорил о темнице? — от удивления её глаза расширились и стали просто нереально громадными. — Это же дети! Они не должны страдать за грехи родителей. Во всяком случае, не в этом возрасте.
— И что тогда с ними делать?
— Отправим в пеший поход. Сам потом посмотришь, куда можно, чтобы и не сильно населённым район был, и какая-нибудь аномалия, препятствующая магическому поиску, присутствовала, и не слишком опасно, и достаточно интересно. Этим мы ещё и хороший задел на будущее сделаем. За время совместного путешествия и преодоления множества опасностей молодая поросль империи наверняка сдружится. Особенно если присматривать за ними, поставить какого-нибудь отставного армейского капрала.
— Да, это было бы хорошо, — Юргон мечтательно улыбнулся. — Однако как вы предлагаете это осуществить? Детей наверняка неплохо охраняют. Хорошо, одного-двух я смогу выкрасть, а остальных встревоженные родители спрячут так, что сам Хамм не отыщет.
— Почему ты должен быть один? Найди себе команду. Финансирование я вам обеспечу.
— Где? Оборванцы с улицы на такое дело не годятся. Здесь нужны люди опытные, специально обученные. Такие есть только в армии да на службе у Высоких Домов. Даже если мне удастся переманить нескольких, можно ли им будет доверять?
— А уголовники? Среди них есть люди с самыми разными способностями. Пройдись по тюрьмам, разузнай, кто и за что сидит. Предложи службу в обмен на амнистию.
— Уголовники? — брови Юргона стремительно поползли вверх. — Рискнуть доверить такое важное дело столь сомнительным людям?
— А ты не спеши с выводами. Там тоже разный народ встречается. Присмотрись, поговори, а как выберешь, приводи ко мне для знакомства. Может быть я скажу, кто и чего стоит.
— Вы способны заглянуть в душу к человеку?
— Нет. Но у меня большой опыт в наблюдении за людьми в кризисных ситуациях. Ладно. Будем считать, что этот вопрос мы обговорили. Хотя остаётся ещё масса моментов, над которыми стоит поработать подробнее. Но не сейчас. После того, как ты подберёшь себе надёжную команду. Переходим ко второму вопросу.
— К деньгам.
— К деньгам. Налоги для производителей увеличивать действительно нельзя, тут я с вами согласна. Даже может быть стоит уменьшить. Немножко. Зато сократить бюрократический аппарат нужно непременно. Посмотреть без кого можно обойтись. И уничтожить львиную долю придворных должностей. Во всяком случае, Подавальщик Утренних Тапочек мне точно не нужен. А он из казны получает каждый месяц столько, сколько средний ремесленник зарабатывает за два года.
— Аристократия будет недовольна. Это всё ведь чьи-то кузены, племянники и прочая родня.
— Что делать с их недовольством мы уже придумали. Если не хотят сами содержать своих родственников, пусть отправляют на дорожное строительство. Там всегда нужны чернорабочие. Хватит кормить дармоедов.
— Почти половина столичного Высшего Света — в чернорабочие. Мне это нравится, — он откинулся на спинку кресла, лицо его приобрело мечтательное выражение. Тишину кабинета разорвал громкий звук — били часы, расположенные в простенке между окнами. Полночь. Пора заканчивать посиделки.
— Есть что-то ещё, что мне нужно знать или срочно сделать? — она поднялась с кресла, подумав, что его точно нужно будет заменить. Император-то был, она бросила мимолётный взгляд на парадный портрет в золочёной раме, высоким мужчиной и мебель имел соответствующую. А её в этом кресле из-за стола едва видно.
— Созовите на завтра заседание кабинета министров. Пусть посмотрят на новую властительницу. И ещё было бы не плохо ещё раз показать вас народу. С теми же целями. Какое-нибудь публичное мероприятие.
— Посещение городских храмов?
— Годится, — на Юргона напала неудержимая зевота, он постарался её скрыть, но видно неудачно, потому как Ашам, глядя на него начала собираться. Уже на пороге кабинета она обернулась:
— Слушай, а твой кузен действительно спал в этом бальном зале на монстре кроватной индустрии?
— Нет, что ты? — зевота перешла в тихое хихиканье. — Там есть дверь в нормальную спальню, куда доступ разрешён только для пары доверенных слуг.
На этом они расстались, разойдясь каждый в свою сторону. От проводов до двери спальни Ашам отказалась, дорогу она туда помнила преотлично. Мало, очень мало ей досталось из воспоминаний императора, но задерживаться дольше в Сфере Сознаний было опасно. Теперь пробелы в знаниях придётся восполнять на месте. Хорошо хоть надёжным помощником он успел её обеспечить. Но как силами всего двух людей провернуть такую громадную работу? Никак. Нужна своя команда. Помощники. Единомышленники. Но это завтра. А сейчас спать-спать-спать.
3
Но заснуть не получилось, хотя ей казалось, что это случится, стоит коснуться головой подушки. Распиравшая её весь день энергия никуда не делась и, поворочавшись полчаса с боку на бок, она решила не мучиться, а лучше делом заняться. В громадном шкафу нашёлся чёрный, шёлковый халат. Мужской, конечно, ну да не важно. Зато во время прогулки поможет с тенями слиться.
Выйдя из спальни, она принялась бесцельно блуждать по тёмным, мало освещённым коридорам в надежде наткнуться на что-нибудь (или кого-нибудь) интересное, ну и освежить в памяти планировку дворца. Наверняка пригодится.
Бледное ночное светило, забыла уточнить как оно тут называется, норовило заглянуть в каждое окно, выхватывая то кусок мозаики, то резные дверные панели, одни только картины казались в его свете, бурыми невыразительными пятнами. Босые стопы неслышно касались мраморных полов, тонкий силуэт новой правительницы империи едва вырисовывался в окружавших её тенях. Ночная жизнь дворца предстала перед ней во всём своём многообразии. Возвращались с всенародного празднества ночные гуляки, ни на минуту не останавливалась работа на кухне, бражничала компания молодых придворных, что-то горько оплакивала совсем юная девушка, сидя на подоконнике. Ашам ни во что не вмешивалась, скользила мимо обрывков чужих судеб, стараясь лишь уловить общее настроение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
