— Да, напоминаю. Просто не понимаю, почему ты согласилась стать ей матерью? Почему не возражала отцу? — возмущалась.
Амалия стояла у двери и не верила своим ушам, а разговор тем временем, продолжался.
— Тебя это не касается, — бросила в раздражении Корнелия.
— Так, так, так. Еще одна тайна? Чем папа на тебя надавил? Очень интересно! — почти мурлыкала Алисия от предвкушения.
— Я уже сказала — тебя это не касается. И закончим на этом. Тайны ты хранить не умеешь. Постоянно напоминаешь, чего доброго, кто-нибудь услышит нечаянно.
— Да ладно. Теперь уже не важно. Сестренка замужем, между прочим, за принцем, а я вот никому не нужна, — притворно вздохнула она.
— Ты опять начинаешь?
— Ладно, не буду. Ответь мне на последний вопрос. Кто та потаскушка, что охмурила отца?
— Алисия! Как ты выражаешься? Ты все же леди, — начала поучать Корнелия, пытаясь увести от темы.
— Маамаа! — пропела девушка.
— Какая тебе разница! Она уже давно в могиле. Зачем вспоминать неприятные моменты?!
— Ну, как зачем? Мне же любопытно. На кого он променял тебя, — не отступала, а девушка под дверью невольно затаила дыхание, ожидая следующих слов.
— Хм. Любопытно ей. Мне было совершенно не интересно, — замолчала она, а затем внезапно взорвалась, — ее звали Малорой. И она не безродная девка, ради отца убежала из своей семьи. Хватит об этом.
— Хм.
— Жаль, что мне не удалось выдать ее замуж за Вильхейма. Это была бы моя месть, а все ты виновата, — обличающее ткнула графиня. Проговорилась — охнула она про себя. Вот чертовка, вывела из себя! И чтобы избежать дальнейших вопросов, Корнелия пошла в наступление, — Вот где ты шаталась? Стоило оно того?
— Ооо, мама! Опять! — воскликнула.
— Что опять? Вот зачем тебе был венец? Такую партию расстроила?
— Все! Хватит. Я пошла спать. Не хочу слушать твои нотации. Снова. И в очередной раз… Спокойной ночи! — раздраженно хлопнула она дверью.
Амалия успела спрятаться за пыльной портьерой, где чуть не выдала себя, чихнув.
Мать, то есть скорее мачеха, спокойно прошествовала следом буквально через пару минут, погружая окружающее пространство в темноту.
Еще постояв немного в тишине, пытаясь унять, бешено стучащее, сердце. Приходя в себя от услышанного, она механически вскрывала сейф, код которого, отец сообщил ей перед смертью. Присвоила свидетельство о свадьбе и небольшую сумму денег на первое время. Так же подчистила шкатулку псевдоматери, ограбив ее маленько. Только мелкие украшения и те, которыми та уже давно не пользовалась. Здесь ей больше нечего было делать.
Амалия выбралась из дома, постоянно оглядываясь, и направилась в их семейный склеп, где был похоронен ее любимый отец, где в стене, рядом с надгробной плитой располагался ее тайник. Там хранились милые сердцу вещи, напоминающие о невосполнимой потере и небольшие накопления, которые удалось сэкономить.
Душа болела, слезы наворачивались на глаза.
— Прости меня, папочка! Я так долго не была у тебя. И не скоро появлюсь здесь вновь, — еле слышно шептала девушка, склонившись. В неярком пламени свечи заметно трепетали ресницы с капельками влаги. Амалия нервно теребила полы своего неприметного плаща, а затем, внезапно, рассмеялась, — ты знаешь, а я ведь вышла замуж. Даже раньше Алисии. Как ты и говорил. Только радости мне это не принесло, — говорила она отрывисто. — Я даже жениха-то толком не видела, что уж говорить о любви. Прости меня неразумную. Собираюсь вот развестись без ведома мужа. Я знаю, ты бы меня поддержал. Как же ты не вовремя ушел. Я по тебе очень скучаю.
Девушка уже вытащила небольшую шкатулку и присоединила ее к тем вещам, что успела вынести из дома. Совсем не далеко раздался кашель одного из стражей, а уж затем и недовольный голос.
— И почему это я должен один ходить тут? Хитрый Дек сидит в тепле, а меня отправил. Заболеть только не хватало. Когда уже меня повысят? Я тоже хочу всеми командовать. Старый черт, — бубнил стражник.
Амалия быстро утерла слезы, дунула на свечу и спряталась в темной нише, надеясь, что охрана не будет настолько дотошной, чтобы проверять все углы. На ее счастье мужчина только заглянул в усыпальницу и громко хлопнул дверью в раздражении.
— Кому нужны эти старые кости? И взять-то не чего, — повернул он ключ в замке. Послышались удаляющиеся шаги, а сердечный ритм девушки медленно замедлялся. — Уф!
— Прощай, папочка! Не знаю, когда еще приду к тебе. Люблю, — она тихо коснулась каменной плиты и уверенно направилась в сторону потайного выхода, известного ей с детских времен. Еще девочкой Амалия облазила все поместье, и даже семейный склеп не избежал этой участи. Она почтительно относилась к памяти своих предков и даже иногда прибиралась там и однажды, наткнулась на небольшой рычажок в стене, за который дернула, невольно открывая тайный выход. О нем она не сказала даже отцу, чтобы он не заругал ее за неуемное любопытство.
Теперь, это знание ей пригодилось. Она тенью выскользнула наружу и не оглядываясь, направилась к своей помощнице.
Глава 5
Святотатство, или Оковы прочь
— Госпожа, туда не пробраться ночью. И закрывает святой отец все в своем сундуке, а ключ носит при себе. Как будем действовать?
— Не знаю, Грета. Все же воровство в храме — это святотатство. Тебе не стоит мне помогать. Не бери грех на душу. Надо будет позже оставить солидное пожертвование, — например, драгоценности не родной матери, а от нее девушке ничего не надо.
Ключ священник носит с собой, а она все же не воровка, не умеет вскрывать сундуки-сейфы отмычками, — мелькнула удручающая мысль.
— Что вы такое говорите? Я с вами. Мы должны действовать сообща. Я вас не брошу.
— А как ты себе это представляешь — пробраться в храм. Там включается защитный полог на ночь. Защита богини.
— Это-то как раз и понятно. Нужно пройти во время празднования святок Аэли. С помощью приходской книги с золотым освещенным крестом на обложке он благословляет прихожан. Народу будет много, никому не будет до нас дела.
— Ты забыла? Меня же все знают! Я — бывшая Арейская. И графиня с Алисией будут здесь. Думаешь, они меня не узнают?
— Дааа, — задумалась молодая женщина. — А может белила там, румяна купим. Все замажем и платье, какое прикупим, — с неуверенностью предложила Грета.
— А что? Хорошая идея! Ты молодец, Грета! Только не платье, а мужской наряд. Думаю, на новую девушку будут больше обращать внимание, чем на неприметного паренька, — в глазах появился азарт. Чувство неизбежности отступило, появилась улыбка на губах. — Как думаешь? Трудно попасть в служки к отцу Килию.
