— Э-э-э! Батюшка! — воскликнул я, заметив, как монах вновь стал постепенно «накаляться» как яркая операционная лампочка. — Охолони, родной! Так мы с тобой каши не сварим!
Я глянул краем глаза в сторону деда Маркея, который незаметно для попа скинул с плеча ремень винтовки. Если что-то опять пойдет не так, не миновать батюшке очередного прилета в лоб приклада «красавицы» старика. Быстро же дед учится на ошибках! Такого ценного кадра нельзя упускать! Вернемся на базу, я ему еще и устрою полный техосмотр с ремонтом — еще лет двадцать будет у меня бодрым зайчиком скакать!
— Сейчас… пройдет… — Священник запустил руку за ворот рясы, выудив откуда-то изнутри массивный перстень с большим прозрачным камнем изумительной чистоты.
И куда он его заныкать умудрился, что даже фрицы при обыске не нашли? Отец Евлампий поспешно нацепил перстень на указательный палец правой руки, и тут же перестал светиться, как новогодняя ёлка. Зато вместо него ярким светом полыхнул камешек в перстне.
Да, не, серьёзно? Это же натуральный кристалл-накопитель! Только собирает он не магическую силу, а Божью Благодать? Что по сути тоже сила. Энергия. Ведьмовская, стало быть, чёрная, а Божественная — белая? Свет и Тьма? Вот, значит, как реально проявляются эти философские понятия…
— Всё, пока не сниму перстень, либо пока не переполнится кристалл — Божья Благодать будет собираться в нём, — пояснил священник, пряча руку с кольцом за спину.
— И вынимать оттуда эту Благодать ты тоже умеешь? — тут же поинтересовался я.
— Да, я могу использовать накопленную силу в отсутствие потока Божественной Благодати, — не стал скрывать батюшка, одновременно показывая, что и у него теперь имеется для нас сюрприз.
— Отлично! — Но меня, наоборот, порадовал такой запас сил. — Для вражеских колдунов — самое оно будет! Так, а что ты там обо мне говорил? — Вернул я священника к предыдущей теме разговора. — Что со мной не так?
— Точно не скажу, — неопределённо пожал мощными плечами батюшка, — но в тебе что-то есть…
— В смысле? — переспросил я священника. — Дар во мне ведовской.
— Проклятую силу я и так ощущаю, — мотнул головой монах, — даже не приобщаясь к потоку Благодати. А вот то, что внутри тебя еще что-то имеется, я вижу только под влиянием Божественной силы… Словно в тебе есть еще какая-то неведомая мне ипостась… — Батюшка пытался облечь свои мысли и ощущения в понятные мне слова, но у него не очень-то выходило.
Не знай я о первом всаднике, пока еще запертом в моём подсознании, я бы и не догадался, вообще о чём идёт речь. Но сейчас я понял, что находясь в своей «боевой трансформации» и заряженный Божественной силой, отец Евлампий способен каким-то образом чувствовать присутствие моего «соседа». Но не более того. Распознать Чуму он так и не смог.
— Ладно, замнём пока, — решил я не барражировать больше этот вопрос.
Меня сейчас больше всего беспокоило состояние Глории, которая всё никак не могла прийти в себя. По моему разумению, её тело уже должно было «проветриться», а сознание вернуться в покинутую оболочку. Время шло, а этого почему-то не происходило.
Я уже нервно скурил с дедом Маркеем по паре самокруток, а тело старой ведьмы так и не подавало признаков жизни. Так-то оно было живо, но существовало в виде этакого овоща. Я понимал в чем здесь проблема, поскольку не так давно пребывал в точно таком же состоянии.
Я перешел на магическое зрение и скрупулёзно обследовал лежащую на земле бренную оболочку Глории. Её тело уже «не фонило» остаточными проявлениями Благодати — и в него вполне можно было возвращаться, но этого отчего-то не происходило. Сдаётся мне, что что-то здесь пошло не так, и моей помощнице требуется помощь…
— Значит так, Онисимович, — отбросив в сторону очередной дымящийся окурок, произнёс я, — слушай меня внимательно! Я сейчас немного «отойду по делам», а ты охраняй моё тело…
— Кого охранять-то, лять-перемать? — Старикан сразу не сообразил, что я имею ввиду. — Ты ж сказал, что отойдёшь?
— Отойду, — с усмешкой подтвердил я, указав на Глорию, — только не весь…
— А… — понятливо кивнул старик. — За подружкой?
— За ней, — ответил я. — Ты же знаешь, старый, мы своих не бросаем! И это, — шепнул я ему на ухо, дождавшись, когда отец Евлампий отвернётся, — за батюшкой присматривай. Мало ли, что ему в голову взбредет, пока меня не будет.
— Не сумлевайся, командир, — так же тихо произнёс дед Маркей, — глаз с него не спущу. А если что, есть испытанный метод… — И он качнул винтовкой, привычно болтающейся на его плече.
— Хорошо, — произнёс я, укладываясь рядом с телом Глории, и беря её за руку. — Поехали!
Я закрыл глаза и постарался максимально расслабиться, вспоминая необходимы навык, чтобы самостоятельно отделиться от тела. Дыхание постепенно выравнивалось и замедлялось, точно так же, как и биение моего сердца. Недавняя практика медитаций стала неплохим подспорьем, и уже буквально через считанные секунды я сумел воспарить над собственным бренным телом.
[1] «Ачивка» — сокращение от слова «достижение» (или «achievement» на английском), используемое в сленге, особенно в молодежной среде и среди геймеров. Оно означает любое достижение, будь то в играх или в жизни.
Друзья! Товарищи! Если понравилось, не забывайте ставить лайк — это сердечко на странице книги рядом с обложкой! Для книги на старте это важно! А еще это мотивирует автора работать быстрее и продуктивнее)))
Всех Благ и приятного чтения!
Глава 3
Почувствовав уже привычную легкость, я выскользнул из тела и осмотрелся в поисках астрального тела Глории. Но ни с первой, ни со второй попытки мне не удалось его обнаружить. Пока я терпел фиаско, как и в случае с магическим зрением, с помощью которого ведьму я тоже не сумел найти.
А ведь и в магическом зрении я тоже могу видеть бесплотных духов и разного рода энергетическую «псевдо-» или «квазижизнь», как любили выражаться ученые и писатели фантастики в моём времени. Однако, сам пребывая в образе подобного духа, все «потустороннее» виделось не в пример четче и на более дальнем расстоянии.
Облетев по кругу место нашей катастрофы, я завис над физическим телом французской колдуньи. Теперь, когда я отринул всё земное, наведенный на колдунью качественный морок, совершенно перестал действовать. Я-то и в магическом зрении, которое тоже пробивает морок, если он не наведен колдуном выше меня чином, старался не смотреть на ведьму даже случайно — уж больно неприглядная и жуткая картинка открывалась.
Я помню свою реакцию, когда впервые удостоился лицезреть премерзкий лик ведьмы Степаниды. Но её красно личико не шло ни в какое сравнение с отвратительной монструозной харей Глории. Так-то понятно, большая разница в чинах и сроках жизни накладывает свои отпечатки на ведьм и колдунов.
Проклятый дар уродует не только душу, но и физическую оболочку, и тем больше, чем больше чин, и чем дольше ведьма небо на земле коптит. С каждой ступенькой колдовской иерархии, с каждым прожитым годом, десятилетием, веком, приближается ведьма к уродливому демоническому облику своих боссов из Преисподней, что когда-то тоже были прекрасными ангелами Небес.
А Глория и по чину выше Степаниды, да и прожила на свете куда дольше — вот вам и результат. После первой нашей встречи я с трудом, но сумел выкинуть из головы эту уродливую старуху, чтобы не ассоциировать её с Глорией. Я сумел, опять же с большим-большим трудом, заставить себя считать ведьму той девчушкой из охваченной чумой Марселя, которая повзрослев, превратилась в прекрасную женщину… И теперь вот — снова здорова!
Ладно, переживу как-нибудь и на этот раз… Мне бы теперь эту старушку отыскать. Куда же она могла подеваться? Стоп! Вот я болван! Ведь вышибло её из тела не здесь, а еще на дороге. Это уже потом мы сюда на машине прискакали. Значит, надо вернуться назад. Может её чёрная пречёрная душа висит себе спокойненько, зацепившись за ветку дерева, и не знает, что же делать дальше?
