Архиепископ Иоанн говорит о том, как развивалась Зарубежная Церковь в 1920‑1930‑е годы, почему не были приняты указы Патриарха Тихона и митрополита Сергия. Архипастырь приводит в пример аналогии из истории, а также собственные доказательства, которые, в целом, не отличаются от общепринятых в Зарубежной Церкви.
Защищает позицию Зарубежной Церкви и М. В. Назаров. Вопрос взаимоотношений между Церковью в России и Церковью за рубежом затронут, прежде всего, в его книге «Миссия русской эмиграции». Автор старается избежать обвинений в адрес Московского Патриархата. Хотя для М. В. Назарова и Церковь за границей, и Западно-Европейская Архиепископия русских приходов, и Московский Патриархат являются ветвями единого Русского Православия, позиция РПЦЗ для него явно ближе, что приводит к оправданию даже явно антиканоничных поступков ее епископата, например решения о создании приходов на территории России[73]. Из другой книги М. Назарова, «Диалог РПЦЗ и МП: «Соединение может быть только в истине»» (2004), видно, что автор все более склоняется к защите Зарубежной Церкви и обвинениям в адрес Московского Патриархата.
Среди других трудов, написанных в Русской Зарубежной Церкви и отличающихся спокойным, взвешенным подходом к проблеме, можно отметить работы священника Георгия Зайде[74], книгу «Русская Православная Церковь за границей: 1918–1968» под редакцией А. Соллогуба[75]. Однако по сравнению с сочинением архиепископа Никона (Рклицкого) данные исследования содержат немного новых сведений, касающихся зарождения Русской Зарубежной Церкви и ее взаимоотношений с Московским Патриархатом.
Небольшие статьи на рассматриваемую тему можно встретить в периодических изданиях РПЦЗ, например, в газетах «Православная Русь», «Православная жизнь», «Вестник Германской епархии» и других[76].
Однако среди защитников Русской Зарубежной Церкви есть авторы, которым беспристрастный подход к взаимоотношениям с Московской Патриархией чужд. Здесь следует упомянуть И. М. Андреевского (Андреева), историка и богослова, прошедшего сталинские лагеря и впоследствии перебравшегося за границу. Пережитое в СССР наложило отпечаток на его сочинения. Заявивший о лояльности к безбожникам митрополит Сергий, а также его последователи для Андреевского отступники. Эта точка зрения отражена в книге «Благодатна ли советская церковь?». Уже из того, что слово «церковь» в названии книги пишется с маленькой буквы, ясно, что для себя И. М. Андреевский этот вопрос решил. Для него Московский Патриархат не Церковь, а антихристианская богохульствующая организация, совершившая «нечто еще более страшное, чем нарушение канонов и догматов»[77]. В связи с этим не представляется удивительным и то, что слово «патриарх» применительно к Сергию (Страгородскому) и Алексию (Симанскому), Андреевский всегда пишет в кавычках[78]. Однако после непрерывного потока кощунств и утверждений о безблагодатности Московского Патриархата Андреевский делает совершенно несогласованный с основной идеей книги вывод о том, что его благодатность всего лишь сомнительна[79].
Данная книга, конечно, не может рассматриваться как серьезное исследование. И все же этот труд интересен тем, что другие авторы из «непримиримой» части РПЦЗ используют в своих сочинениях тот же подход, то есть изливают эмоции, ругают Московскую Патриархию, не приводя при этом никаких серьезных аргументов. Подобные «труды» печатаются в настоящее время в изданиях различных «катакомбных» организаций («Успенский листок», «Русское православие» и прочее).
Хотелось бы отметить лишь одно сочинение из этой категории. Это книга В. Мосса «Православная Церковь на перепутье». Автор данного труда, англичанин, принял Православие в Русской Православной Церкви, затем перешел в Зарубежную Церковь, потом – в юрисдикцию греческих старостильников – «матфеевцев», а к моменту издания книги принадлежал к «Российской православной автономной церкви»[80]. По имеющимся сведениям, В. Мосс в настоящее время принадлежит к юрисдикции греческих старостильников-«хризостомовцев». Вероятно, для В. Мосса это не последняя юрисдикция, хотя хочется верить, что он, по крайней мере, человек искренний и не пошел в своем сочинении на сознательные подтасовки. Мосс приводит некоторые интересные факты, пытается анализировать ситуацию. И все же пользоваться документами, приводимыми автором, следует, во-первых, с осторожностью, а во-вторых, с оговорками. Сомнения в достоверности фактов, изложенных Моссом, вызывают, прежде всего, его ссылки на периодические издания «Свободной церкви», а также на личные сообщения враждебных к Московскому Патриархату лиц. Кроме того, В. Моссу, несмотря на его желание найти истину, все же чужд здравый подход к историческим событиям. Изначально отрицательное отношение автора к митрополиту Сергию приводит к тому, что все его действия Мосс рассматривает исключительно как вредительские, направленные на планомерное разрушение Церкви. Непоследователен автор и в своих выводах.
Итак, следует сказать, что после сочинения архиепископа Никона в Зарубежной Церкви не было издано труда, столь подробно охватывающего ее историю при жизни Патриарха Тихона. К настоящему времени, несмотря на попытки провести объективный анализ взаимоотношений между Московским Патриархатом и Русской Зарубежной Церковью, обширных трудов, посвященных этому вопросу, Русская Зарубежная Церковь не издает.
Не написано специального, обширного труда о Зарубежной Церкви и представителями Московского Патриархата. А объективное исследование сейчас крайне необходимо. Очень важным при этом может оказаться совместный подход к изучению спорных вопросов, приведших к разделению. В последнее время стали появляться работы, авторы которых пытаются разобраться в проблемах разделения непредвзято. Яркий пример – труды конференции «История Русской Православной Церкви в XX веке», вошедшие в одноименный сборник, изданный в 2002 году. Участники конференции отошли от взаимных обличений, некогда столь привычных, честно и трезво подойдя к обсуждаемым вопросам.
§ 2. Неопубликованные источники по истории Русской Зарубежной Церкви
Среди источников, ставших основой для данной работы, прежде всего, следует назвать документы, изданные заграничными органами церковного управления, а также Духовной властью в Москве.
В основу настоящей работы легли документы фонда № 6343 «Архиерейский Синод Русской Православной Церкви за границей» Государственного архива Российской Федерации. Документы, содержащиеся в этом фонде, охватывают, главным образом, период с 1921 по 1940 г., хотя некоторые материалы относятся и к более раннему периоду (1918 год).
Данный фонд включает в себя 387 дел, которые разделены на восемь групп:
1. Протоколы Архиерейских Соборов Русской Православной Церкви заграницей, переписка Архиерейского Синода и другие материалы по созыву и работе Соборов. Сюда входят 23 дела (№ 1–23), охватывающие период с 1921 г. по 1939 год.
2. Журналы Архиерейского Синода Русской Православной Церкви за границей, которые составляют 175 дел (№ 24–199), и относятся к периоду с 5 сентября 1922 г. по 21 января 1941 г.
3. Протоколы и повестки заседаний Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей – 15 дел (№ 200–215).
4. Переписка Архиерейского Синода, выписки из журналов и протоколов Синода, в количестве 83 дел (№ 216–299) (1921–1941 гг.).
5. Бракоразводные и другие дела; всего 18 (№ 300–318).
6. Послужные списки, дела о наградах и о предании суду, составляющие 51 дело (№ 318–369).
7. Печатные материалы в количестве 6 дел (№ 370–376).
8. Дополнительные материалы, включающие различные документы, не вошедшие ни в одну из перечисленных выше групп. К этой группе относятся 10 дел (№ 377–378).
Естественно, многое из того, что находится в данном фонде, не опубликовано, хотя процесс издания интересных документов уже начался. В настоящей работе использованы выявленные в Государственном архиве Российской Федерации протоколы заседаний Архиерейских Соборов РПЦЗ, журналы заседаний Синода, переписка Синода по различным вопросам.
Следует отметить, что одни только официальные документы, без привлечения других источников, рисуют яркую картину событий, происходивших в Русском зарубежье в начале двадцатых годов прошлого века, и дают право делать весьма важные выводы, позволяющие по-иному взглянуть на историю Русской Зарубежной Церкви. Другие источники, например, письма и мемуары разных лиц, только подтверждают эту картину. Хотя документы личного происхождения относятся к документам субъективного характера, использование их в данной работе необходимо. Ведь кроме официальных постановлений, необходимо знать о предыстории появления тех или иных решений, о спорах по обсуждаемым вопросам, наконец, об отношении духовенства и русской эмиграции ко всему происходящему в Церкви на родине и за рубежом. Понятно, что далеко не все документы такого рода могли попасть в Россию. И все же автор попытался привлечь в данном труде наибольшее количество мемуаров и писем из различных архивных фондов. Однако чтобы правильно оценить содержание этих документов, необходимо знать контекст их появления, а также отношения, в которых были их авторы с Зарубежным Синодом.
