к столику спиной. Достав мобильный, она притворилась, что снимает селфи, а сама поймала в объектив двух девушек с распущенными волосами.
– Русалки, – мечтательно сказала она. – Красивые.
Одна из русалок, блондинка, выставила на стол батарею флакончиков лака. Агаша насторожилась. Она приблизила изображение на экране и с замиранием сердца ждала, когда из пузатой сумочки появится острый предмет – маникюрные ножницы. Но подружки-русалки, кажется, собирались не делать маникюр, а только болтать о нём. И к тому же у них были не кружки, а стаканы со льдом и лимонадом. «Нет, не преступницы», – решила Агаша и убрала мобильный.
Вечерело, шум на дороге стал тише, и было слышно, как в небе тревожно вскрикивают стрижи. Агаша заторопилась домой.
Лука и Лея стояли у подъезда. На поводке у Луки был Наполеон, а у Леи…
– Ключенька! – закричала Агаша и, если бы не сумки, бросилась бы обниматься с этим хулиганским, бессовестным, лучшим в мире подростком корги.
– Нашёлся! – замахал ей издалека Лука, а Ключчи встал на задние лапы, а передними задрыгал, как будто тоже махал. – Стоял тут, ждал. Ну всё, я побежал, я в цейтноте. Наполеона надо было вернуть десять минут назад. – Он торопливо набрал код на двери подъезда и скрылся.
Девочки помолчали.
– Нас обеих берут на сборы, знаешь, да? – спросила Лея.
Агаша кивнула:
– На веранде всё тихо. Алина сказала, сегодня ни одна чашка не пропала.
Теперь кивнула Лея. Но друг на друга девочки не смотрели, только Ключик радостно вылизывал колени и Агаше, и хозяйке. «Не до конца растаяла ледяная глыба, – поняла Агаша. – Хоть коньками её кроши».
И вдруг у обеих тренькнули телефоны. Сообщение было от Беллы, и почему-то в личные, а не в общий чат.
«Вообщим, так, – писала Белла. – Бабушкина подруга уехала на дачу, спрасить про котят не вышло. Но я поняла, что, когда я видела Луку на стадионе, он передал “девятикам” треугольный свёрток. Который очень похож на коньки! Давайте подумаем об этом».
– Так-так, – сказала Лея. – Не нравится мне эта треугольная форма. И правда, слишком похоже на коньки. Что будем делать?
– Будем наблюдать, – ответила Агаша тоном доктора Чечулина, с которым мама работала в больнице и который на любой вопрос отвечал именно так. – Учитывая, что у Луки смешанный анамнез… То есть что он в прошлом уже портил чужие вещи, надо наблюдать. Но он всё-таки «Ключ». Он свой, он друг! Может, поговорим с ним? Я бы спросила, в чём дело. А то я уже стала подозревать одного взрослого, но это, конечно, совсем странная версия…
Агаша увидела, что Лея не слушает. Она подняла Ключика на руки. Поводок был привязан к ошейнику узлом, и металлический карабин болтался в воздухе. Лея задумчиво его разглядывала.
– Понаблюдать, говоришь? Да, это хорошо. Наблюдение – это важно. Знаешь что? А карабин-то был исправный. Но кто-то здорово поцарапал его, как будто пытался сломать. Вот тут, видишь, на металле следы? Утром их не было.
И правда: язычок карабина погнули, а блестящая поверхность петли, в которую он входил, была испещрена бороздками.
– Ой, – начала Агаша.
Но тут зазвонил телефон: её мама уже очень-преочень хотела знать, куда запропастилась дочь.
– Завтра в «Кофте» после школы, – коротко подытожила Лея. – Белле я напишу. Луке ни слова.
Агаша вошла в прихожую и от усталости села на пол, не разуваясь. Ну и день! Склока в раздевалке, падения на льду, побег Ключчини, испорченный карабин, треугольный свёрток, а главное – глыба тает!
Из кухни тянуло корицей. Агаша повернула голову, мечтательно подумала: мамины блинчики в виде черепашек, «череблинчики»! Но в дверях кухни появился Иван, и улыбка поспешно убежала.
Иван хмуро поставил на галошницу большой белый пакет.
– Вот, – недовольно сообщил он. – Коньки. Профессиональные. Для поездки. Подержанные, с «Авито», и то стоят уйму денег. Но учти, заниматься будешь как следует, и даже больше. Выкладываться будешь. Если нужно, оставаться после тренировок.
Агаша не слушала. Она бросилась к пакету и распахнула его. Внутри, в нежных бархатных чехлах с цветами, покоились ослепительно-белые фигурные коньки!
– Профессиональные, – раздельно повторил Иван. – Почти не ношенные. Но чтобы глаз с них не спускала. И со сборов чтобы приехала с местом в бесплатной группе. Чтобы стала номером один, поняла?
Агаша закивала. А Иван протянул руку над её головой и погасил в прихожей свет.
Последняя неделя учебного года – странное время. Все события перемешаны, как разные сорта салата в миксе для черепах. У Агаши всё спуталось в голове. С утра был большой концерт в честь окончания начальной школы, и четвёртый «А» пел «до свидания» своим учителям. Некоторые из них даже прослезились. А после концерта все отправились писать тест по английскому. И в класс вошла их любимая «англичанка».
– И снова здравствуйте! С тестом вас! – веселилась Лея.
Так что, когда день тестов и контрольных закончился, все с большим облегчением вздохнули. Особенно радостно было вздыхать в «Кофте», где Алина даже без просьбы налила «Ключам» пушистое какао. Шоколадничали как обычно: у Агаши кружка в зелёном свитерке, у Леи – в оранжевом, у Беллы – в красном. Ждали Луку. И хотя повод для сбора был не радостный, девочки пили своё какао, улыбаясь.
– Смотрите, – вдруг прошептала Белла, указывая на сидящего у окна юношу в объёмном свитере непонятной расцветки, будто намешанной из разных цветов.
– А что такого? – Лея повела подбородком в сторону витрины, но скосила глаза к окну, скрывая, что смотрит туда. – Обычный престарелый хипстер лет двадцати-сорока.
– Обычный? Ну нет, подозрительный! Свитер как будто из обрывков связан. Из обрезков! Обрезков от маленьких свитерков маленьких беззащитных чашек…
– Нет, это просто пряжа такая, – включилась Агаша. – «Меланж» называется, из такой мама вяжет. Только в мае в свитере… правда необычно.
Юноша заёрзал на высоком табурете и вдруг что-то осторожно вынул из кармана-муфты на животе и выложил на стол. Девочки в один голос ахнули. Это оказался… крупный серый грызун.
– Шиншилла! – обрадованно воскликнула Лея.
– Крыса! – взвизгнула Белла.
– Ой, кто это? – сказала Агаша.
А юноша осторожно стянул свитер через голову и устроил грызуну на столе что-то вроде гнезда. А потом достал из рюкзака…
– Глядите, глядите: швейцарский нож! – заторопилась Белла. – Точно, похититель! Вот сейчас срежет свитер! Агаша, снимай на камеру!
Рядом с юношей стояла кружка в красном свитерке. Он открыл лезвие ножа, взялся за чашку и… снял её с блюдца. Потом взял из мисочки миндальное печенье, аккуратно накрошил его ножом в блюдце и подвинул своему питомцу. Грызун затряс
