– Поставки и деньги пришли от большого количества знатных и щедрых граждан, – ответила она. – Лидеров Лиги Дианы. Я всего лишь организую все это.
Майра нахмурилась.
– Но папа говорит, что без вас, все эти старые курицы ничего бы не сделали!
Отчасти верно, хотя она вряд ли хотела бы оказаться той, кто назовет, скажем, Леди Плациду старой курицей. Но Исане удалось превратить публичные выступления, которые она должна была давать как постоянный союзник Леди Аквитейн в Лиге Дианы, в нечто гораздо более полезное, чем просто канал для жажды власти ее покровительницы.
Леди Аквитейн не была особо довольна тем, как Исана использовала приобретенное личное влияние, но если бы она попыталась сорвать осуществление гуманитарного проекта Исаны, это бы обратило очень многие умы в Лиге против нее, и Леди Аквитейн знала это.
Оттенок слабо кипящего раздражения, в последнее время тенью присутствовавший каждый раз, когда Исана говорила с Леди Аквитейн, был вполне достаточной причиной, чтобы выдержать бесконечные часы усилий, которые потребовались ей, чтобы собрать средства и создать гуманитарный караван.
Правда, как признавалась она себе, эта маленькая победа была ничем в сравнении с невзгодами и страданиями, которые караван должен был облегчить.
Исана помогала. Она делала что-то хорошее, что-то, чем она могла гордиться – чем Септимус мог бы гордиться.
Исана подавила улыбку и одновременно слабый блеск слез.
– Каждый хотел что-то сделать, чтобы помочь беженцам, дитя. Просто был нужен кто-то, кто дал бы им способ сделать это.
Майра жевала ноготь, пристально изучая ее.
– Папа говорит, что вы важны.
Исана улыбнулась девочке.
– Все важны.
– Майра, – послышался голос кучера из передней части фургона. – Иди сюда и дай стедгольдеру работать.
– Иду, папа, – сказала девочка. Она улыбнулась Исане и убежала.
Исана вернулась к работе над инвентаризацией и не поднимала взгляда от нее, пока караван не остановился на полуденный отдых. Она продолжала работать, в то время как извозчики и погонщики мулов обедали. В конце концов, она не шла всю первую половину дня, не управляла лошадьми и не занималась погрузкой.
Крик предупреждения раздался снаружи от одного из конных охранников каравана, и Исана почувствовала свое напряжение. Караван, хотя и не вез очевидных богатств, все-таки был загружен значительным количеством материалов, полезных и ценных.
Он был слишком большой мишенью для бандитов, но здесь всегда оставался шанс, что канимы попробуют захватить продовольствие и припасы, чтобы прокормить своих собственных, несомненно голодных, солдат.
Но паника не началась, и Исана расслабилась, возвращаясь к описи, пока стук копыт приближающейся лошади не достиг фургона и замер.
Исана подняла глаза, слегка хмурясь и сосредоточиваясь на своей связи с Рилл, как вдруг вскочила с того места, где сидела, проливая чернила на последнюю сделанную страницу и нисколько не заботясь об этом. Ее сердце колотилось в совершенно девичьей манере, абсолютно неуместной для кого-либо ее возраста, положения или ответственности, и она вдруг поняла, что нервно теребит свои волосы и оправляет платье.
Потом она с тревогой взглянула на свои испачканные в чернилах пальцы. Она только что обрызгала все вокруг – и, возможно, свое лицо в придачу. Она почувствовала как румянец заливает ее щеки.
Ботинки ударили о землю снаружи, лошадь переступила с ноги на ногу. Кто-то постучал по борту фургона.
Чувствуя себя немного нелепо, Исана отдернула занавеску и вышла из фургона на полуденный солнцепек одного из первых весенних дней в долине Амарант
Мужчина среднего роста ждал ее снаружи, его темные волосы были подстрижены на положенную уставом легиона длину, доспех был простым и поношенным. Одна сторона его лица была грубо вытесана.
Другая – была изуродована шрамами от ожогов, клеймом, которым легион метил трусов, до самой скулы. Он носил простой меч на боку и алый плащ сингуляра Легиона.
Сердце Исаны забилось еще быстрее, и она улыбнулась ему:
– Арарис.
Его лицо озарилось редкой, мимолетной улыбкой, а глаза засветились изнутри.
Внезапное тепло его эмоций затопило Исану, и она почувствовала себя так, словно может взлететь над землёй. Она могла чувствовать его счастье и возбуждение от взгляда на неё, его привязанность и некую сдержанную и подавляемую страсть к ней, от чего, как она знала, её щеки порозовели.
– Исана, – тихо сказал он. Она протянула руку. Он взял её и склонился, касаясь губами её пальцев. Исана чувствовала тепло его дыхания, от которого приятное ощущение разливалось вверх по руке и танцевало в каждой клеточке её тела.
Он выпрямился, глаза его сияли, его пальцы нежно сжимали её кисть.
– Ты выглядишь… – он прищурился, в уголках глаз появились морщинки. – Заляпанной чернилами.
Исана откинула голову назад и рассмеялась.
– И прекрасной, – добавил он. – Я скучал по тебе.
– А я по тебе, – ответила она, накрывая его ладонь своей. – Что ты здесь делаешь? Мы должны были прибыть в Элинарх через два дня.
Улыбка Арариса погасла.
– Я принес тебе сообщение. Мы можем здесь говорить?
Исана огляделась вокруг. Возницы и их помощники сидели за простым обедом в кухонном фургоне, дальше вниз по дороге. Никого не было поблизости.
– Я полагаю, что так.
Арарис кивнул.
– Я послан предупредить тебя, разумеется, помнить о том, что хотя ты можешь быть кровной родственницей Тави, ты никогда ещё не встречалась с Руфусом Сципио. Ты должна принять все меры предосторожности, чтобы не раскрыть его личность.
– Разумеется, – вздохнула Исана. – Я пока ещё не дряхлая старуха. Что ещё?
Арарис какое-то время смотрел на неё, не отрываясь.
Потом сказал:
– Когда он был ребёнком, было справедливо и правильно, что ты должна была принимать решения за него, – он подался вперед, стиснув её пальцы и мягко подчёркивая свои слова. – Он больше не ребёнок.
Исана почувствовала, как её плечи одеревенели.
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду, – сказал он тем же мягким тоном, – что он имеет право знать, Исана. Он имеет право знать правду. Он теперь имеет право самостоятельно принимать решения.
Исана резко подняла подбородок, привычные за два десятилетия тревога и осторожность переросли во вспышку ярости и гнева.
– Да? А кто ты такой, чтобы что-то решать?
Лицо Арариса не дрогнуло.
– Его сингуляр, Исана. Его охранник и защитник. Я оберегаю его благополучие и защищаю его жизнь и свободу, ценой моих собственных, если это необходимо. И, на мой взгляд, невежество может оказаться опасным для него. Даже смертельным.
