Стоило ему об этом подумать, как его тело тут же загорелось огнем желания.
В эту минуту Феба выпрямилась. Не отводя взгляд в сторону, она сцепила перед собой руки, и этот жест мгновенно всколыхнул в нем другие воспоминания. Ведь когда-то эти руки ласкали его тело, доводя Леандро до полубессознательного состояния…
Надо запретить себе отвлекаться и фантазировать на запретные темы. В конце концов, мы встретились по делу, строго напомнил он себе.
Должно быть, слишком долго он отказывал себе в женском обществе, в удовлетворении своих желаний, давно-давно не утолял чувственный голод, вот почему теперь он не может думать ни о чем, кроме женского тела.
Боже! Она только вошла в кабинет, а он уже сам не свой!
— Ты готов начать переговоры?
Леандро моргнул. Если Феба и изменилась, то ее голос — мягкий, волнующий, тягучий, словно густой шоколад, терпкий, как вино, — остался прежним. Правда, сейчас от него веяло чуть ли не арктическим холодом. Но даже он не шел ни в какое сравнение с ее взглядом: наверное, именно так смотрят на мерзких жаб.
Она глядела на Леандро так, будто он был самым мерзким, что ей приходилось видеть в жизни. Феба огляделась вокруг, словно надеялась найти предмет, на котором можно было бы остановить свой взгляд.
Так как Леандро продолжал молчать, Феба повторила:
— Уверена, ты так же, как и я, хотел бы поскорее закончить эти переговоры, чтобы вернуться к своим делам.
Единственное, что я хотел бы знать, так это то, куда девалась та милая юная девушка с ангельской душой, которую я знал восемь лет назад! — чуть не закричал Леандро, но вовремя прикусил язык.
Что стало с той Фебой — страстной и естественной, — которая могла воспламенить его одним лишь своим присутствием? Неужели оболочка этой женщины — это все, что от нее осталось?
Тогда он считал, что имя, данное ей в честь богини Луны, совершенно ей не подходит, — слишком много в ней было солнечного тепла и ничего от неверного, обманчивого света ночного светила.
Но именно в эту минуту имя стоявшей перед ним женщины подходило ей как нельзя лучше, ибо она была так же холодна и далека.
Внезапно Леандро пришло в голову, что он впервые видит ее истинную сущность, а в те дни, когда Феба была с ним, ее непосредственность и тепло, к которому он сразу потянулся, были лишь обманом.
Но почему Феба выбрала именно этот момент, чтобы открыть свое истинное лицо, ведь сейчас она собиралась просить его об услуге от имени короля?
Леандро чуть не фыркнул.
Просить его об услуге? Разве не она только что сказала, что считает свою поездку бессмысленной, потому что он не заслуживает того, чтобы стать преемником? Как будто Леандро был последним плебеем, а не одним из самых влиятельных людей в мире! Вряд ли она бы стала связываться с ним, если бы не разглядела в нем потенциал.
О, Феба сразу поняла, как можно им вертеть! Ее невинность, которая сгорела в пламени огня сразу после его первого прикосновения. Она не требовала от него, чтобы он всегда находился рядом с ней, прекрасно понимая, что Леандро и сам не сможет от нее уйти. Ведь она поддерживала его даже в самые тяжелые минуты. Феба словно привязала его к себе невидимыми тонкими нитями и незаметно продолжала плести вокруг него свою паутину.
Но когда его блестящая карьера вдруг оборвалась, он сразу стал ей не нужен. Она быстро нашла ему замену в лице его кузена принца Армандо д'Агостино. Однако их помолвка не закончилась свадьбой — Леандро пытался выяснить причины их разрыва, но ему до сих пор не удалось это установить.
Впрочем, у нее, скорее всего, был запасной план того, как стать незаменимой в королевстве. И ей это удалось. Ведь именно на нее рассчитывал король Бенедетто, когда нужно было срочно урегулировать какой-нибудь конфликт или провести особенно трудные переговоры. Например, как в этот раз.
И конечно, не стоило сомневаться в том, что она вынашивает какой-то свой план. Иначе к чему были произнесены те пренебрежительные слова, как только она вошла? Может, в этом все и дело? Сыграть враждебность, отнестись к нему с высокомерием, чтобы смутить его и заставить ломать голову над ее поведением и над тем, каким будет следующий шаг? Что ж, это был бы ловкий ход. Феба не могла не понимать, что таким образом сразу заинтригует его и возбудит у него интерес. Может, именно этого она и добивается — сыграть на тех чувствах, которые он к ней испытывает? Почему бы не позволить ей это? Пусть сама Феба раскроет перед ним всю глубину своего коварства, тогда ему легче будет освободиться от ее колдовских чар, которые она наложила на него десять лет назад.
Леандро сделал несколько шагов ей навстречу и сразу понял, что ее власть над ним нисколько не уменьшилась.
— Я тебя тоже приветствую, — тем не менее спокойно сказал он.
Феба подняла на него глаза и, словно в танце, сделала полшага назад.
— Мне кажется, в нашем случае говорить принятые в таких случаях любезности — лишняя трата времени. Лучше сразу приступить к делу, ради которого я здесь.
— Ты так думаешь? — Леандро сделал еще шаг вперед, тем самым сведя на нет ее попытку отодвинуться от него. — Должен признаться, твои слова все сильнее возбуждают мое любопытство.
— Я всего лишь сообщаю факты — как я их вижу. Так мы начнем наши переговоры?
— Вот, значит, как ты все видишь? Переговоры со мной ты считаешь бесполезной тратой времени. Хотя что переговоры! Ты даже поздороваться со мной как с человеком не желаешь.
Феба опустила взгляд.
Но до этого Леандро успел увидеть, как в ее глазах мелькнуло какое-то выражение. Что это было? Раздражение? Досада на него или на себя? Что она решилась посмотреть на него?
Он так и не узнал этого, так как в следующую секунду Феба снова взглянула ему прямо в глаза. Ее лицо не выражало больше никаких эмоций.
— Принц д'Агостино…
Леандро не слышал этого титула уже восемь лет. Тем более непривычно звучал он в ее устах.
— Леандро, — поправил он, чувствуя, как в нем зарождается гнев. — Надеюсь, ты не забыла, как меня зовут? Произнеси мое имя вслух. — Он не удержался и добавил: — Когда-то ты стонала, произнося его. Сделай милость, обращайся ко мне по имени.
На мгновение Феба растерялась. Ее красивое лицо искривилось то ли от боли, то ли от негодования. Но Феба быстро овладела собой.
— Не вижу необходимости. К тому же в данном случае твой титул как раз к месту. И ты окажешь мне огромную услугу, если не будешь напоминать об отношениях, которые нас когда-то связывали. Я бы даже сказала, что требую этого.
— Требуешь? — Леандро иронично поднял брови. — Тебе не кажется, что ты сейчас не в том положении, чтобы требовать? Советую тебе изменить свою тактику поведения, если хочешь от меня чего-то добиться. В конце концов, это не вы, а я нужен вам.
