Читаем без скачивания На холодном фронте - Константин Коничев

— Тихо! За мной! — и он, согнувшись, скользнул вперед. Мы вышли на просеку. Впереди из-под валежника, занесенного снегом, просачивались в нескольких местах струйки дыма. Кое-где сквозь плохо замаскированные стекла чуть заметно просвечивал огонек. А в одном месте из-под земли слышался говор, смех и звуки губной гармошки.

— Стойте! Действовать нужно так. — быстро, отрывисто и четко начал говорить Логинов. — Тут всего десять землянок, часового не видно. Стало быть, фрицы уверены в безопасности. Десять бойцов из разведывательной роты с гранатами наготове пойдут за мной и каждый по одной, по две гранаты бросит в землянки. Старайтесь подойти ближе и бросать наверняка; в окна, в раскрытые двери, даже в трубы. Затем сразу же все мы отходим к той опушке и развертываемся, чтобы отрезать путь отступления фрицам, если они попытаются бежать или обороняться. Ваша задача, товарищи партизаны остаться здесь и, как только мы отбежим в сторону к опушке, открыть автоматный огонь по переполошенным немцам. Вот так… Ясно?

— Ясно! — тихо ответили голоса. Кто-то спросил: — Можно и противотанковой ахнуть?

— Воздержитесь, пока пользуйтесь гранатами эф-один. Приготовьте гранаты.

— Есть.

— За мной, к землянкам!

Прошла минута.

Один за другим раздались взрывы ручных гранат. Я успел насчитать до пятнадцати разрывов. Из землянок послышались неистовые крики, одиночные выстрелы. Затем, поспешно, кто ползком, кто на четвереньках, кто в шинели поверх белья, а кто и в одном белье, выскочили обезумевшие немцы. Луна осветила их серые, перекошенные от испуга лица.

— Огонь но гадам! — скомандовал Логинов громким голосом и первый нажал на спусковой крючок ППШ. Враз все наши пятнадцать автоматов треснули короткими, прерывистыми очередями. Стреляли почти в упор, без промаха. Люди, еще не привыкшие воевать, сами дивились быстроте, с которой все было окончено. Убитых и тяжело раненных немцев, лежавших вповалку на окровавленном снегу, не считали. Забрав несколько вражеских винтовок, какие-то бумаги, сумки, наш отряд быстро пошел обратно, изменив свое направление, чтобы на старом следу не нарваться на возможную засаду противника… Мы не понесли никаких потерь.

Взошла луна. Как бы для того, чтобы лучше разглядеть воодушевленных удачей бойцов, она поднялась повыше и, казалось, приветливо, одобрительно улыбалась нам вслед.

6. Встреча с окруженцами

К утру начал моросить мелкий дождь. От вчерашнего снега не осталось и следа. Итти было скользко и сыро. Логинов часто посматривал на компас, на карту и, видя, что бойцы утомились дальним переходом, обещал вскоре устроить трехчасовой привал. Но для этого нужно было выбрать безопасное место.

Вдруг шедший впереди дозор доложил Логинову, что в лесу замечен свежий след двух человек, как видно по следам, обутых в русские солдатские ботинки.

— Надо их догнать, задержать и выяснить, кто они, — распорядился Логинов.

Догнать и задержать неизвестных не составило большого труда. Это оказались два бойца, крайне усталых, голодных, заблудившихся в лесу. Они козырнули мне и Логинову и, не зная, который из нас старший, наугад почему-то обратились ко мне:

— Товарищ командир, от своих мы потерялись, истощали, дальше не знаем, куда податься…

— Покажите ваши документы, кто вы? — строго сказал Логинов.

— Документов нету. Порвали. Думали на финнов наскочим. А винтовочки сберегли. Поржавели только малость.

— Мы заплутали крепко, — начал объяснять один из них. который, как видно, считал себя более бойким на язык, — пошли мы в разведку и нарвались на финнов. Бились, бились, осталось нас шестеро. Мы вот с ним от своих отстали. Глядим, думаем — пни серые перед нами, оказалось, немцы подстерегают. Мы залегли, потом ушли, да так восемнадцать дней и ночей блукали в полном округлении…

— Ну и вояки! — покачал головой Логинов. — Становитесь в наш отряд, и чтобы ни на шаг не отставать.

Усталость одолевала отряд. Учитывая это. Логинов, выводя нас бездорожным, окольным путем, внимательно присматривался к местности, выбирая где посуше, а главное безопаснее и можно устроить привал. Наконец, он нашел такое место: возвышенность, поросшая густым лесом, по сторонам отлично просматриваемые, к тому же непроходимые болота; позади узкое, поросшее кустарником междуозерное дефиле, а впереди за чащей леса далеко идущий хмурый, безлюдный бор. Проверив по карте расположение отряда и начертив на ней дальнейший путь следования, Логинов сказал:

— Вот здесь будет привал! Можно отдохнуть в лесочке часа три-четыре, закусить, выжать, просушить на ветерке портянки. Но костров не разводить.

Затем он выделил сторожевое охранение, лично расположил посты, выбрав для этого удобные складки, бугорки, ложбинки, и каждому бойцу, выделенному нести охрану, показал секторы наблюдений. Логинов договорился со мной спать по очереди, с расчетом, чтобы через полтора часа проверить и сменить новым нарядом бойцов сторожевое охранение. Раскинув на мокрой траве плащпалатку, он заснул. Посмотрев на часы и заметив время, я уселся на пень и начал свое дежурство.

Вокруг установилась тишина. Дождик давно уже перестал. Солнце слегка пригрело промокшую землю. От мокрой одежды уснувших потных бойцов шел чуть заметный пар. Спустя полчаса я решил проверить бдительность часовых. Они, борясь с дремотой, бодрствовали, не поддавались сну.

— Все спокойно?

— Спокойно, — отвечали бойцы, — по этому пути нас только с собаками искать. Без собак ни-ни…

— Смотрите, не спите, через часок будет смена.

— Да разве уснем! Знамо дело, что такое пост, да в военное время. Нам жизнь отряда доверена.

— Правильно.

На одном из постов стоял Мухин, один из найденных нами в лесу бойцов. Я подошел к нему.

— Не извольте беспокоиться, — товарищ командир, идите отдыхайте, мы тут поглядим, как положено. А чуть ежели кто появится, так на мушку и готово.

— Нет, так нельзя, — предупредил я, — зачем на мушку? Сначала ты, как заметишь, немедленно сигнализируй, потом вместе убедимся, кто там появился, и в зависимости от обстоятельств будем действовать. Спешить надо не торопясь.

Предупреждение Мухину оказалось не лишним. Вскоре он заметил примерно в километре слева нескольких человек, барахтающихся в болоте. Мухин начал громко кашлять и махать рукой, чтобы кто-либо из нас услышал или заметил. Все его манипуляции не привели ни к чему; пришлось Мухину поднять испуганным крик, и тогда весь отряд проснулся и загремел оружием. Все рассыпались по команде, приготовились. Логинов вскинул бинокль и увидел четырех человек идущих в нашу сторону.

— Нет, это не противник, это всего скорей наши блуждают, — проговорил Логинов, не то обрадованно, не то разочарованно, и предложил бинокль Мухину. Тот долго вертел его перед глазами, долго нащупывал то место, где показались люди и, наконец, заулыбался.

— Мать честная! Как на ладони. До пупа в грязи купаются. Ну, конечно, наши, те самые, мы от них с Вахлаковым третьего дня отстали. Вон и старшой среди них, в рыжей жеребячьей тужурке…

Мухин не выдержал, крикнул:

— Эй! Живей, дьяволы! — но отняв бинокль от глаз, убедился, что голоса его они не услышат.

Уставшие люди долго карабкались по болоту, то прыгая с кочки на кочку, то увязая по пояс в зыбком торфе. Обессилевшие, они вышли, наконец, к привалу и присоединились к нашему отряду. Старший из них — доброволец из Ленинграда, по профессии инженер-теплотехник, чувствовал себя подавленным, ссылался на свое неумение воевать.

Между тем, Логинов распорядился накормить присоединившихся к нам бойцов, а я, собрав полную флягу водки, поделил ее поровну между ними. Бойцы немного ожили. Теплотехник рассказал о том, как они брели из-за Олонца ни путем, ни дорогой, обходили тракты и карельские деревни, чтобы не нарваться на финнов, как они ночью на бревнах переплывали Свирь, как в пути они съели целую лошадь без хлеба и соли. Рассказал, что немцы и финны отделяют русское население от карел; русских, всех поголовно, гонят в лагеря за колючую проволоку, а с карелами заигрывают, хотят сделать их ручными и даже вербуют в свою армию…

После отдыха отряд двинулся дальше в сгустившихся сумерках. Еще одну лунную ночь провели мы в лесах Подпорожья, а на утро безошибочно вышли к речке Оште.

7. На Онежском озере

…В тот день разразилась снежная буря. Онежское озеро забушевало. Мелкие корабли военной флотилии, укрывшись за мысом, стояли на якорях. Утром погода была тише, и снегопад не мешал тогда видеть и обстреливать объекты, где по данным воздушной разведки находился противник. Корабли не раз подходили шквалом к берегу, занятому финнами, и вели обстрел. Среди дня это стало уже невозможно из-за плохой видимости и боковой качки, которая мешала прицеливанию.